Пока я жива Пока я жива Шестнадцатилетняя героиня этой книги только начинает жить, и ей так много хочется успеть. Поэтому она пишет список всех своих желаний и берется за дело. Не все в нем так невинно, как у ее сверстников. Но лишь потому, что она во многом на них не похожа. А еще потому, что ей нужно успеть все сейчас! \"Пока я жива\" - честный, смелый и невероятно жизнеутверждающий роман. Он в полном смысле слова останавливает время, напоминая о том, что нужно ценить главное, ловить момент, быть смелее в желаниях и наслаждаться приключениями, которые нам дарит каждый день. Рипол 978-5-386-03102-2
112 руб.
Russian
Каталог товаров

Пока я жива

Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре (11)
  • Отзывы ReadRate
Шестнадцатилетняя героиня этой книги только начинает жить, и ей так много хочется успеть. Поэтому она пишет список всех своих желаний и берется за дело. Не все в нем так невинно, как у ее сверстников. Но лишь потому, что она во многом на них не похожа. А еще потому, что ей нужно успеть все сейчас! "Пока я жива" - честный, смелый и невероятно жизнеутверждающий роман. Он в полном смысле слова останавливает время, напоминая о том, что нужно ценить главное, ловить момент, быть смелее в желаниях и наслаждаться приключениями, которые нам дарит каждый день.
Отрывок из книги «Пока я жива»
Один
Как бы я хотела, чтобы у меня был парень. Чтобы он висел в шкафу на вешалке, а я бы его доставала когда вздумается, и он смотрел бы на меня, как парни в фильмах, -так, словно я красавица. Тяжело дыша, он без лишних слов снимал бы кожаный пиджак и расстегивал джинсы. Под ними белые трусы; парень так красив, что у меня кружится голова. Потом он бы меня раздевал. Снимая с меня одежду, он шептал бы (слово в слово): «Тесса, я тебя люблю. Я без ума от тебя. Ты такая красивая».
Я сажусь на кровати и включаю ночник. Ручка есть, но нет бумаги, и я пишу прямо на стене «Я хочу, чтобы на меня лег парень, хочу почувствовать тяжесть его тела». Потом ложусь и смотрю в небо. Оно странного цвета-угольно-красного, словно день истекает кровью.
Пахнет сосисками. По субботам всегда сосиски. А к ним пюре и капуста с луковой подливкой. Потом папа возьмет лотерейный билет, Кэл выберет числа, они с отцом усядутся перед телевизор с подносами на коленях и поужинают. Посмотрят «Икс-фактор» и «Кто хочет стать миллионером?». Потом Кэл сходит в ванную и ляжет спать, а папа перед сном будет допоздна курить и пить пиво.
Сегодня он уже заходил ко мне. Подошел к окну и раздернул занавески. «Смотри!» -сказал он, когда в комнату хлынул свет. Был день, и было небо, и в нем плыли верхушки деревьев. Его силуэт вырисовывался на фоне окна; папа стоял подбоченившись –этакий Могучий Рейнджер.
-Чем я могу тебе помочь, если ты все время молчишь? –проговорил он, подошел и присел на край кровати. Я затаила дыхание. Если долго не дышать, в глазах начинает рябить. Папа погладил меня по голове, нежно массируя пальцами кожу.
-Дыши, Тесса, -прошептал он.
Вместо этого я схватила с тумбочки шапку и натянула на глаза. Тогда он ушел.
Сейчас он внизу, жарит сосиски. Я слышу, как шипит жир, как булькает в кастрюле подливка. Не знаю, действительно ли все это слышно сверху, но меня уже ничем не удивишь. Я слышу, как Кэл расстегивает куртку (он ходил в магазин за горчицей). Десять минут назад ему выдали фунт и велели не разговаривать с незнакомцами. Пока его не было, папа курил на заднем крыльце. Я слышала шорох листьев, падающих на траву у его ног. Наступает осень.
-Повесь куртку и сходи спроси, не нужно ли чего Тессе, -говорит папа. –У нас есть черника. Вдруг она захочет.
Кэл в кроссовках; когда он прыжками поднимается по лестнице и входит в мою комнату, в его подошвах хлюпает воздух. Я делаю вид, будто сплю, но Кэла это не смущает. Он наклоняется ко мне и спрашивает:
-Даже если ты со мной никогда больше не будешь разговаривать, мне плевать.
Я открываю один глаз и вижу два его голубых глаза.
-Я так и знал, что ты притворяешься, -ухмыляется Кэл. –Папа спрашивает, не хочешь ли ты черники.
-Нет.
-Что ему сказать?
-Скажи, что я хочу слоненка.
Кэл смеется.
-Мне будет тебя не хватать, -признается он и уходит, оставив меня лежать на сквозняке с открытой дверью.

Два

Зои без стука заходит в комнату и плюхается ко мне на кровать. Она странно на меня смотрит –так, будто не ожидала здесь увидеть.
-Что поделываешь? –спрашивает она.
-А что?
-Ты больше не спускаешься вниз?
-Тебе что, звонил мой папа?
-У тебя что-то болит?
-Нет.
Она смеривает меня подозрительным взглядом, потом встает и снимает пальто. На ней короткое красное платье в тон сумочке, которую Зои бросила на пол.
-Ты куда-то собралась? –интересуюсь я. –У тебя свидание?
Она поживает плечами, подходит к окну и выглядывает в сад. Водит пальцем по стеклу. Потом говорит:
-Может, тебе стоит поверить в Бога.
-С чего это?
-Как и всем нам. Всему человечеству.
-Едва ли. Похоже, Бог умер.
Она оборачивается и смотрит на меня. Лицо бледное, как зима. За ее плечом, мигая, по небу летит самолет.
-Что ты там написала на стене? –интересуется она.
Не знаю, зачем я дала ей это прочесть. Наверно, мне хочется, чтобы что-то случилось. Надпись сделана черными чернилами. Под взглядом Зои слова корчатся, как пауки. Зои перечитывает их несколько раз подряд. Терпеть не могу, когда она так жалостливо на меня смотрит.
-Да уж, это явно не Диснейленд, -тихонько произносит она.
-А я разве говорила, что хочу в Диснейленд?
-Мне так казалось.
-Ты ошибалась.
-Я думаю, твой папа ждет, что ты попросишь пони, а не парня.
Как здорово слышать наш смех. Смеяться больно, но мне все равно нравится. Обожаю хохотать над чем-то с Зои, потому что знаю: мы представляем себе одни и те же дурацкие картинки. Стоит ей сказать: «Тогда уж скорее подошла бы племенная ферма», как мы обе заходимся в истерике от смеха.
-Ты плачешь? –спрашивает Зои.
Не знаю. Наверно. Я всхлипываю, как женщины в телевизоре, у которых погибла вся семья. Я подвываю, как зверь, отгрызающий себе лапу. Все наваливается как-то сразу: как будто пальцы мои-лишь кости, а кожа почти прозрачна. Я чувствую, как в левом легком размножаются клетки, наваливаются одна на другую, словно пепел, медленно заполняющий сосуд. Скоро я не смогу дышать.
-Бояться естественно, -говорит Зои.
-Нет.
-А вот и да. Что бы ты ни чувствовала- так и должно быть.
-Представь, что ты постоянно живешь в страхе.
-Запросто.
Но куда ей! Откуда ей знать, как это, если у нее впереди целая жизнь? Я снова прячусь под шапкой, всего на секунду, потому что мне будет не хватать дыхания. И болтовни. И рыб. Люблю рыб. Мне нравится, как они открывают и закрывают рот.
Туда, куда мне предстоит отправиться, ничего с собой не возьмешь.
Зои следит, как я вытираю глаза краешком одеяла.
-Помоги мне, -прошу я.
Она озадаченно глядит на меня:
-В чем?
-Они пока на бумажках. Я перепишу их набело, и ты меня заставишь это сделать.
-Заставлю сделать что? То, что ты написала на душе?
-И не только, но сначала –парень. Зои, ты тысячу раз занималась сексом, а я даже ни с кем не целовалась.
Зои задумалась над моими словами. Я вижу, что они запали ей глубоко в душу.
-Не то чтобы тысячу, -наконец произносит она.
-Ну пожалуйста, Зои. Даже если я буду тебя просить, даже если я тебя чем-то обижу, ты меня заставляй. У меня целый список желаний.
Наконец она соглашается, и это выходит у нее так непринужденно, словно я попросила почаще меня навещать.
-Правда?
-Ну я же обещала, разве нет?
Интересно, понимает ли она, во что ввязалась?
Я сажусь на кровати и смотрю, как Зои роется в моем шкафу. Наверно, она что-то задумала. И это мне в ней нравится. Но лучше бы ей поторопиться, потому что я начинаю думать о всякой всячине. О морковке. О воздухе. Утках. Грушевых деревьях. Бархате и шелке. Озерах. Мне будет не хватать льда. И дивана. И гостиной. И Кэловых фокусов. И всего белого –молока, снега, лебедей.
Зои выудила из шкафа платье с запахом, которое папа купил мне месяц назад. Я даже ценник еще не срезала.
-Я надену это платье, -сообщает Зои. –А ты мое. –Она расстегивает пуговицы.
-Мы куда-то пойдем?
-Тесс, сегодня субботний вечер. Слышала о таком?
Ну конечно. Разумеется, слышала.
Я не вставала несколько часов. Теперь я испытываю странную легкость и пустоту. Зои в нижнем белье помогает мне надеть ее красное платье. Оно пахнет ею. Ткань мягкая и липнет к телу.
-Зачем мне его надевать?
-Иногда здорово почувствовать себя кем-то другим.
-Кем-то вроде тебя?
Она задумывается над моими словами.
-А что, -отвечает Зои, -пожалуй, кем-то вроде меня.
Взглянув на себя в зеркало, я замечаю, до чего переменилась: большие глаза, дерзкий вид. Я выгляжу просто потрясающе, так, будто для меня нет ничего невозможного. Даже волосы смотрятся здорово: кажется, будто они сбриты нарочно, а не просто так растут. Мы глядим на себя, стоя бок о бок, а потом Зои уводит меня от зеркала, усаживает на кровать, берет с туалетного столика косметичку и садится рядом со мной. Она выдавливает на палец тональный крем и мажет мне на щеки, а я разглядываю ее. Зои очень светлая блондинка с белой кожей; из-за угрей она выглядит немного диковато. А у меня никогда даже прыщика не было. Тут уж кому как повезет.
Она обводит мне губы контуром и закрашивает помадой. Потом достает тушь и велит мне смотреть прямо на нее. Я пытаюсь представить, каково это- быть Зои. Я часто так делаю, но до конца вжиться в образ никак не получается. Тут Зои снова тащит меня к зеркалу. Я выгляжу великолепно. Почти как она.
-Куда ты хочешь сходить? –спрашивает она.
Есть куча мест. Паб. Какой-нибудь клуб или вечеринка. Мне хочется в большую темную комнату, в которой много народу, и все танцуют, то и дело задевая друг друга. Я хочу услышать тысячу оглушительно громких песен. Я хочу танцевать так быстро, чтобы мои волосы отрасли до пят. Я хочу оглушительно громко кричать, перекрывая уханье басов. Я хочу, чтобы меня бросила в жар и я грызла бы лед.
-Пошли куда-нибудь потанцуем, -предлагаю я. –Найдем каких-нибудь парней и займемся с ними сексом.
Из гостиной выходит папа и поднимает по ступенькам. Он делает вид, будто шел в туалет, и притворяется, что не ожидал нас увидеть.
-Ты встала! –восклицает он. –Чудо! –Папа сдержанно, явно завидуя, кивает Зои в знак благодарности. –Как тебе это удалось?
Потупившись, Зои улыбается:
-Просто ее надо было немножко растормошить.
-И чем же ты ее расшевелила?
Выпятив бедро, я поясняю, глядя отцу прямо в глаза:
-Мы с Зои идем танцевать стриптиз.
-Смешно, -отвечает он.
-Нет, правда.
Он качает головой и поглаживает живот. Мне его жалко, потому что он не знает, что делать.
-Ладно, -говорю я. –Мы идем к луб.
Папа смотрит на часы, как будто это ему что-то даст.
-Я за ней присмотрю, -обещает Зои так мило и невинно, что я ей почти верю.
-Нет, -возражает отец. –Ей нужен отдых. В клубе накурено и шумно.
-Если ей нужен отдых, зачем вы мне тогда звонили?
-Я хотел, чтобы ты с ней поговорила, а не уводила с собой.
-Не беспокойтесь, -смеется Зои, -Я ее верну.
Я чувствую, как все мое оживление куда-то испаряется, потому что знаю: папа прав. Сходив в клуб, я буду неделю спать. Если я переутомлюсь, потом непременно буду за это расплачиваться.
-Ладно, -говорю я. –Какая разница.
Зои хватает меня за руку и тащит за собой по лестнице.
-Мама дала мне машину, -сообщает она. –к трем часам я привезу Тессу домой.
Папа не соглашается: три часа- это поздно; он просит Зои привезти меня домой к полуночи. Он повторяет это несколько раз, пока Зои достает из шкафа в прихожей мое пальто. Мы выходим из дома; я кричу «Пока!», но папа не отвечает. Зои закрывает за нами дверь.
-Может, и правда к полуночи? –спрашиваю я у Зои.
Она поворачивается ко мне:
-Послушай, подруга, если уж ты собралась как следует оттянуться, учись нарушать правила.
-Почему бы нам не вернуться к полуночи? Папа будет волноваться.
-Ну и пусть, какая нам разница? Уж кому-кому, а тебе точно не придется отвечать.
Никогда не задумывалась об этом.

Три.
В клуб мы проходим легко. В субботу вечером девушек на тусовках маловато, а у Зои шикарная фигура. При виде Зои вышибалы пускают слюни и машут нам, чтобы мы шли в начало очереди. Покачивая бедрами, Зои заходит в клуб; вышибалы провожают нас взглядом, пока мы идем через холл к гардеробу.
-Приятного вам вечера, девушки! –кричат они. Денег с нас не берут. Нам все бесплатно.
Сдав пальто в гардероб, мы идем в бар и заказываем две колы. Зои добавляет в бокал ром из принесенной с собой фляжки. Она поясняет, что так делают все студенты их колледжа, потому что это дешевле, чем покупать выпивку в клубе. Мне пить нельзя, и это правило я нарушать не собираюсь, потому что спиртное напоминает мне о лучевой терапии. Как то раз между процедурами я смешала напитки из папиного бара и жутко напилась, и теперь в моей памяти одно неотделимо от другого. Алкоголь и ощущения после тотального облучения всего организма.
Мы прислоняемся к стойке бара и оглядываем зал. Клуб набит битком, на танцполе полно народу. Лучи света перескакивают с бюста на бюст, рыщут по задницам, по потолку.
Зои заявляет:
-Кстати, у меня есть презервативы. Если понадобятся –они в сумке. –Она касается моей руки. –Как ты себя чувствуешь?
-Нормально.
-Точно?
-Да.
Бурлящий субботним вечером клуб- то, чего мне и хотелось. Я взялась за список, и Зои мне помогает. Сегодня я вычеркну первый пункт-секс. И пока не выполню все десять-не умру.
-Смотри-ка, -говорит Зои, -как тебе вон тот? –Она указывает на парня. Тот и вправду неплохо танцует, с закрытыми глазами, будто он один в клубе и ему не нужно ничего, кроме музыки. –Он тут каждую неделю бывает. Не представляю, как ему удается здесь накуриваться. Симпатичный, правда?
-Торчок мне не нужен.
Зои смотрит на меня неодобрительно:
-Ты что, сдурела?
-Если он под кайфом, то потом меня и не вспомнит. И алкаш мне тоже не нужен.
Зои со стуком ставит бокал на стойку:
-Я надеюсь, ты не намерена влюбиться? Только не говори мне, что это тоже в списке.
-Нет, этого нет.
-Это хорошо. Ты уж извини, что я напоминаю, но времени у тебя маловато. Ну, за дело!
Она тащит меня за собой на танцпол. Мы подходим достаточно близко, чтобы Торчок нас заметил, и танцуем.
Все идет прекрасно. Кажется, будто мы все- одна семья: мы двигаемся и дышим в одном темпе. Народ осматривается, приглядывается друг к другу. И этого у меня уже никто не отнимет. Субботним вечером танцевать в клубе в красном платье Зои, притягивая взгляды парня. У кого-то из девушек этого нет. Даже такой малости.
Я знаю, что будет дальше: у меня была масса времени для чтения, и я помню все сюжеты. Торчок придвинется ближе, чтобы получше нас разглядеть. Зои на него и не посмотрит, а я посмотрю. Я не отведу взгляда, и, наклонившись ко мне, он спросит, как меня зовут. Я отвечу: «Тесса», и он повторит за мной – твердое «т», свистящее двойное «с», многообещающее «а». Я кивну, давай понять, что все правильно, что мне приятно слышать, как ново и нежно звучит мое имя. Парень поднимет руки ладонями вверх, словно говоря: «Сдаюсь, кто же устоит перед такой красавицей?». Я лукаво улыбнусь и опущу глаза. Это подскажет ему, что надо действовать, что я не кусаюсь, а играю по правилам. Он обнимет меня, и мы станем танцевать вдвоем; я положу голову ему на грудь, слушая, как стучит его сердце –сердце незнакомого парня.
Но выходит иначе. Я забыла три вещи. Первое- что в книгах все не так, как в жизни. Еще я забыла, что на флирт у меня нет времени. А Зои это помнит. Она- третье, о чем я забыла. И Зои берет дело в свои руки.
-Это моя подруга, -перекрикивая музыку, сообщает она Торчку. –Ее зовут Тесса. Она не прочь дунуть, если ты ей дашь.
Он улыбается, протягивает мне косяк, рассматривает нас обеих, задержав взгляд на длинных волосах Зои.
-Чистая трава, -шепчет Зои. Что бы это не было, дым густой, и от него щиплет в горле. Я захожусь в кашле, у меня кружится голова. Я передаю косяк Зои, которая делает глубокую затяжку и возвращает его парню.
Теперь нас трое, мы вместе движемся в такт ударным, которые бьют нам в подошвы, отдаваясь в крови. На развешанных по стенам экранах мерцают калейдоскопические узоры. Косяк снова идет по кругу.
Не знаю, сколько проходит времени. Быть может, часы. Минуты. Я знаю только, что останавливаться нельзя, вот и все. Если я буду танцевать, темные углы зала не двинуться на меня и тишина между треками не станет громче. Если я буду танцевать, то снова увижу корабли на море, поем мидий, услышу, как скрипит под ногами первый снег.
Зои протягивает мне новый косяк. «Ты рада, что пошла?» -одними губами спрашивает она.
Я останавливаюсь, чтобы вдохнуть, и по-дурацки застываю на месте, перестав двигаться. Мираж мгновенно рассеивается. Я бодрюсь, но на душе у меня кошки скребут. Зои, Торчок и все остальные далеки и фальшивы, как телепередача. Наверно, я уже никогда не стану одной из них.
-Сейчас вернусь, -сообщаю я Зои.
В тишине туалета я сижу на унитазе, уставясь на колени. Если еще чуть-чуть приподнять платье, я увижу живот. Он до сих пор в красных пятнах. И бедра тоже. Кожа сухая, как у ящерицы, сколько бы я ни мазалась кремом. На руках с внутренней стороны- следы от игл.
Пописав, я вытираюсь и поправляю платье. Выйдя из кабинки, я замечаю Зои, которая ждет меня у сушилки. Я не слышала, как она вошла. Глаза ее темнее прежнего. Я медленно мою руки. Чувствую, что она смотрит на меня.
-У него есть приятель, -говорит Зои. –Он симпатичнее, но, если хочешь, бери Торчка: сегодня же твой вечер. Их зовут Скотт и Джейк. Сейчас мы едем к ним.
Оперевшись о край раковины, я разглядываю свое лицо в зеркале. Глаза кажутся чужими.
-Джейком зовут одного из Твинисов, -замечаю я.
-Слушай, -раздражается Зои, -ты собираешься заняться сексом или нет?
Девушка у соседней раковины бросает на меня быстрый взгляд. Мне хочется объяснить ей, что я не такая, как она подумала. На самом деле я хорошая, и мы бы, наверно, с ней подружились. Но времени нет.
Зои вытаскивает меня из туалета и волочет за собой к бару.
-Вон они. Этот твой.
Парень, на которого она показывает, стоит, заложив большие пальцы за ремень. Он похож на задумчивого ковбоя. Он нас не видит, и я застываю на месте.
-Я не могу!
-Можешь! Живи быстро, умри молодым, оставь симпатичный трупик!
-Нет!
У меня горит лицо. Здесь нечем дышать. Где дверь через которую мы пришли?
Зои хмурится:
-Ты сама меня попросила тебя заставить! И что мне теперь делать?
-Ничего. Не надо тебе ничего делать.
-Хватит дурить!
Зои качает головой и пробирается через танцпол к выходу. Я спешу за ней и вижу, как она протягивает гардеробщику мой номерок.
-Что ты делаешь?
-Беру твое пальто. Потом поймаю такси, и вали себе домой.
-Ты же не можешь ехать к ним одна!
-Увидишь.
Зои распахивает дверь и оглядывается. Очередь рассеялась, и на улице тихо; такси не видно. На тротуаре голуби клюют объедки из пакета, в каких кафе продают еду навынос.
-Ладно тебе Зои. Я устала. Отвези меня домой. Ну пожалуйста.
Она пожимает плечами:
-Ты всегда устаешь.
-Сколько можно злиться?
-Сколько можно нудеть?
-Я не хочу ехать к каким-то незнакомым парням. Там же может случиться все что угодно.
-И хорошо. Иначе вообще ничего и никогда не случится.
Внезапно заробев, я переминаюсь с ноги на ногу.
-Я хочу, чтобы все прошло идеально. А если я прыгну в постель с первым попавшимся парнем, кем я буду? Шлюхой?
Зои поворачивается ко мне. Ее глаза блестят.
-Нет. Просто это жизнь. Ты думаешь, сесть в такси и поехать домой к папочке-это лучше?
Я представляю, как ложусь в постель, дышу спертым воздухом своей комнаты, просыпаюсь утром и все по-прежнему.
Зои снова улыбается.
-Поехали, -говорит она. -Вычеркнешь первый пункт из своего списка. Я же знаю, тебе этого хочется. –Ее улыбка заразительна. –Соглашайся, Тесса. Давай решайся!
-Хорошо.
-Ура!
Зои хватает меня за руку и ведет к входу в клуб.
-Тогда напиши папе эсэмэску, что заночуешь у меня, и вперед.

Четыре

-Ты не любишь пиво? –спрашивает Джейк.
Он опирается о кухонную раковину; я стою рядом с ним. Очень близко. Нарочно.
-Я хочу чаю.
Он пожимает плечами, чокается бутылкой о мою кружку и, запрокинув голову, пьет. Я вижу, как двигается его кадык, когда он глотает, и маленький бледный шрамик у подбородка- след какой-то давней травмы. Джейк вытирает губы рукавом и замечает мой взгляд.
-Ты в порядке? –спрашивает он.
-Ага. А ты?
-Да.
-Вот и хорошо.
Он улыбается мне. У него приятная улыбка. И это здорово. Будь он урод, все было бы гораздо сложней.
Полчаса назад Джейк со своим приятелем Торчком, ухмыльнувшись друг другу, привели нас с Зои к себе домой. Эти ухмылки говорили, что ребята добились своего. Зои им сказала, чтобы не радовались раньше времени, но мы зашли в дом, и Торчок помог ей снять пальто. Зои смеялась его шуткам, брала косяки, которые он для нее скручивал, и в конце концов укурилась.
Мне было видно ее через дверь. Они включили музыку, какой-то мягкий джаз, выключили свет и танцевали, медленно и лениво кружась по ковру. В одной руке Зои держала косяк, вторую засунула сзади за пояс штанов Торчка. Он обнимал ее обеими руками, и казалось, будто они держатся друг за друга.
Тут до меня доходит, что я пью чай на кухне, вместо того, чтобы осуществлять свой план, и понимаю, что пора браться за дело. В конце концов, я сама эту кашу заварила.
Одним глотком я допиваю чай, ставлю кружку на сушилку и прижимаюсь к Джейку. Пальцы наших ног соприкасаются.
-Поцелуй меня, -прошу я, и, едва договорив, понимаю,до чего это смешно. Но Джейк, похоже, ничего не замечает. Он ставит пиво и наклоняется ко мне.
Мы целуемся очень нежно, едва прикасаясь губами, ловим дыхание друг друга. Я всегда знала, что буду целоваться хорошо. Все статьи в журналах прочитала –ну, те, в которых объясняют, как сделать, чтобы не мешал нос, и про избыток слюны, и куда девать руки. Хотя, конечно, я и представить не могла, что буду чувствовать на самом деле: его щетина слегка царапает мой подбородок, он проводит языком по моим губам, засовывает язык мне в рот.
Мы целуемся долго и все теснее прижимаемся,наклоняясь друг к другу. Так классно быть с кем-то, кто ничего обо мне не знает. Мои руки смело лезут ему под футболку, поглаживают спину, поясницу. Какой же он крепкий и здоровый.
Я открываю глаза, чтобы посмотреть, нравится ли Джейку, что я делаю, но мой взгляд привлекают окно за его спиной и утопающее во тьме деревья. Черные веточки барабанят по стеклу, точно пальцы. Я зажмуриваюсь и прижимаюсь к Джейку. Я чувствую через платье, как сильно он меня хочет. Он издает еле слышный глухой стон.
-Пойдем наверх, -просит он.
Джейк подталкивает меня к двери, но я отстраняюсь, уперевшись рукой ему в грудь, и задумываюсь.
-Пойдем, -повторяет он. –Ты же хочешь, правда?
Я чувствую, как стучит его сердце под моими пальцами. Он улыбается мне. Я же хочу, верно? Разве я не за этим приехала?
-Ладно.
Джейк переплетает свои пальцы с моими; ладонь у него горячая. Он ведет меня через гостиную к лестнице. Зои целуется с Торчком. Он прислонился спиной к стене, она просунула ногу меж его ног. Когда мы проходим мимо них, они, услышав наши шаги, оборачиваются. Вид у обоих встрепанный и возбужденный. Зои показывает мне язык. Он блестит, как рыбка в норке.
Отпустив руку Джейка, я иду к дивану за сумочкой Зои. Я роюсь в сумке, спиной чувствуя их взгляды, ленивую усмешку на лице Торчка. Джейк ждет, прислонившись к дверному косяку. Интересно, он сделал Торчку знак, что все о''кей? Мне не видно. Я никак не могу найти презервативы, даже не знаю, как они выглядят, в чем они- в пакетике или в пачке. В замешательстве решаю забрать сумку с собой. Если Зои понадобятся презервативы, она поднимется и возьмет их у меня.
-Пошли, -говорю я.
Я иду за Джейком по лестнице, не сводя глаз с его бедер-для храбрости. Я испытываю какое-то новое, незнакомое чувство; немного подташнивает и кружится голова. Не думала, что, поднимаясь по лестнице вслед за парнем, я вспомню о больничных коридорах. Наверно, я просто устала. Я перебираю в уме, что нужно делать, когда тошнит, -подышать свежим воздухом: открыть окно иди, если есть силы, выйти на улицу. И постараться отвлечься –что-то сделать; что угодно, лишь бы не думать о тошноте.
-Сюда, -произносит Джейк.
Спальня у него самая обычная –маленькая комнатка, где стоят письменный стол, компьютер, стул, односпальная кровать, а на полу валяются книги. На стенах висит несколько черно-белых постеров –в основном фотографии джазовых музыкантов.
Он смотрит, как я оглядываю его комнату.
-Хочешь, поставь сумку на пол, -предлагает он.
Джейк срывает с постели грязное белье и швыряет на пол, расправляет одеяло, садится и пригласительно хлопает ладонью по кровати рядом с собой.
Я не двигаюсь. Я не сяду на кровать, пока он не выключит свет.
-Зажги свечу, -прошу я.
Джейк открывает ящик, достает спички и встает, чтобы зажечь стоящую на столе свечу. Он выключает верхний свет и опускается на кровать.
Вот сидит настоящий, живой парень, смотрит на меня, ждет меня. Теперь дело за мной, но я чувствую, как теснит у меня в груди, как бьется сердце. Чтобы он не подумал, будто я полная идиотка, наверно, нужно притвориться кем-то еще. Я решаю стать Зои и начинаю расстегивать пуговицы ее платья.
Он следит, как я расстегиваю пуговицу за пуговицей. Облизывает губы. Три пуговицы.
Джейк поднимается с кровати и просит:
-Дай я.
Его пальцы действуют проворно. Он уже явно занимался сексом. С другой девушкой, в другой вечер. Интересно, где она сейчас. Четыре пуговицы, пять, красно платье сползает с плеч на бедра и, нежно скользнув по ногам, падает на пол. Я отхожу в сторону и встаю перед Джейком в одном лифчике и трусиках.
-Что это? –он кивает на сморщенную кожу у меня на груди.
-Я болела.
-Чем?
Я закрываю ему рот поцелуями.
Голая, я пахну по-другому –мускусно, пряно, сексуально. От Джейка пахнет иначе- дымом и чем-то сладковатым. Наверно, жизнью.
-Ты не хочешь раздеться? –голосом Зои интересуюсь я.
Он поднимает руки и стягивает через голову футболку. На секунду его лицо скрывается из виду, но обнажается тело- узкая юная грудь в веснушках, блестящие темные волосы подмышками. Он бросает футболку на пол и снова целует меня. Он пытается не глядя расстегнуть ремень одной рукой, но у него ничего не получается. Тогда он отстраняется и, не сводя с меня глаз, нащупывает молнию и пуговицу. Он снимает штаны и остается в одних трусах. Секунду он мнется в нерешительности- как будто стесняется. Я гляжу на его ноги в белых носочках –он выглядит невинно, словно младенец, -и мне хочется что-нибудь ему подарить.
-Я никогда раньше ни с кем не была, -признаюсь я. –Я никогда не спала с парнем.
Со свечки капает воск.
Джейк молчит, потом потрясенно качает головой:
-Ух ты, ничего себе!
Я киваю.
-Иди ко мне.
Я прячу лицо у него на плече. Это успокаивает меня, и кажется, что все будет хорошо. Одной рукой Джейк обнимает меня, а другой гладит по спине, по шее. У него теплая ладонь. Два часа назад я даже не знала, как его зовут.
Может, нам не надо заниматься сексом. Мы просто полежим, обнявшись, под одеялом и заснем. Быть может, мы полюбим друг друга. Он найдет средство, которое меня вылечит и я буду жить вечно.
Но это не так.
-У тебя есть презервативы? –шепчет он. –А то мои кончились.
Я беру суму Зои и выворачиваю на пол у наших ног. Джейк находит презерватив, кладет его на тумбочку у кровати и снимает носки.
Не торопясь, я расстегиваю лифчик. Ни одни парень никогда не видел меня голой. Джейк пожирает меня глазами и не знает, с чего начать. Я слышу, как колотится мое сердце. Джейк с трудом снимает штаны, у него эрекция. Я стягиваю трусики и чувствую, что дрожу. Мы оба голые. Мне вспоминаются Адам и Ева.
-Все будет хорошо, -успокаивает Джейк, берет меня за руку и ведет к кровати, отбрасывает одеяло и мы ложимся.
Это лодка. Берлога. Убежище.
-Тебе понравится, -обещает он.
Мы не спеша начинаем целоваться; он медленно водит пальцами по моему телу. Мне нравится, как мы нежны друг с другом, как неторопливы наши движения в мерцании свечи. Но это длится недолго. Его поцелуи становятся настойчивее, язык мечется у меня во рту, словно хочет проникнуть глубже, но не может. Руки Джейка, не останавливаясь ни на минуту, сжимают и гладят меня. Наверно, он что-то ищет? Он повторяет: «Да, да», но, кажется, говорит не со мной. Глаза его закрыты; он прильнул губами к моей груди.
-Посмотри на меня, -прошу я, -мне нужно, чтобы ты на меня посмотрел.
Он приподнимается на локте:
-Что?
-Я не знаю, что делать.
-Все нормально. –Его глаза так потемнели, что я его не узнаю. Как будто он превратился в кого-то другого –теперь он даже не тот едва знакомый парень, что был несколько минут назад. –Все в порядке.
И он снова приникает губами к моей шее, груди, животу, и вот уже мне не видно его лица.
Его руки тоже спускаются вниз, и я не знаю, как ему сказать, чтобы он прекратил. Я отодвигаюсь, но Джейк не перестает. Его пальцы копошатся меж моих ног, и я задыхаюсь от смущения, потому что со мной никто никогда так не делал.
Что не так, почему я растерялась? Я-то думала, будто знаю, что делать и как это произойдет. Но у меня ничего не получается, и кажется, что Джейк меня заставляет, хотя ведь я сама должна все уметь и направлять его.
Я прижимаюсь к нему, обвиваю руками пояснице и глажу по спине, словно он собака, которая непонятно чего от меня хочет.
Джейк отстраняется и садится на кровати:
-Тебе хорошо
Я киваю.
Он тянется к тумбочке, на которой оставил презерватив. Я смотрю, как он его надевает. Ловко, ничего не скажешь.
-Ну, давай?
Я снова киваю. Отказаться было бы оскорбительно.
Он ложится на кровать, раздвигает мои ноги своими, прижимается, наваливается на меня. Вот-вот почувствую его член в себе и пойму, почему же все так любят секс. Этого-то я и хотела.
За те четыре минуты, что проходят, пока красные цифры 3:15 на его электронных часах не превращаются в 3:19, я успеваю подметить множество мелочей. Я вижу его ботинки, которые валяются у двери. Она закрыта неплотно. На потолке в дальнем углу лежит странная тень, похожая на лицо. Я вспоминаю потного толстяка, который однажды пробежал трусцой по нашей улице. Я думаю о яблоках. Решаю, что прятаться лучше всего под кроватью или лицом в мамины колени.
Опираясь на руки, Джейк медленно двигается надо мной. Он зажмурился, отвернулся в сторону. Вот оно. Все по-настоящему. Прямо сейчас. Я занимаюсь сексом.
Когда все заканчивается, я лежу под ним, чувствуя себя растерянной, маленькой и слабой, и мне не хочется говорить. Какое-то время мы не двигаемся, потом он скатывается и всматривается в мое лицо в темноте.
-Что с тобой? –спрашивает он. –Что-то не так?
Я не могу взглянуть ему в лицо, поэтому я придвигаюсь к Джейку, прижимаюсь, прячусь в его объятиях. Я понимаю, что веду себя как полная идиотка. Я хлюпаю носом, точно младенец, и не могу остановиться. Ужас. Он гладит меня по спину, шепчет мне на ухо «Тс-с-с» и потихоньку высвобождается из моих рук, так что теперь ему видно мое лицо.
-Что случилось? Ты же не будешь говорить, что тебе не хотелось?
Я вытираю глаза краешком одела. Сажусь на кровати, свесив ноги, так что они касаются ковра. Я сижу спиной к Джейку и, прищурясь, пытаюсь разглядеть свою одежду. Она раскинулась по полу причудливой тенью.
В детстве папа частенько катал меня на плечах. Я была такая маленькая, что ему приходилось придерживать меня руками за спину, чтобы я не свалилась; я сидела так высоко, что могла достать до ветки деревьев. Я никогда не расскажу об этом Джейку. Ему до этого нет дела. Мне кажется, люди не понимаю, что им говорят. Их ничем не проймешь.
Я поспешно натягиваю одежду. Красное платье кажется меньше прежнего; я пытаюсь натянуть его на колени. Неужели я и правда отправилась в таком виде в клуб?
Я надеваю туфли, собираю Зоину мелочовку с ковра в сумочку.
-Тебе не обязательно уходить, -произносит Джейк привстав на локте. В мерцании свечи его грудь кажется бледной и слабой.
-Я так хочу.
Он откидывается на подушку. Его рука свисает с кровати; коснувшись пола, пальцы сжимаются. Джейк медленно качает головой.
Зои спит внизу на диване вместе с Торчком. Они лежат, обнявшись, голова к голове. Меня бесит, что Зои не видит в этом ничего особенного. На ней даже его рубашка. Ряды пуговок наводят на мысли о сахарном домике из детской сказки. Я сажусь около низ на корточки и тереблю Зои за руку. Она теплая. Я тормошу ее, пока Зои не открывает глаза. Прищурившись, она смотрит на меня.
-Эй, -шепчет Зои, -ты уже все?
Я киваю и непонятно почему не могу сдержать ухмылки. Зои высвобождается из объятий Торчка, садится и оглядывает пол:
-Там осталось хоть что-нибудь?
Я протягиваю ей жестянку с травкой, иду на кухню выпить воды. Я полагала, что Зои последует за мной, но она остается в гостиной. Какие могут быть разговоры при Торчке? Я допиваю воду, ставлю стакан на сушилку и возвращаюсь в гостиную. Я сажусь на пол у ног Зои, которая, лизнув папиросную бумагу, склеивает самокрутку и открывает кончик.
-Ну и как оно? –интересуется Зои.
-Да так.
Меня ослепляет вспышка света сквозь занавески. Видно только, как блестят Зоины зубы.
-Он тебе понравился?
Я думаю о Джейке, который лежит в комнате наверху; рука свесилась с кровати на пол.
-Сама не знаю.
Зои затягивается, бросает на меня любопытный взгляд, выдыхает дым.
-К этому надо привыкнуть. Мама как-то сказала, что секс- всего лишь три минуты удовольствия. Я подумала: и все? У меня будет не так! И я добилась своего. Если парню дашь понять, что тебе с ним просто офигенно , то все и вправду проходит хорошо.
Я встаю, иду к окну и раздергиваю занавески. Фонари еще горят. Рассветет явно не скоро.
-Ты просто ушла оставив его наверху? –спрашивает Зои.
-Вроде того.
-Это не очень красиво. Вернись- и давайте еще разок.
-Не хочу.
-Ну, домой пока тоже нельзя. Я под кайфом.
Она тушит окурок в пепельнице, укладывается рядом со Скоттом и закрывает глаза. Я долго-долго Сиду и смотрю на нее, наблюдаю, как при дыхании поднимается и опускается ее грудь. Гирлянда огней на стене бросает отблеск на ковер. Там же, на полу, лежит маленький овальный коврик в сизых морских разводах.
Я возвращаюсь на кухню и ставлю чайник. На столе лежит лист бумаги. На нес написано: «Сыр, масло, фасоль, хлеб». Сидя на табуретке, я добавляю: «Ирис с шоколадом, шесть шоколадных яиц». Больше всего мне хочется шоколадных яиц-обожаю их есть на Пасху. А до Пасхи еще двести семнадцать дней.
Наверно, нужно смотреть на вещи трезво. Я вычеркивая шоколадный яйца и вписываю «Шоколадный Санта-Клаус в красной с золотом фольге с колокольчиком на шее». Это, пожалуй, я еще съем. До Рождества сто тринадцать дней.
Перевернув листок, я пишу: «Тесса Скотт». Славное имя в три слога, как любит повторять папа. Если мне удастся написать свое имя на бумажке больше пятидесяти раз, все будет хорошо. Я пишу мелкими-мелкими буквами, как если бы я была зубной феей и отвечала на детское письмо. Побаливает запястье. Чайник свистит. На кухне клубится пар.

Пять.

Иногда по воскресеньям папа отвозит нас с Кэлом в гости к маме. Мы поднимаемся на лифте на девятый этаж. Тут мама обычно открывает дверь, произносит «О, привет!» и оглядывает нас троих. Папа некоторое время топчется на лестнице, и они перебрасываются парой слов.
Но сегодня едва мама открывает дверь, как папа разворачивается и идет к лифту –настолько ему не терпится от меня отделаться.
-Смотри за ней в оба, -говорит он, указывая на меня пальцем. –Ей нельзя доверять.
Мама смеется:
-Что же она такое натворила?
Кэла так и разбирает:
-Папа запретил ей идти в клуб.
-А, -протянула мама, -это так похоже на твоего отца.
-Но она все равно пошла. Только-только домой вернулась. Ее всю ночь не было.
Мама нежно улыбается мне:
-Ты познакомилась с парнем?
-Нет.
-Познакомилась, я же вижу. И как его зовут?
-Ни с кем я не познакомилась!
Папа в ярости.
-Это так на тебя похоже, -заявляет он. –Черт побери, в этом вся ты. Я так и знал, что от тебя помощи не дождешься.
-Да ладно тебе, -говорит мама. –Ведь ей от этого хуже не стало, разве нет?
-Ты посмотри на нее. Она едва стоит на ногах.
Все трое уставились на меня. Терпеть это не могу. Мне тоскливо, холодно, и живот болит. Ноет не переставая с тех пор, как мы с Джейком занимались сексом. Я не знала, что так будет.
-Вернусь в четыре, -бросает папа, входит в лифт. –Она почти две недели отказывается сделать анализ крови, так что позвони мне, если что-то изменится. Справишься?
-Да, конечно, не волнуйся. –Мама наклоняется и целует меня в лоб. –Я за ней присмотрю.
Мы с Кэлом садимся за стол на кухне, а мама ставит чайник, отыскивает среди стоящей в раковине посуды три чашки и ополаскивает их под краном. Достает из шкафчика пакетики с чаем, из холодильника молоко, нюхает его, выкладывает не блюдо печенье.
Я тут же засовываю в рот бурбонскую печеньку. Очень вкусно. Дешевый шоколад –сахар моментально поступает в кровь, в мозг.
-Я вам рассказывала про своего первого парня? –спрашивает мама, поставив чай на стол. –Его звали Кевин, он работал в часовой мастерской. Мне безумно нравилось, как он сидел, такой сосредоточенный, со стеклышком в глазу.
Кэл берет еще одно печенье:
-Мам, а сколько всего у тебя было парней?
Она смеется, откидывает длинные волосы за плечо:
-Нескромный вопрос.
-А папа был лучше всех?
-Ах, ваш отец! –восклицает мама и театрально хватается за сердце, отчего Кэл покатывается со смеху.
Однажды я спросила у мамы, почему у них с папой не сложилось. Она ответила:
-Он самый трезвомыслящий человек, которого я когда-либо знала.
Когда она его бросила, мне было двенадцать. Какое-то время она присылала открытки из мест, о которых я никогда не слышала –из Скегнесса, Гримсби, Халла. На одной из них была фотография гостиницы. «Здесь я теперь работаю, -писала мама. –Я помогаю кондитеру и очень поправилась!»
-Отлично, -заявил папа. –Пусть хоть лопнет.
Я развешивала открытки на стене своей комнаты- Карлайл, Мелроуз, Дорнох.
«Мы живем на ферме, как пастухи, -писала она. –Оказывается, хаггис делают из бараньего горла, легких, сердца и печени!»
Я этого не знала, как не знала и того, кто эти «мы», но мне нравилось рассматривать открытки с пейзажами Северной Шотландии –высокое небо, расстилающееся над заливом.
Потом наступила зима, и мне поставили диагноз. Кажется, сперва мама не поверила, потому что вернулась не сразу. Когда она наконец постучала к нам в дверь, мне стукнуло тринадцать.
-Прекрасно выглядишь! –воскликнула она, едва я открыла дверь. –И почему твой отец вечно сгущает краски?
-Ты будешь жить с нами?
-Не совсем.
Она нашла себе эту квартиру.
С тех пор всегда одно и тоже. Наверно, у мамы нет денег, а может, она боится, что я переутомлюсь, но все заканчивается тем, что мы садимся и смотрим телик или играем в какую-нибудь настольную игру. Сегодня Кэл выбрал «Игру в жизнь». Полная фигня, и я вечно проигрываю. В конце концов у меня оказался муж, двое детей и работа в туристическом агентстве. Я забыла застраховать дом и, когда налетел ураган я потеряла все сбережения. Зато Кэл стал поп-звездой и построил коттедж у моря, а мама- художницей, у которой куча денег и собственный замок. Я же рано вышла на пенсию (мне все время выпадало десять очков) и даже не стала пересчитывать остатки своих средств.
Потом Кэл решает показать маме новый фокус и уходит, чтобы взять в ее кошельке монетку. Пока мы ждем, я стаскиваю со спинки дивана одеяло, и мама урывает мне колени.
-На той недели мне надо в больницу, -сообщаю я. –Ты придешь?
-А разве папа не поедет?
-Вы оба можете поехать.
Она смутилась:
-А зачем тебе в больницу?
-У меня опять начались головные боли. Мне хотят сделать люмбальную пункцию.
Мама наклоняется и целует меня; я чувствую ее теплое дыхание на щеке.
-Все будет хорошо, не волнуйся. Я верю, что все будет хорошо.
Возвращается Кэл с фунтом.
-Дамы, следите за рукой, -произносит он.
Мне не хочется. Надоело смотреть, как исчезают предметы.
В маминой спальне я задираю футболку перед зеркалом на шкафу. Раньше я была страшная, как карлица. Кожа серая, а живот на ощупь словно тесто, вылезшее из кастрюли: палец тонул в рыхлых телесах. Все из-за стероидов. Преднизолон и дексаметазон в больших дозах. Оба лекарства –сущий ад, от них толстеешь, становишься уродливой и злобной.
Прекратив их принимать, я похудела. Теперь тазовые кости выпирают и ребра торчат. Я, словно призрак, постепенно покидаю свое тело.
Я сажусь на маминой кровати и звоню Зои.
-Что это вообще такое-секс? –спрашиваю я.
-Бедненькая, -жалеет меня Зои. –Тебе не понравилось, да?
-Просто я никак не пойму, отчего мне так неуютно.
-В каком смысле неуютно?
-Одиноко и живот ноет.
-Ах да! –восклицает Зои. –Помню такое. Как будто тебя раскупорили?
-Вроде того.
-Это пройдет.
-А почему мне все время хочется плакать?
-Тесс, ты принимаешь все слишком близко к сердцу. Секс- лишь способ общения. Возможность расслабиться и почувствовать себя желанной.
По голосу кажется, будто Зои улыбается.
-Ты что, снова под кайфом?
-Нет!
-А где ты?
-Мне надо бежать. Скажи, что там у тебя дальше по списку, и мы все решим.
-Я передумала. Список-полная фигня.
-Да что ты, это так весело! Не стоит от него отказываться. Наконец-то в твоей жизни что-то происходит.
Повесив трубку, я мысленно считаю до пятидесяти семи. Потом набираю 999.
Женский голос отвечает:
-Служба спасения. Что у вас случилось?
Я молчу.
Женщина спрашивает:
-Произошел несчастный случай?
Я отвечаю:
-Нет.
-Не могли бы вы подтвердить, что все в порядке? –просит она. –Будьте добры, назовите ваш адрес.
Я называю мамин адрес. Подтверждаю, что все в порядке. Интересно, придет ли маме счет. Хорошо бы пришел.
Я звоню в справочную, узнаю телефон «Самаритян» и не спеша набираю номер.
-Алло, -отвечает мягкий женский номер с акцентом, пожалуй с ирландским. –Алло, -повторяет женщина.
Мне неловко тратить ее время, и я говорю:
-Жизнь- дерьмо.
Она негромко произносит «Угу», и это напоминает мне о папе. Полтора месяца назад он ответил также, когда врач в больнице спросил, понимаем ли мы, о чем речь. Помню, я тогда подумала, что папа, наверно, ничего не понял, потому что все время плакал и не слушал.
-Я вас слушаю, -произносит женщина.
Мне хочется обо всем ей рассказать. Я прижимаю трубку к уху: чтобы говорить о важном, нужно стать ближе.
Но я не могу подобрать слов.
-Вы меня слышите? –спрашивает она.
-Нет, -отвечаю я и вешаю трубку...
Перевод заглавия:   Before I Die
Штрихкод:   9785386031022
Бумага:   Газетная
Масса:   190 г
Размеры:   180x 115x 16 мм
Тираж:   7 000
Литературная форма:   Роман
Сведения об издании:   Переводное издание
Тип иллюстраций:   Без иллюстраций
Переводчик:   Полещук Ю.
Отзывы Рид.ру — Пока я жива
4.36 - на основе 11 оценок Написать отзыв
11 покупателей оставили отзыв
По полезности
  • По полезности
  • По дате публикации
  • По рейтингу
5
08.09.2013 23:22
Хорошая и грустная книга, заставляет о многом задуматься, хотя и не шедевр (на мой пристрастный взгляд), перечитывать её не буду. Сюжет несложен -- девушка больна, болезнь её неизлечима, она понимает, что ить ей осталось немного и пытается прожить оставшееся ей время так, чтобы успеть всё то, что ещё можно успеть. Девушка эта совсем юная, подросток ещё, но в силу сложившихся обстоятельств смотрит она и на свою жизнь, и на жизнь окружающих далеко не детским взглядом. И девушку очень-очень жаль... Язык несколько простоват (допускаю, что так и было задумано), а может быть, дело в работе переводчика. Книга похожа на дневник, а не на литературное произведение (в каком-то смысле это, наверное, и неплохо).
Нет 1
Да 0
Полезен ли отзыв?
4
07.06.2013 13:20
Ну ничего себе жизнеутверждающая книга! Меня она прямо – таки в тоску повергла… Нет, в конце я не рыдала, но горечь и осадок остались. На мой взгляд жизнеутверждающая книга – это та, читая которую наполняешься радостью, теплом. С этой книгой ничего похожего не происходит. С каждой страницей крепнет ощущение несправедливости жизни, безысходности и тоски зеленой.

Тесса смертельно больна. У нее рак. Казалось, сюжет страшный, но уже… избитый. На эту тему сколько книг написано… Но вот отличается этот роман от других! Чем? Наверное, своей откровенностью. Тесса, все – таки, в первую очередь подросток. С вытекающими отсюда последствиями. У нее сложные отношения с родителями – отцом, который ее излишне (как ей кажется) ее опекает и матерью, которая бросила семью и живет отдельно.
Единственные люди, с кем Тесса еще «поддерживает связь» - это младший брат и лучшая подруга. Но этого мало! Теса, несмотря на болезнь, вступила в пору становления личности и бурных протестов. Поэтому и список ее выглядит соответствующе. В нем нет романтичных желаний, способных вызвать слезы умиления и светлой грусти у читателей. Нет. В этом списке дел, которые надо успеть сделать до смерти – секс, наркотики, слава, нарушение закона. Неожиданно, правда? Но в том то и дело, что это – правда! Это – настоящее, не надуманное и искреннее.
Через все это и предстоит пройти Тессе. Конечно же, с помощью верной подруги – Зои. Что из этого получится – читаете сами) Могу сказать, что это действительно интересно и необычно. И местами весьма непредсказуемо. Так, начиная писать список, Тесса и подумать не могла, что в ее жизни появиться настоящая Любовь. Именно с большой буквы. Вот так –то. Кроме этого, конечно, произойдет еще немало всего.

В целом книга понравилась, даже и не скажешь, что ожидала другого. Да и чего можно ожидать, если из аннотации и так все ясно? Тесса больна раком. Она умрет, потому что жизнь это жизнь и таких чудес, как волшебное исцеление на свете «взаправду» не бывает. Хоть все это понятно с первой страницы, читать очень интересно, потому что подано все действительно оригинально.

Если и сравнить с какой книгой, так это «Спеши любить» Николаса Спаркса. Только его книга более романтична, возвышенна и… идеальна. «Сейчас самое время» не такая. Она более приближена к суровой реальности, показывает мир таким, каков он на самом деле, без слезливых моментов и душещипательных сцен. Все здесь обыденное, настоящее – желание испробовать чего – то эдакого, выделиться из толпы, любовь и ощущение мимолетного счастья, боль – как физическая, так и душевная. Не обделена книга и чувством юмора. Да – да, даже такое присутствует. Но, конечно, учитывая все обстоятельства, и юмор черноватый… Как же еще можно шутить о смерти…

Вот такая вот книга. Совершенно неоднозначная и способная вызвать бурю эмоций – от восторга до ярости. Но одно чувство появится абсолютно у всех – желание полюбить свою жизнь. Какой бы она ни была. Потому что наша жизнь – это чертовски дорогая штука…
Нет 0
Да 0
Полезен ли отзыв?
4
27.03.2013 11:09
Ну ничего себе жизнеутверждающая книга! Меня она прямо – таки в тоску повергла… Нет, в конце я не рыдала, но горечь и осадок остались. На мой взгляд жизнеутверждающая книга – это та, читая которую наполняешься радостью, теплом. С этой книгой ничего похожего не происходит. С каждой страницей крепнет ощущение несправедливости жизни, безысходности и тоски зеленой.

Тесса смертельно больна. У нее рак. Казалось, сюжет страшный, но уже… избитый. На эту тему сколько книг написано… Но вот отличается этот роман от других! Чем? Наверное, своей откровенностью. Тесса, все – таки, в первую очередь подросток. С вытекающими отсюда последствиями. У нее сложные отношения с родителями – отцом, который ее излишне (как ей кажется) ее опекает и матерью, которая бросила семью и живет отдельно.
Единственные люди, с кем Тесса еще «поддерживает связь» - это младший брат и лучшая подруга. Но этого мало! Теса, несмотря на болезнь, вступила в пору становления личности и бурных протестов. Поэтому и список ее выглядит соответствующе. В нем нет романтичных желаний, способных вызвать слезы умиления и светлой грусти у читателей. Нет. В этом списке дел, которые надо успеть сделать до смерти – секс, наркотики, слава, нарушение закона. Неожиданно, правда? Но в том то и дело, что это – правда! Это – настоящее, не надуманное и искреннее.
Через все это и предстоит пройти Тессе. Конечно же, с помощью верной подруги – Зои. Что из этого получится – читаете сами) Могу сказать, что это действительно интересно и необычно. И местами весьма непредсказуемо. Так, начиная писать список, Тесса и подумать не могла, что в ее жизни появиться настоящая Любовь. Именно с большой буквы. Вот так –то. Кроме этого, конечно, произойдет еще немало всего.

В целом книга понравилась, даже и не скажешь, что ожидала другого. Да и чего можно ожидать, если из аннотации и так все ясно? Тесса больна раком. Она умрет, потому что жизнь это жизнь и таких чудес, как волшебное исцеление на свете «взаправду» не бывает. Хоть все это понятно с первой страницы, читать очень интересно, потому что подано все действительно оригинально.

Если и сравнить с какой книгой, так это «Спеши любить» Николаса Спаркса. Только его книга более романтична, возвышенна и… идеальна. «Сейчас самое время» не такая. Она более приближена к суровой реальности, показывает мир таким, каков он на самом деле, без слезливых моментов и душещипательных сцен. Все здесь обыденное, настоящее – желание испробовать чего – то эдакого, выделиться из толпы, любовь и ощущение мимолетного счастья, боль – как физическая, так и душевная. Не обделена книга и чувством юмора. Да – да, даже такое присутствует. Но, конечно, учитывая все обстоятельства, и юмор черноватый… Как же еще можно шутить о смерти…

Вот такая вот книга. Совершенно неоднозначная и способная вызвать бурю эмоций – от восторга до ярости. Но одно чувство появится абсолютно у всех – желание полюбить свою жизнь. Какой бы она ни была. Потому что наша жизнь – это чертовски дорогая штука…
Нет 0
Да 1
Полезен ли отзыв?
5
25.03.2013 14:17
Книга не для всех! Если называть всё своими именами, без прикрас, то эта книга достаточно увлекательная, она засасывает вас в себя, конечно, это не особо красиво – говорить, что чужое умирание увлекает и притягивает, но это именно так, и вы не бросите эту книгу не дочитанной раз уж начали. Думаю, главная причина такой притягательности - реалистичность истории, хотя медицина и совершенствуется из года в год, но и человеческие патологии, заболевания не отстают, и во многих случаях медицина лишь временное успокоительное для разрушающегося организма. Эта книга открывает новую грань жизни, новые эмоции, новые ощущения, ощущения смерти при жизни… читая книгу вы испытаете к этой умирающей девочке и злобу и любовь и понимание и полное не понимание, её поступки часто предсказуемы (например, секс), но иногда и абсурдны (кража, наркотики).
Сюжет –девочка 16 лет неизлечима больна, ей остались считанные месяцы, вместо того чтобы мечтать о светлом будущем, ей остается распланировать оставшиеся дни и сделать за это время максимально больше, но вы должны понимать что такое «больше» для подростка, это явно не посадить дерево, построить дом, внести пожертвование…
После прочтения вы обязательно будете возвращаться мыслями к книге, обдумывать…
Часто мы сетуем что зарплата маловата, работа не самая любимая, квартира не тех габаритов, квартплату опять повысили, ребенок часто простужается и т.д., но забываем о самом главном – нам дана жизнь полная красок, эмоций, любви, она нам дана просто так и никто ничего не требует в замен и всё что мы можем и ДОЛЖНЫ - это жить сегодня и сейчас, не откладывая на потом.
Нет 0
Да 0
Полезен ли отзыв?
3
06.12.2012 23:30
Книга, которая заставляет задуматься о жизни и смерти. Весь роман написан от первого лица и на протяжении всего произведения мы переживаем каждый момент с героиней: первый секс, первое правонарушение, первая любовь и в итоге смерть.
Отчасти "Пока я жива" напоминает фильм "Спеши любить", но если в фильме девушка Джейми старается сделать все,чтобы помочь окружающим, то героиня книги, Тесса, настроена весьма эгоцентрично. Ее список желаний - это мини-мир, который она построила вокруг себя.
В начала, за счет этого самого эгоизма Тесса вызывает больше жалости и даже немного раздражения, чем сопереживания, но к концу книги, когда ее мир все быстрее меняется, а рак прогрессирует, желания девушки становятся так трогательны, банальны,но столь невыполнимы для нее, что слезы наворачиваются на глаза. "Пункт одиннадцать. Чашка чаю. Пятнадцать, подняться с постели... Пятьдесят один, два, три. Открыть глаза. Открыть глаза, черт побери!"
Нет 0
Да 0
Полезен ли отзыв?
5
10.05.2012 22:49
Невольно задаешься вопросом - почему такая молодая девушка, у которой вся жизнь впереди, должна умереть в 16 лет? Почему именно она и как так можно?
Эта книга берет за живое, потому что в жизни, к сожалению, такое случается.
Книга очень искренняя, такое чувство, что стоит выглянуть в окно и ты увидишь главную героиню, слишком глубоко погружаешься в мир, описанный девушкой. Да, книга стоит того, чтобы прочитать ее. Может, она и не вызывает желание жить, но она помогает осознать как тяжело расставаться с жизнью, когда знаешь, что будущего у тебя нет.
В конце книги я не смогла сдержать эмоций, слишком сильно давило все происходящее на меня.
Очень много эмоций.
Нет 0
Да 0
Полезен ли отзыв?
5
04.09.2011 13:08
Интересная,цепляющая за душу история о смертельно больной девушке. Порадовал тот факт,что она,зная что ее ждет,не унывает,а старается прожить оставшееся время на полную катушку,делает что хочет,и ей собственно наплевать на то,что о ней подумают. Странно,наверное,но я не проронила ни слезинки. Единственное,остался некоторый осадок на душе. В общем,советую. Есть над чем подумать.
Нет 1
Да 0
Полезен ли отзыв?
5
18.08.2011 17:19
Страшная и простая история 16-летней девушки, болеющей лейкемией, в финальной стадии. Книга написана в дневниковом стиле, от лица героини. Очень хорошим, неиспорченным языком. В книге нет лишнего - лишних диалогов, лишних описаний... героиня не хочет терять время, оно слишком дорого и оно уходит.
Страшно читать про мысли героини, ее юмор, ее гнев на судьбу, ее "памятки" для родителей и близких (к прочтению после смерти). Она очень мужественная и непосредственная. Достойно ведет себя несмотря на страх смерти.
Сильная насыщенная, эмоционально напряженная книга. Я, как и предыдущий рецензент, тоже плакала. хотя крайне редко это делаю.
Не только сильный и трогательный сюжет, но и прекрасное глубокое исполнение. Автору большое спасибо.
Рекомендую взрослой аудитории: с горем и неизлечимыми болезнями все когда-нибудь сталкиваемся. Книга учит ценить жизнь и впитывать и радоваться каждой мелочи. А грусть после прочтения все-таки светлая.
подростков, я думаю, книга тронет чуть меньше.
Нет 1
Да 4
Полезен ли отзыв?
3
12.07.2011 11:40
Хорошая книга. Заставляет задуматься о ценности жизни. Помогает понять кто на самом деле друг, а кто нет. Иногда героиня поступает не так как принято в обществе, и ее поступки довольно эгоистичны, но ее можно понять прочитав эту книгу. Серьезная книга, для тех кто любит подумать и поразмышлять после прочтения. Но потом остается такой неприятный осадок на душе.
Нет 0
Да 0
Полезен ли отзыв?
3
08.06.2011 20:45
Книга прочитана. Слезы еще не высохли.
Грустная и очень трогательная книга. А главная героиня как будто твоя давняя знакомая.
Люди,пожалуйста,читайте такие произведения! Надо постоянно помнить и не забывать,что счастье заключается не в том из какой коллекции твое платье и какая марка машины у твоего парня,а счастье-это повседневные вещи.
Можно много еще написать.) Книга очень понравилась. Советую.
Нет 1
Да 9
Полезен ли отзыв?
3
02.06.2011 19:19
Мы живем, не задумываясь о том, что чувствует, человек который умирает, который знает когда придет его срок. Каждый из нас боится думать об этом, потому что боится смерти. Но человек боится неизвестности, а когда конец твоей жизни тебе известен, тебе не остается ничего, кроме как составить список дел которые ты хотел бы сделать и воплотить его в жизнь за то короткое время что тебе осталось. Так и поступает Тесса шестнадцатилетняя девушка. Ее список абсолютно безрассудный, но это лишь от желания почувствовать жизнь, осознавая как мало ей выпало. Каждый пункт в ее списке становится все более осознанным, жизненным. Она считает, пункты списка, минуты между сознанием и обмороком, ночи с любимым, дни до конца. Пока все мгновения не сливаются в одно.
Нет 1
Да 3
Полезен ли отзыв?
Отзывов на странице: 20. Всего: 11
Ваша оценка
Ваша рецензия
Проверить орфографию
0 / 3 000
Как Вас зовут?
 
Откуда Вы?
 
E-mail
?
 
Reader's код
?
 
Введите код
с картинки
 
Принять пользовательское соглашение
Ваш отзыв опубликован!
Ваш отзыв на товар «Пока я жива» опубликован. Редактировать его и проследить за оценкой Вы можете
в Вашем Профиле во вкладке Отзывы


Ваш Reader's код: (отправлен на указанный Вами e-mail)
Сохраните его и используйте для авторизации на сайте, подписок, рецензий и при заказах для получения скидки.
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить