Логико-философские труды Логико-философские труды В сборнике представлены труды величайшего немецкого логика, философа и математика Готлоба Фреге (1848-1925), посвящённые философии логики и философии математики. Разрабатывая программу логицизма (программу сведения математики к логике), Фреге создал новые средства формального анализа, которые лежат в основании всех последующих разработок символической логики и исследований в основаниях математики. Новаторские взгляды Фреге входят в необходимый арсенал современных философских методов. Его идеи способствовали глобальной реформе в области философии математики, философии языка и теории познания. Его определение понятия числа с точки зрения логических понятий представляет собой классическую модель редукции одной области знания к другой. Его последовательная критика психологизма привела к значительному изменению структуры и формы теории познания, возродив, в противовес субъективизации познавательных процессов, так называемый \"реализм\" в логике и математике, который оказал значительное влияние на феноменологию. Принципы, сформулированные Фреге, до сих пор служат руководством для исследований в области лингвистической философии и языкознания. Сибирское университетское издательство 978-5-379-00760-7
215 руб.
Russian
Каталог товаров

Логико-философские труды

Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре
  • Отзывы ReadRate
В сборнике представлены труды величайшего немецкого логика, философа и математика Готлоба Фреге (1848-1925), посвящённые философии логики и философии математики. Разрабатывая программу логицизма (программу сведения математики к логике), Фреге создал новые средства формального анализа, которые лежат в основании всех последующих разработок символической логики и исследований в основаниях математики. Новаторские взгляды Фреге входят в необходимый арсенал современных философских методов. Его идеи способствовали глобальной реформе в области философии математики, философии языка и теории познания. Его определение понятия числа с точки зрения логических понятий представляет собой классическую модель редукции одной области знания к другой. Его последовательная критика психологизма привела к значительному изменению структуры и формы теории познания, возродив, в противовес субъективизации познавательных процессов, так называемый "реализм" в логике и математике, который оказал значительное влияние на феноменологию. Принципы, сформулированные Фреге, до сих пор служат руководством для исследований в области лингвистической философии и языкознания.
Отрывок из книги «Логико-философские труды»
МЫСЛЬ: ЛОГИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ

Эстетика соотносится с прекрасным, этика - с добром, а логика- с истиной. Конечно, истина является целью любой науки; но для логики истина важна и в другом отношении. Логика связана с истиной примерно так же, как физика - с тяготением или с теплотой. Открывать истины - задача любой науки; логика же предназначена для познания законов истинности. Слово «закон» можно понимать в двух аспектах. Когда мы говорим о законах нравственности или законах определенного государства, мы имеем в виду правила, которым необходимо следовать, но с которыми происходящее в действительности не всегда согласуется. Законы же природы отражают общее в явлениях природы; следовательно, все, что происходит в природе, всегда соответствует этим законам. Именно в этом последнем смысле я и говорю о законах истинности. Правда, речь в этом случае идет не о событии [Geschehen], а о некотором бытии [ein Sein]. Из законов истинности выводятся в свою очередь правила, определяющие мышление, суждения, умозаключения. И таким образом, можно говорить о существовании законов мышления. Здесь, однако, возникает опасность смешения двух различных понятий. Можно представить себе, что законы мышления подобны законам природы и отражают общее в психических явлениях, имеющих место при мышлении. Законы мышления в этом случае были бы психологическими законами. Рассуждая таким образом, можно было бы прийти к заключению, что в логике изучаются психологический процесс мышления и те психологические законы, в соответствии с которыми он происходит. Но задача логики была бы в этом случае определена совершенно неверно, поскольку роль истины при таком понимании оказалась бы несправедливо пре уменьшенной. Заблуждение или суеверие, точно так же как и истинное знание, имеют свои причины. Истинное и ложное умозаключения в равной мере происходят в соответствии с психологическими законами. Выводы из этих законов и описание психического процесса, который приводит к некоторому умозаключению, не могут прояснить то, к чему относится соответствующее умозаключение. Может быть, логические законы также участвуют в этом психическом процессе? Не стану оспаривать; но, если речь идет об истине, одной возможности еще недостаточно. Возможно, что и нелогическое участвует в этом процессе, уводя в сторону от истины. Только после того, как мы познаем законы истинности, мы сможем решить эту проблему; однако в случае, когда нам необходимо установить, справедливо ли умозаключение, к которому этот процесс приводит, можно, вероятно, обойтись и без описания психического процесса. Чтобы исключить всякое неправильное понимание и воспрепятствовать стиранию границ между психологией и логикой, я буду считать задачей логики обнаружение законов истинности, а не законов мышления. В законах истинности раскрывается значение слова «истинный».

Прежде всего, однако, я хотел бы попытаться дать самое общее представление о том, что я в дальнейшем буду называть истинным. Тогда можно будет полностью отвлечься от тех употреблений данного слова, которые окажутся за рамками нашего определения. Слово «истинный» [wahr] будет употребляться не в смысле «настоящий, подлинный» [wahrhaftig] или «правдивый» [wahrheitsliebend] и не так, как оно иногда употребляется при обсуждении проблем искусства, когда, например, говорят о правде [Wahrheit] искусства, когда провозглашается, что целью искусства является правда, когда обсуждается правдивость какого-либо произведения искусства или достоверность впечатления. Часто также слово «wahr» прибавляют к некоторому другому слову, желая подчеркнуть, что это последнее надлежит понимать в его собственном, прямом смысле. Такие употребления тоже не относятся к исследуемой здесь теме. Мы имеем в виду лишь ту истину, познание которой является целью науки.

Слово «истинный» в языке является прилагательным, то есть обозначает свойство. В связи с этим возникает желание более строго определить ту область, где вообще может быть применимо понятие истинности. Истинность может быть свойственна изображениям [Bildem], представлениям, предложениям и мыслям. Кажется неожиданным, что в этом ряду объединены вещи [Dinge], воспринимаемые зрением или слухом, и вещи [Sachen], которые недоступны чувственному восприятию. Это указывает на то, что мы имеем дело с некоторым смысловым сдвигом. Действительно, разве изображение может быть истинным как таковое, то есть в качестве видимой и осязаемой вещи? Можно ли сказать, что камень или лист неистинны? Разумеется, мы не могли бы назвать изображение истинным, если бы за ним не стоял некоторый замысел. Изображение должно чему-то соответствовать. Точно так же и наше (мысленное) представление признается истинным не само по себе, а лишь в зависимости от того, совпадает ли оно с чем-либо еще или нет. Отсюда можно было бы заключить, что истинность состоит в совпадении изображения с изображаемым. Совпадение есть отношение. Этому, однако, противоречит употребление слова «истинный», которое в языке не выражает никакого отношения и не содержит указаний на второй элемент отношения. Если я не знаю, что некоторое изображение должно изображать Кельнский собор, то я не знаю, с чем следует сравнивать это изображение для того, чтобы вынести суждение относительно его истинности. Точно так же совпадение может иметь место лишь в том случае, если совмещаемые вещи совпадают друг с другом, то есть не являются различными вещами. Подлинность, допустим, банкноты можно установить, проверив для начала, совпадает ли она по размеру с некоторой эталонной банкнотой, то есть простым наложением. Но попытка совместить таким же образом золотую монету и купюру в 20 марок могла бы только вызвать улыбку. Совместить представление вещи с самой вещью было бы возможно, если бы вещь также была представлением: их полное совпадение влекло бы за собой их тождество. Однако, определяя истинность как совпадение с чем-то действительно существующим, имеют в виду совсем не это. При определении истинности существенным является отличие действительности от представления. В этом случае, однако, не может быть полного совпадения и полной истинности. Но тогда вообще ничего нельзя признать истинным; то, что истинно лишь наполовину, уже не истинно. Истина не допускает градаций. Или все же можно констатировать истинность и в том случае, если совпадение имеется лишь в определенном отношении? Но в каком именно? Что мы должны сделать, чтобы убедиться в том, что нечто истинно? Мы должны, очевидно, исследовать, истинно ли то, что нечто - например, представление и действительность - совпадают в определенном отношении. Но это означает, что мы вновь возвращаемся к тому, с чего начали. Таким образом, попытка объяснить истинность с помощью совпадения оказывается несостоятельной. Но таким же образом оказывается несостоятельной и всякая другая попытка определения истинности. Дело в том, что всякий раз в определение истинного включается указание на некоторые признаки; но в каждом конкретном случае необходимо уметь решать, истинно ли то, что эти признаки наличествуют. Так возникает порочный круг. Сказанное заставляет считать весьма вероятным, что содержание слова «истинный» является в высшей степени своеобразным и не поддается определению.

Оставить заявку на описание
?
Содержание
Содержание

В.А. Суровцев О логико-философских взглядах Готлоба Фреге 5

Логические исследования 27
Мысль: логическое исследование 28
Отрицание логическое исследование 54
Логические исследования. Часть третья: сложная мысль 74
Сложная мысль первого рода 75
Сложная мысль второго рода 78
Сложная мысль третьего рода 80
Сложная мысль четвртого рода 81
Сложная мысль пятого рода 83
Сложная мысль шестого рода 85
Обзор шести сложных мыслей 90
Логическая всеобщность (фрагмент четвертого исследования) 96
Примечания переводчика 102

Основоположения арифметики. Логико-математическое исследование О понятии числа 125
Содержание 126
Введение 132
I. Мнения отдельных авторов о природе арифмитических предложений 143
Доказуемы ли числовые формулы? 143
Являются ли законы арифметики индуктивными истинами? 149
Являются законы арифметики априорно синтетическими или же аналитическими? 153
II. Мнения отдельных авторов о понятии числа 159
Является ли число свойством внешних вещей? 161
Является ли число чем-то субъективным? 166
Число как множество 170
III. Мнения о единице и один 171
Выражает ли числительное "один" свойство предметов? 171
Равны ли единицы друг другу? 174
Попытки преодолеть затруднение 180
Решение затруднения 186
IV. Понятие числа 193
Каждое отдельное число является самостоятельным предметом 193
Чтобы получить понятие числа, необходимо установить смысл равенства чисел 197
Дополнение и проверка нашего определения 205
Бесконечные числа 218
Заключение 221
Другие числа 225
Примечания переводчика 237

Целое число 239
примечания переводчика 245

[17 узловых предложений о логике] 247
Примечания переводчика 249

Приложение
Пол Бенацерраф Фреге последний логицист 252
1. Логицизм 253
2. Фреге 260
3. Заключение 279
Штрихкод:   9785379007607
Аудитория:   18 и старше
Масса:   213 г
Размеры:   210x 141x 15 мм
Тираж:   1 500
Литературная форма:   Сборник научных трудов, Авторский сборник
Тип иллюстраций:   Без иллюстраций
Переводчик:   Суровцев В
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить