Пять четвертинок апельсина Пять четвертинок апельсина От матери в наследство Фрамбуаз получила альбом с кулинарными рецептами - негусто, если учесть, что ее брату Кассису досталась ферма, а старшей сестре Рен-Клод - винный погреб со всем содержимым. Но весь фокус в том, что на полях альбома, рядом с рецептами разных блюд и травяных снадобий, мать записывала свои мысли и признания относительно некоторых событий ее жизни - словом, вела своеобразный дневник. И в этом дневнике Фрамбуаз пытается найти ответы на мрачные загадки прошлого. Эксмо 978-5-699-34524-3
200 руб.
Russian
Каталог товаров

Пять четвертинок апельсина

  • Автор: Джоанн Харрис
  • Твердый переплет. Плотная бумага или картон
  • Издательство: Эксмо
  • Серия: Мона Лиза
  • Год выпуска: 2009
  • Кол. страниц: 432
  • ISBN: 978-5-699-34524-3
Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре (7)
  • Отзывы ReadRate
От матери в наследство Фрамбуаз получила альбом с кулинарными рецептами - негусто, если учесть, что ее брату Кассису досталась ферма, а старшей сестре Рен-Клод - винный погреб со всем содержимым. Но весь фокус в том, что на полях альбома, рядом с рецептами разных блюд и травяных снадобий, мать записывала свои мысли и признания относительно некоторых событий ее жизни - словом, вела своеобразный дневник. И в этом дневнике Фрамбуаз пытается найти ответы на мрачные загадки прошлого.
Отрывок из книги «Пять четвертинок апельсина»
Часть вторая
запретный плод

1.
Уже с начала июня лето обещало быть жарким, Луара текла низко в своих берегах, угрожая плывунами и оползнями. К тому же и змей развелось больше обычного, бурые, с плоской головкой гадюки вились в прохладном иле мелководья. Одна такая покусала Жаннетт Годэн, когда она в жаркий день шлепала там босиком. Жаннетт похоронили прямо у церкви Святого Бенедикта, сверху небольшой крест и ангел. «Незабвенной доченьке… 1934–1942». Я была старше ее на три месяца.
Внезапно будто бездна разверзлась передо мной глубокой огнедышащей дырой, гигантским ртом. Если Жаннетт могла умереть, значит, могу и я. И каждый. Кассис презрительно косился на меня с высоты своих тринадцати лет:
— Ты, дурочка, решила, только на войне погибают? Дети тоже мрут. Все время люди мрут.

Я пыталась это как-то объяснить и обнаружила, что ничего не получается. Когда умирают солдаты — как мой отец — это одно. Даже простые люди погибали во время налетов, хотя в Ле-Лавёз их почти не случалось. Но это совсем не то. Мои ночные кошмары ужесточились. Часами я с сетью торчала на реке, вылавливала с мелей ненавистных бурых змей, мозжила камнем плоские головки с умными глазками, подвешивала трупики на выпиравшие из берега корни. За неделю штук двадцать, а то и больше дохлых змей свисали, раскачиваясь, с прибрежных корней, и вонь — со сладковатой рыбной отдушкой, тухлая, отвратительная, — становилась уже нестерпимой. Кассис с Ренетт еще торчали в школе — они оба ходили в college в Анже, — только Поль и мог застать меня у реки: с носом, зажатым бельевой прищепкой, чтоб не чуять вони, я отчаянно взбаламучивала сетью грязную жижу по краю.

Он был в коротких штанах и сандалетах, держал на веревочном поводке собаку по кличке Малабар.
Едва удостоив его взглядом, я опять склонилась над водой. Поль присел рядом, а Малабар с высунутым языком плюхнулся посреди тропинки. Я проигнорировала обоих. Наконец Поль спросил:
— Т-ты чего?
Я отмахнулась:
— Ничего. Ловлю, и все. Снова молчание.
— 3-змей, что ли?
Сказал нарочито равнодушно. Я кивнула, с вызовом спросила:
— А что?
— Да ничего. — Поль похлопал Малабара по загривку. — Твое дело.
Пауза мелькнула между нами юркой змейкой.
— Интересно, больно это или нет, — вырвалось у меня.
Он помолчал, будто соображая, о чем я; покачал головой:
— Не знаю.
— Говорят, яд попадает в кровь, и внутри все немеет. Вроде засыпаешь.
Поль поглядел на меня без особого выражения, не говоря ни «да», ни «нет».
— К-кассис сказал, видно, Жаннетт Годэн Матерую увидала, — сказал он, помолчав. — Ну и вот. Потому змея ее и у-ужалила. Проклятие Матерой.
Я замотала головой. Кассис, страстный любитель травить байки и почитатель дешевого приключенческого чтива с броскими заголовками типа «Проклятие мумии» или «Полчища варваров», вечно выдумывал что-нибудь эдакое.
— По-моему, никакой Матерой на свете нет, — заявила я презрительно. — Я, например, никогда ее не видела. И потом: проклятий не существует. Это всем известно.
Поль грустно взглянул на меня.
— Ясное дело, есть, — убежденно сказал он. — Она там, в глубине, это точно. О-отец однажды ее видал, еще до того, как я родился. 3-здоровущая щука, каких свет не видывал. Через неделю отец ногу сломал, с велосипеда с-свалился. Да и твой, к-когда…
Он осекся, потупился, внезапно смешавшись.
— Ничего подобного, — отрезала я. — Моего отца убили на войне.
Немедленно перед глазами встала картина: отец шагает, маленькая фигурка в бесконечной шеренге, неутомимо движущейся к распахнутому горизонту.
Поль покачал головой и упрямо повторил:
— Она там! В Луаре, в самой глубине. Ей, может, лет сорок, а может, все пятьдесят. Щуки, если старые, долго живут. Чернущая, как тот ил, в котором прячется. И хи-итрая-прехитрая. Птицу в момент на воде хватает, как хлеба кусок. Отец говорит, будто она не щука вовсе, а дух-убийца, проклятый и осужденный вечно за живыми посматривать. Потому она нас и ненавидит.
Поль необычно много говорил, и я вопреки себе самой слушала его с интересом. О реке рассказывалось множество легенд и всяких бабушкиных сказок, но история про Матерую оказалась самой впечатляющей. Легенда о гигантской щуке с губой, утьжанной бесчисленными крючками рыболовов, отчаянно пытавшихся ее изловить. О рыбине со злыми умными глазами. Таящей в своей утробе неведомые бесценные сокровища.
— Отец говорит: если кто ее поймает, тому она дает загадать желание, — продолжал Поль. — Сказал, он бы ей загадал миллион франков и еще заглянуть к Грете Гарбо под юбку. — Поль боязливо хмыкнул. «Тебе этого пока не понять», — говорила его ухмылка.
Его рассказ запал мне в душу. И хоть я твердила себе, что проклятий и бесплатного исполнения желаний не бывает, старая щука не выходила у меня из головы.
— Если она там, значит, можно ее поймать, — резко сказала я. — Река-то наша. Возьмем и поймаем.

Внезапно все четко встало на свои места: мы не просто можем, мы обязаны это сделать. Вспомнились сны, изводившие меня после гибели отца: как я тону, слепо вертясь в черном потоке вздувшейся Луары, липкое присутствие утопленников вокруг, как я кричу и чувствую, что крик застрял в горле, как сам он тонет внутри меня. Внезапно эта щука почему-то вобрала в себя все мои несчастья, и хотя в тот момент я не могла еще разобрать, что откуда взялось, глубоко во мне зародилась странная убежденность, твердая уверенность: если поймаю Матерую,
что-то непременно произойдет. Что именно, я четко сказать не могла, даже самой себе. Но с нарастающим непонятным возбуждением я чувствовала: случится Что-то.

Оставить заявку на описание
?
Штрихкод:   9785699345243
Аудитория:   12 лет и старше
Бумага:   Офсет
Масса:   386 г
Размеры:   197x 124x 33 мм
Оформление:   Частичная лакировка
Тираж:   8 000
Литературная форма:   Роман
Сведения об издании:   Переводное издание
Тип иллюстраций:   Без иллюстраций
Переводчик:   Кириченко Оксана
Составитель:   Жикаренцев Александр
Отзывы Рид.ру — Пять четвертинок апельсина
4.75 - на основе 8 оценок Написать отзыв
7 покупателей оставили отзыв
По полезности
  • По полезности
  • По дате публикации
  • По рейтингу
3
26.09.2011 19:12
Книга интересная, но тяжелая.
Главной героине Фрамбуаз мать завещала в наследство кулинарный альбом. Она начинает изучать этот альбом, со странными пометками матери между строк, уже сама будучи пожилой женщиной. Всю жизнь она прожила с грузом проблем и детским горем. Настал момент, когда пора освободиться от прошлого и рассказать всю правду.

Сначала, по ходу чтения, все персонажи вызывали у меня только отрицательные чувства. Слишком много было у них жестокости друг к другу и непонимания. Когда дочитала книгу до конца, то стало жаль всех этих несчастных людей, их можно понять, найти оправдание их действиям, каждый из них защищался и выживал как мог.

"-Матерая на сей раз определенно мертва; настал конец её проклятию. Никакой катастрофы не произойдёт, если я возьму и осмелюсь любить..." (Фрамбуаз Дартижан).
Нет 0
Да 1
Полезен ли отзыв?
3
03.07.2011 20:03
Роман, от которого рот наполняется слюной.
С первых страниц он завораживает названиями "ореховый хлеб", "гречневые блинчики", "мясные рулетики", "домашние колбаски" и многое-многое другое. Каждую страницу хочется смаковать - кулинарная книга с захватывающим сюжетом.
И - куда уж без нее - без любви.
Привязанность девятилетней девочки к немецкому офицеру, одному из тех, кто оккупировали ее родную деревню.
Семейные тайны, которые сплетены подобно клубку неразборчивой вязью на страницах дневника матери.
И даже мне ничего больше не оставалось, как последовать примеру главной героини романа и влюбиться в Томаса Лейбница и грезить о нем в своих предрассветных сновидениях.
Нет 0
Да 4
Полезен ли отзыв?
Очень вкусная книга с тонким ароматом апельсина, последняя из трилогии еды. На этот раз основные события происходят в оккупированной Франции, именно они наиболее интересны, чем периодические моменты в настоящее время. Харрис в очередной раз поднимает интересную тему - о взаимоотношениях в семье, но ответов не предлагает, а лишь задаёт вопросы, на которые сложно ответить. Как всегда - красочный язык, яркие персонажи, увлекательный сюжет. Хороший роман.
Нет 2
Да 1
Полезен ли отзыв?
3
13.10.2010 08:31
Замечательная книга...Прочитала за 2 дня!На голодный желудок читать не рекомендую!Книга о семейной тайне, о тайне, не забытой, перенесенной из далекого детства в настоящее.Все тайное стало явным, от прошлого главной героине уйти не удалось...Немного вскользь в книге поднимается тема "любимых" и "не очень любимых детей" в семье.Всегда жалко не любимых...почему так происходит?
Нет 0
Да 1
Полезен ли отзыв?
5
17.06.2010 11:59
Это третья часть «трилогии еды» от Харрис. Как и в предыдущих книгах действие происходит во французской глубинке, но в этот раз в прошлом – во время нацисткой оккупации страны. Основные события затрагивают несколько месяцев в прошлом, но их последствия для героев продолжают ощущаться и по сей день. История про «все тайное становится явным», и не только.
В предисловии к «Чаю с птицами» Харрис говорит, что роман, в отличие от рассказа, должен давать ответы на вопросы. Так вот здесь она нарушает свое правило. Вопросов по ходу повествования возникает множество и все они неудобные – очень тяжелые, как и то время, которое в романе описывается. Такие не принято обсуждать с другими людьми, и даже родственники, братья и сестры услышав их, лишь молчаливо отворачиваются – мол, все и так ясно. Без слов. Может поэтому и никаких ответов автор не предлагает – только общую рекомендацию не держать свои страхи внутри, не замыкаться, а рассказать все близким людям и они обязательно тебя поймут. Но на возникающие вопросы все равно каждому читателю придется отвечать самому.
Еще одна особенность – в книге нет ни одного положительного персонажа (ну из основных действующих лиц, во всяком случае). Все они совершают неприятные и даже ужасные поступки, оправданием которых не должен служить даже возраст, но все равно у автора получается так, что некоторым ты начинаешь сочувствовать, а некоторым нет. Получается это без всяких нудных нравоучений и оправданий со стороны автора, а как бы само по себе.
Структурно это, кажется, первая книга Харрис, рассказанная в едином темпе. Она, как и прежде, переплетает две истории (прошлое и настоящее), но без обязательного их чередования. К той или иной части обращение идет лишь, когда это оправдано сюжетом и поэтому история читается на одном дыхании. Особенно удачно получается та часть, которая написана от лица девятилетней девочки. Мир взрослых показанный глазами ребенка выглядит совсем иначе, чем видится нам. Совсем другие проблемы, по другому расставленные акценты. Редко кому удается показать детей такими, какие они есть на самом деле. Харрис удалось.
«Пять четвертинок апельсина» если не лучшее, то уж точно одно из лучшего, что написано Харрис в жизни.
Нет 0
Да 8
Полезен ли отзыв?
3
12.02.2010 19:14
Насчет "шедевра", как написано в предыдущем отзыве не соглашусь. Книги в этой серии не высокая литература, а просто книги для чтения. Книга хорошая, интересная, сюжет довольно необычен, даже переплетение реальности и фантазий кажется достоверным. Что нехарактерно для книг этой серии подходящая обложка и цветовое оформление. Главная героиня - девочка-полуподросток (тех, кого интересуют героини-молодые женщины - книга не подойдет, им лучше "Что было, что будет"). Из книг серии "Мона Лиза" еще "Ежевичное вино" понравилось (там главный герой мужчина средних лет, который предпочел не взрослеть) - книгу эту хорошо подарить отцу-садоводу. "Пять четвертинок апельсина" рекомендую к прочтению, я оставила ее в домашней библиотеке.
Нет 1
Да 0
Полезен ли отзыв?
3
09.02.2010 08:57
Это первая книга Джоанн Харрис, которую я прочитала. Одна из самых лучших книг этого автора. Интересная и захватывающая. По сравнению с шоколадом просто шедевр
Нет 1
Да 0
Полезен ли отзыв?
Отзывов на странице: 20. Всего: 7
Ваша оценка
Ваша рецензия
Проверить орфографию
0 / 3 000
Как Вас зовут?
 
Откуда Вы?
 
E-mail
?
 
Reader's код
?
 
Введите код
с картинки
 
Принять пользовательское соглашение
Ваш отзыв опубликован!
Ваш отзыв на товар «Пять четвертинок апельсина» опубликован. Редактировать его и проследить за оценкой Вы можете
в Вашем Профиле во вкладке Отзывы


Ваш Reader's код: (отправлен на указанный Вами e-mail)
Сохраните его и используйте для авторизации на сайте, подписок, рецензий и при заказах для получения скидки.
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить