Флоузы, или кровь предков Флоузы, или кровь предков Жил в Англии человек по фамилии Флоуз. Поместье Флоуза, Флоуз-холл, располагалось у Флоузовских болот, за Флоузовыми холмами, в продуваемой холодными ветрами и по­росшей вереском унылой каменистой пустыне. Единственное, что напоминало о цивилизации в этих полудиких краях, - руины пограничной стены, возведенной близ Флоуз-холла древними римлянами. Так вот, у этого самого Флоуза был сын, которого звали Локхарт. Только папаша Флоуз ни в какую не хотел сына усыновлять, поскольку сомневался в истинности своего отцовст­ва. И вот однажды во время морского путешествия папаша и его сомнительный отпрыск влюбляются в путешествующих на том же судне мамашу с дочкой. Тут-то и начинаются приключения, причем такие, какие не приснятся даже в бредовом сне. Том Шарп - особое явление в современной английской литературе юмора, его голос неповторим, и \"Флоузы\" - убеди­тельное тому подтверждение. Эксмо 978-5-699-47322-9
223 руб.
Russian
Каталог товаров

Флоузы, или кровь предков

Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре (2)
  • Отзывы ReadRate
Жил в Англии человек по фамилии Флоуз. Поместье Флоуза, Флоуз-холл, располагалось у Флоузовских болот, за Флоузовыми холмами, в продуваемой холодными ветрами и по­росшей вереском унылой каменистой пустыне. Единственное, что напоминало о цивилизации в этих полудиких краях, - руины пограничной стены, возведенной близ Флоуз-холла древними римлянами. Так вот, у этого самого Флоуза был сын, которого звали Локхарт. Только папаша Флоуз ни в какую не хотел сына усыновлять, поскольку сомневался в истинности своего отцовст­ва. И вот однажды во время морского путешествия папаша и его сомнительный отпрыск влюбляются в путешествующих на том же судне мамашу с дочкой. Тут-то и начинаются приключения, причем такие, какие не приснятся даже в бредовом сне.
Том Шарп - особое явление в современной английской литературе юмора, его голос неповторим, и "Флоузы" - убеди­тельное тому подтверждение.
Отрывок из книги «Флоузы, или кровь предков»
Глава первая

Когда Локхарт Флоуз вносил на руках свою невесту Джессику, урожденную
Сэндикот, через порог дома номер 12, стоящего на изгибающейся полумесяцем
улице Сэндикот-Кресчент в местечке Ист-Пэрсли, графство Сэррей, он, можно
сказать, вступал в семейную жизнь таким же неподготовленным к ее радостям и
испытаниям, каким вошел в этот мир в тот понедельник, в пять минут восьмого
6 сентября 1956 года, когда в процессе появления на свет лишил тем самым
жизни свою мать. Поскольку даже лежа на жгучей крапиве, которая стала ее
смертным одром, мисс Флоуз упорно отказывалась назвать имя отца ее ребенка и
провела последний свой час, перемежая завывания от боли руганью и
чертыханиями, ее собственному отцу, становившемуся теперь дедом, пришлось
самому окрестить младенца -- его назвали Локхартом -- и, рискуя собственной
репутацией, позволить ему до поры носить имя Флоуз.
Но, начиная с этого момента, Локхарту Флоузу не дозволялось более
ничего; ему было отказано даже в свидетельстве о рождении. Старый Флоуз
позаботился об этом со всем тщанием. Раз уж его дочь оказалась настолько
лишена всяческих понятий о приличиях, что родила ребенка, неизвестно от
кого, прямо во время охоты на лисят, под каким-то каменным забором, под
которым не стала бы рожать даже ее лошадь, обладавшая большим здравым
смыслом, нежели хозяйка, -- то старый Флоуз был преисполнен решимости
добиться того, чтобы внук вырос без пороков, присущих его матери. И в этом
он преуспел. В восемнадцать лет Локхарт знал о сексе не больше, чем в свое
время его мать о противозачаточных средствах. Его детство и юность прошли
под опекой нескольких экономок и домашних учителей, причем первые
подбирались по их готовности делить образ жизни и постель со старым Флоузом,
а вторые -- по их отстраненности от бренного мира.
Поместье Флоуз-Холл располагалось у Флоузовских болот, неподалеку от
гряды холмов, носивших название Флоузовых, в семнадцати милях от ближайшего
городка, на продуваемой холодными ветрами и поросшей вереском унылой
каменистой пустыне к северу от остатков возведенной еще римлянами
пограничной стены; и потому только самые отчаянные экономки и наиболее
отрешенные от реального мира учителя были способны какое-то время
выдерживать жизнь в этих краях. Но суровым существование тут делали не
только естественные условия. Старый Флоуз отличался крайней
раздражительностью, и потому целая череда наставников, дававших Локхарту
наиболее ценное из общего образования, должны были строжайше блюсти
требование, чтобы преподаваемая ими классика не содержала даже упоминаний об
Овидии; литературы же не следовало касаться вообще. Локхарта можно было
учить только испытанным добродетелям и целомудрию, а также математике.
Старый Флоуз особенно настаивал на математике и верил в магию чисел столь же
истово, как его предки верили в предначертанность судьбы и в топот стад,
означавший для них саму жизнь. По его мнению, умение обращаться с числами
было надежной основой для коммерческой карьеры; и кроме того, числа были
столь же лишены любых внешних признаков пола, как и его экономки. Поскольку
наставники, особенно те, что были не от мира сего, редко владели знанием
одновременно математики и классической истории, обучение Локхарта
продвигалось обрывочно, но все же постоянно оказывалось достаточным для
того, чтобы отразить любую попытку местных школьных властей предоставить ему
более традиционное образование за счет общества. Школьные инспекторы, на
свой страх и риск добиравшиеся во Флоуз-Холл в стремлении заручиться
доказательствами, что Локхарт получает неполноценное образование,
возвращались пораженными и сбитыми с толку узостью его эрудиции. Они не
привыкли к тому, что маленький мальчик может оказаться вдруг способным
ответить наизусть таблицу умножения по латыни или же прочитать Ветхий Завет
на языке урду. Не привыкли они и к тому, чтобы проводить экзамены в
присутствии старика, поигрывающего спусковым крючком небрежно направленного
в их сторону дробовика, который перед этим заряжался подчеркнуто в их же
присутствии. В подобных обстоятельствах инспекторы неизменно приходили к
выводу, что, хотя Локхарт Флоуз содержится в руках, которые вряд ли можно
считать безопасными, тем не менее с точки зрения образования никаких
претензий к воспитанию ребенка быть не может, а попытка перевести его в
обычную школу скорее всего ничего не даст, -- кроме, возможно, заряда дроби.
Такого же мнения придерживались и домашние учителя Локхарта, появлявшиеся,
однако, в поместье с каждым годом все реже и реже.
Старый Флоуз восполнял их отсутствие тем, что сам взялся за обучение
Локхарта. Хотя он родился еще в 1887 году, в период самого расцвета
Британской империи, он продолжал пребывать в твердом убеждении: что было
верно во времена его юности, остается истинным и по сей день. Англичане --
высший тип живых существ, созданных Богом и природой. Империя -- величайшая
из всех, которые когда-либо существовали. Восток начинается сразу же по ту
сторону пролива Па-де-Кале, а секс, конечно, необходим для продолжения рода,
но в целом достоин осуждения, и упоминать о нем неприлично. Флоуз просто
игнорировал то, что империи давным-давно не существует, что по ту сторону
пролива живут вовсе не. туземцы и что вообще процесс повернулся в обратную
сторону и теперь не англичане разъезжались во все стороны для покорения
мира, но бывшие туземцы во все большем числе прибывали в Довер. Он не читал
газет, а отсутствие электричества во Флоуз-Холле использовал как оправдание
тому, что в доме не было ни радиоприемника, ни тем более телевизора. Но секс
он игнорировать не мог. В его девяносто лет его асе еще преследовало чувство
вины за собственную половую неумеренность, а тот факт, что эта
неумеренность, как и империя, давно перешла из реальности в сферу
воображения, лишь еще более ухудшал дело. В своих фантазиях Флоуз-старший
оставался распутником и потому ради усмирения плоти и для спасения своей
души постоянно прибегал к холодным ваннам и дальним прогулкам. Он также
охотился, ловил рыбу, хорошо стрелял и настолько приучил своего
незаконнорожденного внука к этим занятиям, что Локхарт мог попасть с пятисот
ярдов из винтовки времен первой мировой войны в бегущего зайца, а со ста
ярдов -- из мелкокалиберки в куропатку. К семнадцати годам Локхарт настолько
опустошил фауну в окрестностях поместья и в местной речке и сделал
существование для всего живого вокруг столь невыносимым, что даже лисы,
которых тщательно оберегали от относительно легкой гибели под пулями, чтобы
было кого травить и рвать на куски гончими, -- даже лисы перебрались в конце
концов в угодья, обитание в которых не требовало ежесекундной бдительности.
Их переселение совпало с отъездом из поместья последней и самой любимой
старым Флоузом экономки. Тогда-то доктор Мэгрю, семейный врач хозяина,
воспользовавшись всеми этими обстоятельствами, а также тем, что старый Флоуз
стал слишком усердно прикладываться к бутылке портвейна и зачитываться
Карлайлом -- других авторов он не признавал, -- начал убеждать его
отправиться куда-нибудь на отдых. Усилия доктора были поддержаны адвокатом
Балстродом. Происходило это во время одного из тех обедов, которые старик
давал во Флоуз-Холле ежемесячно на протяжении тридцати лет. Эти трапезы
обеспечивали ему возможность поразглагольствовать о вечном, метафизическом,
биологическом, равно как и о том, что оскорбляет нравы и устои общества.
Такие обеды заменяли ему посещение церкви, а высказываемые им при этом
суждения можно было считать максимально доступным для него приближением к
некоему подобию религиозности.
-- Черта с два, -- заявил старый Флоуз, когда доктор Мэгрю после
очередного из таких обедов впервые упомянул о возможности отдыха. -- Тот
дурак, кто первым сказал, будто перемена мест -- это отдых, не жил в нашем
погруженном во мрак невежества и предрассудков веке.
Доктор Мэгрю подлил себе еще немного портвейна.
-- Вы не протянете следующую зиму в нетопленном доме и без экономки.
-- За мной вполне могут присмотреть Додд и этот ублюдок. К тому же дом
не неотапливаемый. Вверх по течению Слаймберна есть заброшенная шахта. Додд
приносит оттуда уголь, а ублюдок готовит.
-- Это еще один довод в пользу отдыха, -- сказал доктор
Мэгрю и раньше подозревавший, что съеденный ими обед был приготовлен
Локхартом. -- Ваше пищеварение не выдержит такого напряжения. Да и не
думаете же вы, что парня можно держать тут взаперти вечно. Пора бы ему уже и
посмотреть на мир.
-- Не раньше, чем я выясню, кто его отец, -- со злобой в голосе ответил
Флоуз. -- А когда я это узнаю, я буду лупить эту скотину кнутом до тех пор,
пока его жизнь не повиснет на ниточке.
-- Вы не сможете никого отлупить, если не примете нашего совета, --
возразил Мегрю. -- Как вы считаете, Балстрод?
-- Как ваш друг и юридический советник, -- изрек Балстрод, лицо
которого блестело в свете свечей, -- хочу сказать, что меня бы весьма
опечалило преждевременное прекращение этих прекрасных встреч, которое может
воспоследствовать, если не будет уделяться должного внимания погоде и нашим
советам. Вы не молодой человек, и вопрос вашего завещания...
-- К черту мое завещание, сэр, -- заявил старый Флоуз. -- Я напишу
завещание, когда буду знать, кому оставляю свои деньги, и не раньше. А что
за совет вы мне хотели дать?
-- Отправляйтесь в путешествие, -- сказал Балстрод. -- Куда-нибудь, где
тепло и солнечно. Мне говорили, что кормят в таких поездках отменно.
Флоуз внимательно разглядывал содержимое графина в раздумывал над
предложением. В совете его друзей было что-то привлекательное; а кроме того,
окрестные фермеры начали в последнее время жаловаться, что Локхарт, которому
уже не хватало живых мишеней, стал тренироваться в стрельбе по овцам с
полутора тысяч ярдов. Справедливость этих жалоб подтверждалась тем, что
готовил Локхарт. Как подсказывали старому Флоузу его пищеварение и совесть,
в их доме что-то часто стали есть баранину. Наконец Локхарту уже исполнилось
восемнадцать лет, и парня давно пора было куда-нибудь сплавить, пока он
никого не подстрелил. Как бы в подтверждение этих мыслей с кухни донеслись
меланхолические звуки нортумберлепдской волынки, на которой играл Додд.
Локхарт сидел напротив него и слушал с тем же выражением, с каким он внимал
рассказам Додда о добром старом времени, о том, как лучше всего приманить
чужого фазана или ловить руками форель.
-- Я подумаю об этом, -- произнес в конце концов Флоуз.
Обильный снег, выпавший в эту ночь, заставил его решиться, и, когда
Балстрод и доктор Мэгрю спустились к завтраку, старый Флоуз находился в
лучшем расположении духа и был более сговорчив.
-- Всю подготовку оставляю на ваше усмотрение, Балстрод, -- сказал он,
покончив с кофе и раскуривая потемневшую от времени трубку. -- Ублюдок
поедет со мной.
-- Ему потребуется свидетельство о рождении, чтобы получить паспорт, --
сказал адвокат, -- и...
-- Кто в канаве родился, там и сдохнет. Я зарегистрирую его только
тогда, когда буду знать, кто его отец, -- прервал Флоуз, глаза которого
рассерженно засверкали.
-- Хорошо, -- ответил Балстрод, которому не хотелось с самого утра
снова возвращаться к теме лупцевания кнутом. -- Полагаю, мы сможем записать
его в ваш паспорт.
-- Но только не так, чтобы я оказался его отцом, -- зло пробрюзжал в
ответ Флоуз, глубина чувств которого к внуку отчасти объяснялась страшным
подозрением, что сам он тоже мог оказаться причастен к зачатию Локхарта. В
его сознании сохранилось туманное воспоминание о том, как, будучи в
состоянии сильного подпития, он провел ночь с экономкой, которая задним
числом показалась ему моложе, чем он привык ее видеть днем, и сопротивлялась
сильнее обычного. -- Только не так, чтобы я выглядел его отцом.
-- Внесем его в ваш паспорт с указанием, что вы приходитесь ему дедом,
-- сказал Балстрод. -- Мне понадобится его фотография.
Флоуз прошел в кабинет, порылся в ящиках секретера и возвратился с
фотографией Локхарта, сделанной, когда ему было десять лет. Балстрод с
сомнением изучал ее.
-- Он сильно изменился с тех пор, -- заметил адвокат.
-- На мой взгляд, нет, -- ответил Флоуз, -- а мне лучше знать. Он
всегда был таким тощим и выглядел как деревенщина.
-- Да, и к тому же с практической точки зрения его просто не
существует, -- сказал доктор Мэгрю. -- Он не зарегистрирован в Национальной
службе здравоохранения, и, если он когда-нибудь заболеет, я предвижу
серьезные трудности с получением лечения.
-- Он за всю жизнь не болел и дня, -- возразил Флоуз. -- Более
здоровущего типа и представить себе трудно.
-- Но с ним может произойти какой-нибудь несчастный случай, -- высказал
предположение Балстрод. Старик с сомнением покачал головой.
-- На это нельзя и надеяться. Додд свидетель, этот парень знает, как
действовать в неприятных ситуациях. Слышали поговорку, что лучший лесник
получается из браконьера? -- Балстрод и доктор Мэгрю подтвердили, что
слышали. -- Так вот, с Доддом все наоборот. Он тот лесник, из которого
получится лучший браконьер, -- продолжал Флоуз, -- он и ублюдка воспитал так
же. Когда этот парень окажется за границей, на двадцать миль вокруг него
никто не будет в безопасности.
-- Кстати, о загранице, -- вставил Балстрод, который, будучи
законником, не хотел ничего знать о противозаконных выходках Локхарта. --
Куда бы вы хотели отправиться?
-- Куда-нибудь к югу от Суэца, -- ответил Флоуз, представление которого
о Киплинге тоже не соответствовало действительности. -- Все детали я
оставляю на ваше усмотрение.
Три недели спустя Локхарт и его дед покидали Флоуз-Холл в старинном
экипаже, который Флоуз-старший использовал для церемониальных выездов. Он
остерегался автомобилей, как и вообще всех этих современных нововведений.
Додд правил, а позади экипажа был привязан сундук, которым Флоуз
воспользовался последний раз в 1910 году, отправляясь в Калькутту. Когда
лошади, стуча копытами по металлическому настилу, отъезжали от поместья,
сердце Локхарта было переполнено ожиданиями чего-то необычайного. Это было
его первым путешествием, и оно вело Локхарта в тот мир, который он до сих
пор представлял себе только по воспоминаниям деда и силой собственного
воображения. Поездом они добрались вначале от Гексама до Ньюкастла, а потом
дальше, до Лондона и Саутгемптона. Флоуз все это время жаловался, что
железные дороги не те, какими они были сорок лет назад, а Локхарт с
удивлением открывал для себя, что, оказывается, не у всех женщин бывает
растительность на лице и варикозные вены. К тому времени, когда они
добрались до теплохода, старый Флоуз был усилиями билетных контролеров
измотан до такой степени, что ему уже не единожды казалось, будто он снова в
Калькутте. С огромными трудностями и без всякой проверки паспорта его
подняли по трапу на теплоход и там проводили вниз в каюту.
-- Я буду обедать здесь, в покоях, -- заявил он стюарду. -- Мальчик
перекусит что-нибудь наверху.
Стюард посмотрел на "мальчика" и решил не пытаться доказывать, что
каюта -- не покои и что времена, когда пассажиры могли заказывать обеды в
каюту, уже давно в прошлом.
-- В 19-й у нас какой-то старый чудак, -- поделился он потом
наблюдением с одной из стюардесс, -- жуть какой старый и странный. Не
удивлюсь, если окажется, что ему доводилось плавать еще на "Титанике".
-- Я думала, все, кто там был, утонули, -- сказала стюардесса. Но у
стюарда было на этот счет свое мнение:
-- Не все. Клянусь чем хочешь, этот старый педик там уцелел. А его
красномордый внучок -- он как будто с луны свалился. И смотрит так, что мне
бы не хотелось иметь с ним дело.
Когда вечером "Лудлоу Кастл" выходил через Солентский пролив[1], старый
Флоуз ужинал в своих покоях, а Локхарт, облаченный во фрак и белый галстук,
когда-то принадлежавшие его более крупному дядюшке, поднялся в ресторан
первого класса, где его проводили к столику, за которым уже сидели миссис
Сэндикот и ее дочь Джессика. Пораженный красотой Джессики, он на мгновение
смутился и замешкался, но потом поклонился и сел.
Сказать, что Локхарт Флоуз влюбился с первого взгляда, значило бы не
сказать ничего. Он с головой рухнул в нахлынувшее на него чувство.
Перевод заглавия:   The Throwback
Штрихкод:   9785699473229
Аудитория:   Общая аудитория
Бумага:   Офсет
Масса:   310 г
Размеры:   170x 114x 24 мм
Оформление:   Частичная лакировка
Тираж:   4 000
Литературная форма:   Роман
Сведения об издании:   Переводное издание
Тип иллюстраций:   Без иллюстраций
Переводчик:   Косолапов Н.
Отзывы Рид.ру — Флоузы, или кровь предков
2.5 - на основе 4 оценок Написать отзыв
2 покупателя оставили отзыв
По полезности
  • По полезности
  • По дате публикации
  • По рейтингу
3
02.05.2012 00:02
История о единственном наследнике старинного английского рода Флоузов, незаконнорожденном ребёнке, в силу прихоти деда лишённого даже свидетельства о рождении и к восемнадцати годам получившего крайне скупые представления об окружающем мире, могла бы стать социальной драмой. Но Том Шарп поступил иначе, превратив её в сатирический роман.

Нотки сарказма просачиваются в повествование постепенно. В первых главах ещё жалеешь юного Флоуза за наивность, неподготовленность к жизни в обществе и сексуальные комплексы - и в то же время радуешься, что ушлой охотнице за наследством не удалось обвести вокруг пальца Флоуза-старшего. Но ближе к середине книги, начиная с истории о разборках младшего Флоуза с соседями, действие приобретает фантасмагорический характер. Убийства, взрывы и выстрелы, сексуальные извращения встречаются в повествовании в таком количестве, что роман начинаешь воспринимать не иначе как комикс, к которому нельзя относиться серьёзно.

В книге много сатиры на различные стороны жизни британского общества - бюрократию, финансовые махинации, судебные разбирательства, имперскую идею. Всё это авантюрное повествование насыщено чёрным юмором, в том числе и шутками ниже пояса, от обилия и специфики которых в итоге становится просто противно.

От автора не следует ожидать богатого психологизма - большинство героев изображено неприкрыто карикатурно. Это типичные герои английских анекдотов - неверные мужья и жёны, либеральный пастор, старые девы-ханжи, ирландец-республиканец, пронырливые клерки и адвокаты. Автору их нисколько не жалко, как и главному герою. Вместе с Флоузом-младшим, внезапно оказавшимся не таким уж и наивным, писатель хладнокровно и красочно расправляется с эпизодическими и второстепенными персонажами в случае необходимости.

В характерах Флоузов автор попытался воплотить противоречивый образ "старой доброй Англии" - то величественный, то комичный, может быть, в чём-то и жестокий, но непременно вызывающий уважение. Флоузы старомодны и несовременны, но смена эпох не властна над многовековым укладом их жизни. Они могут быть самодурами, но их целеустремлённость восхищает. Они готовы идти до последнего, защищая свой дом, и в этом их сила.

Я назвала бы книгу очаровательной, если бы английский юмор, присутствующий в начале повествования, не перерос в нагромождение грязных и пошлых историй. Несмотря на то, что автор попытался сделать финал книги более душевным, его шутки оставили неприятное впечатление. В итоге роман получился любопытным, с интересным сюжетом, но рассчитанным на читателя со специфическим чувством юмора.
Нет 0
Да 1
Полезен ли отзыв?
3
21.06.2011 12:08
Действие в романе сконцентрировано вокруг борьбы за наследство старика Флоуза, развернувшейся между его новоиспеченной женою и незаконнорожденным внуком, и к своему окончанию борьба эта превращается в почти настоящие военные действия. Ну во всяком случае артиллерийский залп по противнику производится совершенно точно.
Для меня "Флоузы" только второй прочитанный роман Шарпа (первый "Дальний умысел"). Причем оба прочитаны в небольшой промежуток времени, что позволяет лучше разглядеть их общность. Что у Шарпа хорошо получается, так это создать невероятные приключения их скучнейших ингредиентов. Фантазия у него просто уникальная. Но плохо, что большая часть юмора крутиться вокруг секса и фекалий -- прям как в молодежных комедиях 90-х годов. И если в "Дальнем умысле" это прекрасно компенсировалось сатирой на издательский бизнес, то тут объектом сатиры выступают уже англичане как нация, что не так универсально. Причем как по мне, так тут больше даже ненависти и человеконенавистничества, чем сатиры. В данном вопросе мне больше понравился Малькольм Брэдбери с его "Исторической личностью".
Вывода два: хорошо, что начал именно с "Дальнего умысла" и лучше между прочтениями романов автора делать перерывчик побольше
Нет 0
Да 9
Полезен ли отзыв?
Отзывов на странице: 20. Всего: 2
Ваша оценка
Ваша рецензия
Проверить орфографию
0 / 3 000
Как Вас зовут?
 
Откуда Вы?
 
E-mail
?
 
Reader's код
?
 
Введите код
с картинки
 
Принять пользовательское соглашение
Ваш отзыв опубликован!
Ваш отзыв на товар «Флоузы, или кровь предков» опубликован. Редактировать его и проследить за оценкой Вы можете
в Вашем Профиле во вкладке Отзывы


Ваш Reader's код: (отправлен на указанный Вами e-mail)
Сохраните его и используйте для авторизации на сайте, подписок, рецензий и при заказах для получения скидки.
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить