Собор Собор С языческих времен Перуново братство защищало Русь от врагов. Воины-долгожители, владеющие тайным славянским боевым искусством; волхвы, прозревающие будущее с помощью магических практик, - намеки на их существование есть в былинах, сказах и памятниках древнерусской письменности. Но поверить в то, что человек в смутные времена прагматиков и террористов способен обернуться волком или взлететь соколом, - невозможно. Вот и бывший детдомовец по кличке КЗ, а ныне честный бизнесмен сначала не поверил... АСТ 978-5-17-076722-9
275 руб.
Russian
Каталог товаров

Собор

Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре
  • Отзывы ReadRate
С языческих времен Перуново братство защищало Русь от врагов. Воины-долгожители, владеющие тайным славянским боевым искусством; волхвы, прозревающие будущее с помощью магических практик, - намеки на их существование есть в былинах, сказах и памятниках древнерусской письменности. Но поверить в то, что человек в смутные времена прагматиков и террористов способен обернуться волком или взлететь соколом, - невозможно. Вот и бывший детдомовец по кличке КЗ, а ныне честный бизнесмен сначала не поверил...
Отрывок из книги «Собор»
Книга первая. Лики древних богов
Часть I. Взгляд Триглава
1
КЗ сидел в закутке позади продуктовой кладовки за старинным дубовым столом и ел зеленые щи. Не те, столовские, заправленные половинкой переваренного яйца. А настоящие, домашние, в которые яичко бросается сырым и взбитым и аппетитно подергивает тонкой сеточкой белка поверхность щей. КЗ любил такую еду. И когда ему удавалось сделать остановку на лошадиных бегах, коими являлась его жизнь, никто не имел права его прерывать. Поэтому, когда тихонько открылась дверь и в комнатуху просунулась голова Сявы, КЗ поначалу сердито нахмурился, но щи были чудо как хороши и их сотворил именно Сява, а потому КЗ вздохнул и отложил ложку:
– Ну, чего там?
Сява противно захихикал:
– Да какой-то лох с бородкой тебя спрашивает.
– Черт! Ты что, не мог подождать?
– Да он на колени бухнулся.
– Чего?!
– Натурально! Я ему говорю, ты, мол, занят сейчас, ну в смысле подождать, ну то есть…
Сява окончательно запутался и замолчал. КЗ усмехнулся. Уж кем-кем, а оратором Сява не был. КЗ знал его по армии. Там Сява был если не королем, то кем-то очень похожим. Когда КЗ призвался, Сява уже отслужил год, работал поваром и очень прилично умел из того «ничего», что шло в солдатский котел, сделать что-то удобоваримое. И поскольку КЗ со своим настырным детдомовским характером частенько проводил выходные дни на кухне, отрабатывая очередной наряд, Сява вдоволь поизмывался над «молодым». До тех пор, пока КЗ не заволок его в кладовку и не отметелил по старому методу сиротского дома, так чтобы не оставалось следов. С тех пор Сява притих и если и пытался пакостить, то по-мелкому. На что, после детдомовских университетов, КЗ было глубоко начхать.
После армии КЗ удачно раскрутился, организовав дешевую столовку, но с нормальной едой, без всяких там биг-маков и прочих гамбургеров. Тем более что к пище КЗ относился трепетно и халтуры не терпел. Народ идею оценил, и дело пошло. КЗ открыл еще одну и собирался открывать третью, но никак не мог подобрать толкового «шефа», вот тут-то и подвернулся прозябающий Сява. КЗ поморщился, представив перспективы общения, но сроки горели, а готовил Сява выше всяких похвал. Так что у новой столовой на Якиманке появился новоиспеченный глава. Впрочем, по большей части чисто номинальный.
КЗ вздохнул:
– Ладно, я уже поел. – И, поднявшись из-за стола, бросил: – Прибери, второго не буду.
Лох был действительно лох. По всем направлениям. Таких только в комедии снимать, в роли гнилого интеллигента. КЗ с трудом уловил, о чем речь, среди всяких там «извините», «с вашего позволения», «благодарю покорно» и прочей дребедени. Смешно. Как старшина к каждому нормальному слову матерное прицеплял, так этот свои завиточки. Только у старшины не в пример понятней выходило. КЗ почувствовал, что ни черта не понял, и поднял ладонь:
– Стоп.
Лох замолчал.
– Кто вам рекомендовал обратиться ко мне?
– Простите? – Дядечка вопросительно наклонился к нему.
КЗ мысленно выругался.
– Ну кто вам обо мне рассказал? (И дай бог ему в ближайшее время пребывать подальше отсюда.)
– О-о. Я прошу прощения, к моему великому сожалению, я не счел возможным…
– Тпру-у, – заорал КЗ. – Имя.
Дядечка запнулся и замолчал, потом прокашлялся и как-то с надрывом произнес:
– Сергеева Таточ… простите, Наталья Петровна.
– Кто? – не понял КЗ.
– Ну если я не оши… – Дядечка увидел, что КЗ багровеет, и исправился: – То есть она сказала, что вы знаете ее как Янтарную Натали.
– Так. – КЗ поднялся с диванчика. – Посидите тут, я сейчас.
Натали была дома, плескалась в ванной, причем, учитывая ее бешеную популярность в определенных кругах, как ни странно, одна.
– Привет, женщина, – поприветствовал ее КЗ. – Ну, колись, что за лоха ты мне удружила.
– Ай, Ванечка, эти твои детдомовские манеры, – фыркнула Натали.
Любому другому или даже другой за подобную фразу КЗ пасть бы порвал, но Натали была своей, в одних стенах росли.
– Я серьезно, что за тип, откуда и что ему надо?
– Завлаб мой бывший. Ну когда тебя в армию забрали, меня пробирки мыть устроили. Дядька золото, но фуфло фуфлом, любая сволочь на нем катается да еще и покрикивает.
– А я-то тут при чем?
– Трагедия у него, Ваня, дочка пропала.
– Ну так пусть в милицию идет или к этим, детективам частным.
– Не все так просто. Ей шестнадцать. Был какой-то конкурс, и она вошла в пятерку лучших, сказали, что финал будет где-то в Европе или Азии, в общем, за границей. Она уехала – и с концами. Они три месяца ждали, потом забеспокоились, пошли в милицию. А потом оказалось, что никакого конкурса вроде как и не было, фирмы-организатора в природе не существует и за границу она тоже не выезжала.
КЗ задумчиво пожевал губами:
– Если это то, о чем я думаю, то я в это не полезу. Я тут от сраного рэкета еле отбиваюсь, а ты мне предлагаешь оч-чень крутым ребятам на мозоль наступить.
В трубке молчали.
– Ну, чего молчишь, русалка?
– Помоги ему, Ванечка.
– Ты понимаешь, о чем просишь?
– Все я понимаю, только если за всю доброту и безответность жизнь его так наградит и помощи он ни от кого не дождется, значит, все вокруг подонки, и мы с тобой в том числе. Юродивый он, понимаешь? Не от мира сего. А на Руси исстари юродивых жалели.
– Да ты чего, старая? – ахнул КЗ. – Что твой поп чешешь.
Натали обиженно замолчала.
– Ну ладно, не дуйся, я пошуршу немного, но особо не рассчитывай.
– Спасибо, Ванечка, я знала, знала…
– Спокойно, воду расплескаешь, ну пока.
Когда КЗ вернулся в зал, дядечка сидел, сжавшись в уголке, и протирал очки. КЗ увидел его глаза и понял, что Натали права. У этого странного, неуклюжего человека были глаза святого. Из них так и струилась вселенская любовь, гармония и черт знает что еще. Впрочем, черт тут был явно ни при чем.
– Значит, так, я понял, какие у вас проблемы. Постараюсь разузнать поподробнее, чем вам помочь, но особо не обольщайтесь.
Дядечка вскочил:
– Большое спасибо! Если позволите, может, вам нужны деньги, так у меня вот. – И дядечка раскрыл «дипломат». – С вашего разрешения, я продал квартиру, и все деньги при…
КЗ хлопнул ладонью по крышке «дипломата». Ну дядечка, уму непостижимо, в переполненном обеденном зале заявить, что таскаешь при себе все деньги от продажи квартиры, – это действительно не от мира сего.
– ЭТО мы сейчас отвезем в одно место и положим далеко-далеко.
Дядечка непонимающе уставился на КЗ, опустился на стул и попытался возразить:
– Но, позвольте, ведь вам необходи…
– Значит, так, – КЗ чуть повысил голос, – либо вы все будете делать, как я говорю, либо… – КЗ красноречиво указал на дверь.
Дядечка опять вскочил:
– Да-да, конечно, покорнейше прошу меня извинить, но, к моему великому сожалению, я самонадеянно предположил…
КЗ мысленно застонал и вскинул ладони, защищаясь.
– Сейчас выходим, у меня во дворе стоит красный «БМВ», от меня не отставать, головой не крутить, и, ради бога, помолчите немного.
Дядечка смиренно засопел.
КЗ кивнул Сяве, прощаясь, и двинулся к запасному выходу. Через пять минут они уже катили в Орехово-Борисово, где в огромном, двадцатиподъездном, десятиэтажном, доме у КЗ была так называемая деловая квартира. Когда они сворачивали с Каширки, дядечка, всю дорогу смущенно поглядывавший на КЗ, неловко поерзал, кашлянул и, запинаясь, выдал почти нормальную фразу:
– Не позволите ли поинтересоваться, почему у вас такое странное прозвище?
– Какое? – невинно переспросил КЗ.
– Ну, э-э-э… с вашего позволения, Наталья Петровна, при всем моем глубоком к ней уважении, порекомендовала мне именовать вас при обращении как, прошу прощения, КЗ.
Закончив тираду, дядечка густо покраснел.
– А, это… – КЗ фыркнул. – Эта кликуха еще с детского дома. Я всегда был самый тщедушный, а у нас слабых давят. Так что когда меня тасовали по разным домам, то со мной всегда приключались странные истории. Ну, новичков всегда испытывают, а с меня начинать казалось легче всего. Но, как мне потом объяснили, у меня с психикой не в порядке. Если меня довести, я зверею. Когда мне было одиннадцать лет, меня один гаденыш попытался на понт взять, перо вытащил и сунул под нос, так, когда меня от него оторвали, это перо торчало у меня в брюшине, а у него было два перелома и сотрясение мозга. – КЗ повернулся, посмотрел на своего ошарашенного пассажира и, хмыкнув, закончил: – Да вы не бойтесь, я обычно спокойный. Меня ведь сначала Зверенышем прозвали. Но если меня не заводить, то я нормальный. А взрываюсь, только если сильно допекут. Ну, в общем, – Короткое Замыкание, ясно?
Дядечка промолчал. Но когда они уже остановились и КЗ вырубил двигатель и открыл дверцу, ответил неожиданно кратко, без своих обычных выкрутасов:
– Ясно.
2
Весь день КЗ мотался по городу: в налоговую, на санэпидстанцию, потом заскочил на рынок с экспедитором выбрать продуктов. По пути между делом забежал в пару неприметных контор навести кое-какие справки, после чего часа полтора пребывал в паршивом настроении, а вечерком позвонил Сашке. С Сашкой он познакомился давно. Мама Таня, как они называли свою воспитательницу, дай бог ей здоровья и долголетия, после очередной скандальной драки убедила «индюка», которого райком перебросил с банно-прачечного комбината на укрепление народного образования, что необходимо научить мальчика контролировать свои создающие столько проблем наклонности. И привела Ивана в секцию к Петровичу. Сашка занимался там уже полгода, обладал бешеным самолюбием, а потому был первым номером по всем статьям. Он олицетворял все, чего не было у КЗ. У Сашки были любящие мать и отец, он учился в нормальной школе, имел красивую одежду, классную подружку, деньги на карманные расходы и был всеобщим любимцем. Неудивительно, что КЗ возненавидел его всей душой. В первой же схватке КЗ налетел на этого «слюнявого» со всем своим пылом, но с удивлением обнаружил, что «маменькин сынок» не распустил нюни, а, упрямо набычив голову, отбивает его остервенелые наскоки да еще и умудряется неслабо отвечать. Так что первый их бой закончился тем, что Петрович за шиворот отшвырнул КЗ в угол и мощной отеческой дланью вправил мозги.
За шесть лет ненависть между ними поутихла, уступив место молчаливому признанию. Потом КЗ забрали в армию, со своим КМС по самбо и разрядом по боксу он очень рассчитывал попасть в ВДВ, но то ли детдомовский штамп помешал, то ли роста не хватило, попал в ВВ. Потом он не жалел. Служба вышла не скучная. Помотало по стране, да и пороху понюхать пришлось. Ему предлагали остаться на прапора, и он было уже решился, но потянуло в Москву, захотелось быть поближе к маме Тане, Петровичу. Детдомовским мало достается человеческого тепла, но тех, кто их этим оделяет, они никогда не смогут забыть. Во всяком случае, КЗ так решил для себя.
Когда он в первый же вечер заглянул к Петровичу и наткнулся там на возмужавшего и повзрослевшего Сашку, то вдруг почувствовал, что вся вражда выдохлась. Он, неожиданно для себя, пригласил того «посидеть» вместе с ним и Петровичем после тренировки, «отметить» возвращение. И Сашка, как потом оказалось к его к собственному удивлению, согласился. Они тогда изрядно поднабрались. Сашка заканчивал юридический институт. Выиграл первенство Москвы по самбо. Женился. В общем, у него, как всегда, все было в порядке. После того вечера они сблизились. КЗ не стал другом семьи, однако встречались они хоть и не часто, но регулярно и, как ни странно, с удовольствием. А когда КЗ занялся бизнесом, то такие встречи стали еще и полезными, поскольку Сашка, окончив свой институт, попал в РУОП. Тому, что КЗ до сих пор не был ни под одной криминальной «крышей», он был во многом обязан Сашке.
Сашка снял трубку сам.
– Привет, семьянин, как жизнь?
– Бьет ключом, и большей частью по голове, – пробурчал приятель.
– Проблемы, проблемы, – поддакнул КЗ, – все их все равно не решишь, надо уметь отвлекаться, отдыхать, рыбалочка там, банька…
– Коньячки, девочки… ладно, кончай заливать, чего у тебя?
– Не торопи, Сашок, дельце есть одно, странненькое такое дельце, заскочи завтра перекусить, поболтаем.
– Понял, жди. Женя, отойди от плиты! – заорал он на дочку. – Жена, понимаешь, к соседке убежала, так что один кручусь, ну пока.
КЗ хмыкнул и бросил трубку. Поскольку ехать оттягиваться в клуб было уже поздновато, то КЗ решил проведать маму Таню.
Уже с порога ее комнатки он увидел Натали. Мама Таня засуетилась, побежала на кухоньку ставить чайник, а КЗ, отложив в сторону торт, букет и корзинку с продуктами, без которых у мамы Тани не появлялся, подсел к столу.
– Приветик, Ванечка. – Натали погладила его по щеке. – Устал?
– Ну-ну, спасибо за заботу. – В его голосе сами собой прорвались раздраженные нотки.
– Зачем ты так? – обиделась Натали.
КЗ поспешно дал задний ход:
– А, прости, сорвалось, день был суматошный, да еще с твоим сюрпризом пришлось кое к кому заскакивать, просить помочь. А сейчас, сама знаешь, просто так ничего не делается, так что пришлось пообещать сделать кое-что, к чему душа не лежит.
– Я понимаю, Ванечка, – виновато вздохнула она.
– Эй, не бери в голову, ты права на все сто, твоему дядечке надо помочь. И если бы это было не так, я бы в эти дела влезать не стал.
Последнее было откровенным враньем, если бы Натали попросила, КЗ влез бы к черту в пасть.
В этот момент на пороге с закопченным чайником в руках возникла мама Таня. Замерла, увидев, как они сидят, потом, вздохнув, подошла, поставила чайник, присела и, поправив сухонькой ладошкой заколотые седенькие волосы, сказала:
– Что ж вы, детки, не поженитесь?
КЗ и Натали тоскливо переглянулись.
– Уж как помню, все время вместе-то. Чай, забыли, как я вам свою воспитательскую на ночь сдавала-то. Да и как из детдома выпустили, так вместе и жили-то. И сейчас, как ни встретитесь, словно голубки воркуете. Чего ж тянете-то, так ведь и помру, а малых деток не понянчу. То бы мне счастья-то было-то.
И она беззвучно заплакала. КЗ стало так муторно, он крякнул, тихонько поднялся и неуклюже обнял маму Таню. Та уцепилась за него сухонькими ручками и запричитала:
– Ой, да что это я, дура старая-то. Совсем гостей засмущала-то. Сейчас чайку попьем, с тортиком, вот и ладно-то. Спасибо, хоть старуху не забываете-то.
Они сидели, пили чай и болтали о всяком, было тепло и весело, только КЗ торта почти не ел, хотя взял свой любимый – «Прагу», поперек горла стояли слезы мамы Тани.
Содержание
Книга первая. Лики древних богов
Часть I. Взгляд Триглава
Часть II. Знак Перуна
Часть III. Путь Рода
Эпилог
Книга вторая. Схватка
Часть I. Партер
Часть II. Захват
Часть III. Туше
Эпилог
Книга третья. Хождение за три моря
Часть I. ЧП
Часть II. Поиск
Часть III. Последняя схватка
Книга четвертая. Крылышки божьей коровки
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить