У лорда неприятности У лорда неприятности Брачный союз по объявлению – рискованная штука. И очаровательной Плам, решившей выйти замуж за секретаря известного в свете лорда Гарри, приходится убедиться в этом очень скоро. Во-первых, ее мужем оказывается вовсе не скромный секретарь, а сам лорд Гарри! Во-вторых, он забыл сообщить молодой супруге, что является вдовцом и отцом пятерых озорных детишек, способных свести с ума любую мачеху. В-третьих, на него и его детей охотится таинственный убийца. А в-четвертых… она влюблена в своего мужа. Просто, без затей и до безумия! АСТ 978-5-271-39824-7
58 руб.
Russian
Каталог товаров

У лорда неприятности

Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре
  • Отзывы ReadRate
Брачный союз по объявлению – рискованная штука. И очаровательной Плам, решившей выйти замуж за секретаря известного в свете лорда Гарри, приходится убедиться в этом очень скоро. Во-первых, ее мужем оказывается вовсе не скромный секретарь, а сам лорд Гарри! Во-вторых, он забыл сообщить молодой супруге, что является вдовцом и отцом пятерых озорных детишек, способных свести с ума любую мачеху. В-третьих, на него и его детей охотится таинственный убийца. А в-четвертых… она влюблена в своего мужа. Просто, без затей и до безумия!
Содержание
Глава 1
Гарри хотелось умереть. Ну, возможно, смерть – это некоторое преувеличение, хотя одному святому Петру известно, сколько еще он сможет выдерживать эту нескончаемую пытку.
– А что потом? – На него смотрели очень знакомые глаза мучителя; глаза, которые он каждое утро, бреясь, видел в зеркале, – карие, серые и зеленые одновременно. Этот оттенок придавал Гарри привлекательность, но глаза, окруженные роскошными ресницами инквизитора, смотрелись бесподобно. И невинно. Хотя обладателя этих глаз ангелом никак не назовешь. – Ну? Что потом? Ты будешь рассказывать?
Гарри оттянул галстук, чтобы хоть немного ослабить удушающее давление на горло, и в пятнадцатый раз за последние десять минут пожалел, что не сумел избежать плена.
– Я хочу знать!
Или не смог найти другую жертву, чтобы подсунуть своему тюремщику.
– Ты должен мне сказать!
В конце концов, смерть, пожалуй, не самый худший выход. Если он умрет прямо сейчас, то наверняка попадет на небеса. Уж конечно, святой Петр учтет его деяния на благо других – например пятнадцать лет шпионской работы – и дарует ему убежище. Наверняка ему не откажут в законном вознаграждении, не обрекут на вечные муки, не отправят в преисподнюю, в такую, в какой он оказался сейчас, в ад, где властвует…
– Папа! Что… потом?
Гарри вздохнул, поправил на носу очки и склонил голову, признавая свое поражение.
– После того как курица с петухом… эээ… поженятся, они, естественно, захотят произвести на свет цыплят.
– Это ты уже сказал, – прищурив глаза, нетерпеливо заявил тринадцатилетний инквизитор. – Что происходит после этого? И какое отношение имеют цыплята к моим неприятностям?
– К твоим неприятностям имеет отношение процесс производства потомства. Когда курица хочет завести цыплят, они с петухом должны… эээ… вероятно, цыплята не лучший пример для объяснения сложившейся ситуации.
Леди Индия Хавершем, старшая дочь маркиза Росса, побарабанила пальцами по столу и гневно посмотрела на отца.
– Ты сказал, что объяснишь мне про мои неприятности! Джордж говорит, что я не умру, несмотря на то, что истекаю кровью, и что у девушек такое периодически бывает, а ты сказал, что все мне расскажешь, а сам болтаешь про пчел, цветочки, цыплят и рыб. Какое отношение они все имеют ко мне?
Нет, решил Гарри, глядя в серьезные, даже яростные глаза своего старшего ребенка, смерть, безусловно, предпочтительнее необходимости отвечать Индии на все «как» и «почему», касающиеся вопросов размножения, а в особенности роли женщины в воспроизведении себе подобных, да еще с упором на ее ежемесячные недомогания. Гарри решил, что хотя премьер-министр трижды отметил его отвагу, в душе он просто трус, потому что просто не в силах дольше терпеть эту пытку.
– Спроси Герти. Она тебе все объяснит, – торопливо произнес он, вскочив с узкого розового кресла и спасаясь бегством из солнечной комнаты, отданной в распоряжение детей. Вслед ему полетел негодующий крик, который Гарри позорно проигнорировал:
– Папа! Ты обещал, что расскажешь сам!
– Ты меня не видел, – сказал Гарри, пробегая через небольшую комнату без окон, служившую приемной перед его кабинетом. – Ты меня не видел и понятия не имеешь, где я. Даже можешь сказать, что ты меня вообще не знаешь, так будет надежнее. И закрой дверь на засов, ладно, Темпл? Наверное, еще нужно подпереть ее стулом или даже письменным столом. Боюсь, если дверь будет закрыта только на засов, эти маленькие дьяволята сумеют просочиться в кабинет.
Темплтон Харрис, секретарь и делопроизводитель, поджал губы, глядя, как его хозяин аристократ и работодатель, скрывается в прилегающем кабинете.
– Что на этот раз, сэр? – спросил Темпл, входя туда вслед за Гарри. Сквозь грязные окна просачивался слабый солнечный свет. В воздухе взметнулась пыль. – Что, Мактавиш преподнес вам свою очередную находку? Или лорд Марстон решил, что хочет стать кузнецом, а не маркизом? Может быть, близнецы снова попытались полетать, спрыгнув с крыши конюшни?
Гарри жадно отхлебнул бренди и передернулся.
– На этот раз все не так безобидно. Индия желает узнать кое-какие подробности. Женские.
Светло-голубые глаза Темпла округлились.
– Но… леди Индия еще ребенок. Уж наверное, подробности ей пока недоступны?
Гарри глубоко, прерывисто вздохнул, прислонился к окну, покрытому толстым слоем грязи, и протер рукавом небольшой пятачок, достаточный, чтобы увидеть дикие заросли, бывшие когда-то садом.
– Может, нам она и кажется ребенком, Темпл, но согласно своей природе она уже находится на грани женской зрелости.
– Ах вот такие подробности…
Гарри молча протянул опустевший бокал, и Темпл так же молча плеснул туда небольшую порцию дымчато-янтарной жидкости.
– Налей и себе. Не каждый день мужчина говорит, что его дочь… эээ… стала девушкой.
Темпл налил немного в другой бокал и молча выпил за здоровье своего хозяина.
– Я помню, как она родилась, – произнес Гарри, глядя в расчищенный им пятачок окна и наслаждаясь тем, как бренди согревает горло и желудок. – Беатрис была разочарована, что родилась девочка, но я подумал, что дочка – само совершенство, с этим ее крохотным носиком, копной каштановых кудряшек и такими серьезными глазами. Она казалась мне ангелом, посланным на землю, чтобы украсить нашу жизнь. Лучом света, солнечным сиянием, великой радостью. – Гарри еще глотнул бренди, и тут по грязному стеклу быстро промелькнули три тени, а потом раздался беззаботный хохот детей, задумавших какую-то каверзу. Гарри отпрянул от окна, сжимая свой бокал с такой силой, что даже пальцы побелели. – А теперь она выросла, вступила в пору женской зрелости и требует, чтобы я ей все объяснил. Что дальше, Темпл, я тебя спрашиваю, что будет дальше?
Темпл поставил свой бокал на место и тщательно вытер пальцы носовым платком, стараясь не морщиться при виде пыли и запущенности в комнате. Его, аккуратиста по природе, страшно раздражало то, за все три недели после их переезда сюда к кабинету ни разу не прикасалась рука горничной.
– Полагаю, милорд, что леди Энн лет через пять начнет задавать вам те же самые вопросы. Вы не позволите горничной немного прибраться тут? Обещаю, что она не прикоснется ни к одной из ваших важных бумаг. Право же, я бы и сам тут с удовольствием прибрался, если бы вы просто дали мне выхо…
Гарри, уловив ужасающую мысль о том, что ему придется и с младшей дочерью повторить ту же сцену, которой он сейчас с таким трудом избежал, помотал головой:
– Нет. Это моя комната, единственная комната во всем доме, которая служит мне убежищем. Никому, кроме тебя, не позволено сюда входить: ни детям, ни горничным – никому. У меня должно быть место, принадлежащее только мне, Темпл, что-то неприкосновенное, комната, где я просто могу быть собой.
Темпл окинул кабинет взглядом. Он хорошо знал, где что лежит, потому что сам носил сюда коробки с книгами Гарри, документы по имению, небольшое антикварное бюро и ужасающе грязные акварели, украшавшие сейчас стены.
– Может, если постирать занавески…
– Нет, – повторил Гарри, украдкой кинув взгляд на окно, и пересек комнату, направляясь к большому письменному столу розового дерева, заваленному бумагами, перьями, чернильницами, книгами и другими предметами, слишком многочисленными, чтобы все их перечислить; там стояла даже большая статуэтка Пана. – У меня есть для тебя другое поручение, поважнее, чем стирка занавесок.
Темпл, уже собиравшийся сообщить, что не будет стирать занавески сам, решил, что эта информация его хозяину не особенно нужна, со вздохом устроился в удобном кожаном кресле у стола и вытащил из внутреннего кармана блокнот и карандаш.
– Да, сэр?
Гарри отошел от стола и приблизился к холодному камину.
– Сколько лет ты работаешь со мной, Темпл?
– На Иванов день будет четырнадцать, – незамедлительно ответил Темпл.
– Это же как раз через две недели.
Темпл молча кивнул.
– Я женился на Беатрис за год до этого, – продолжал Гарри, глядя в темную пустоту камина, словно вся его жизнь лежала там, на куче угля, готовой запылать, если теплая погода сменится холодом.
– Насколько помнится, я поступил к вам на службу, когда леди Росс… гм… ожидала леди Индию.
– Ммм… прошло почти пять лет после смерти Беа.
Темпл что-то пробормотал.
– Пять лет – долгий срок, – произнес Гарри, и карие глаза за линзами очков потемнели. – Дети становятся неуправляемыми. Бог свидетель, меня они вообще не слушаются, а Герти и Джордж с трудом справляются с близнецами и Мактавишем, что уж говорить о Диггере и Индии.
Брови Темпла слегка приподнялись. Он догадался, к чему клонится разговор, но не мог понять, какую роль в этом деликатном вопросе маркиз отводит ему.
Гарри глубоко вздохнул, потер нос, повернулся и направился к глубокому зеленому кожаному креслу, стоявшему за письменным столом. Сев, он махнул рукой на блокнот Темпла.
– Я решил, что детям необходимо женское внимание. Хочу, чтобы ты помог мне найти такую женщину.
– Гувернантку?
Гарри поджал губы.
– Нет. После того как во время пожара погибла мисс Рейнольд… нет. Детям необходимо время, чтобы оправиться от этого кошмара. Женщина, о которой я говорю… – он взглянул на миниатюру, стоявшую в углу стола, – будет маркизой. Детям нужна мать, а мне…
– Жена? – негромко подсказал Темпл, поскольку Гарри умолк. Несмотря на все свои намерения не углубляться в переживания хозяина, Темпл за долгие годы искренне привязался к Гарри и его выводку из пяти маленьких озорников. Темпл хорошо знал, что Гарри испытывал к своей покойной жене пусть и не всепоглощающую любовь, но чувство, достаточно сильное, чтобы скорбеть о ней на протяжении пяти лет, после того как она умерла родами.
– Да, – вздохнул Гарри, обмякнув в уютных объятиях кресла. – Я женился поздно, но должен признать, что мне нравилось быть семьянином, Темпл. Трудно поверить, что такое говорит человек, которому день и ночь докучает буйный выводок детей, но в последнее время я чувствую себя одиноким. Мне не хватает женщины. Жены, – поспешно поправился он, слегка наморщив лоб. – Я пришел к выводу, что есть только один ответ на мое естественное желание и необходимость приструнить детей – жена. Вот поэтому я и хочу, чтобы ты записал объявление и поместил его в местную газету. Как она называется? «Долфинз-Деррь-срдейли»?
– «Рэмс-Боттом-газетт», сэр, потому что выпускается она в городишке Рэмс-Боттом, расположенном, насколько мне известно, примерно в восьми милях западнее. Однако должен признаться, что я слегка сбит с толку вашим решением искать леди, достойную титула маркизы, по объявлению в газете. Мне всегда казалось, что джентльмен вашего положения ищет жену в высшем обществе, а не помещает объявление в газете, преимущественно занятой дискуссиями на сельскохозяйственные темы.
Гарри отмахнулся:
– Я думал об этом, но не желаю пока появляться в городе.
– Но у вас наверняка есть друзья, знающие подходящих кандидаток…
– Нет. – Гарри откинулся на спинку кресла и положил ноги на стол. – Я уже искал среди родственниц своих друзей, но ни одна из них не подходит: одни слишком молоды, а другие готовы выйти за меня исключительно ради титула.
Темпл окончательно растерялся.
– Но, сэр, эта женщина станет маркизой, матерью ваших еще не рожденных детей…
Гарри с грохотом опустил ноги на пол, выпрямился и сердито сверкнул глазами на секретаря.
– Больше никаких детей! Я не собираюсь проходить через это снова и не намерен жертвовать на этом алтаре еще одной женщиной! – Он снова уложил ноги на стол. – У меня нет времени подыскивать себе жену традиционными способами. Я рассчитываю обзавестись супругой до того, как в округе узнают, кто я такой, до того, как попадусь на глаза всем этим цепким искательницам титула. Скоропостижная смерть кузена Джерарда, завещавшего мне этот дом, подарила мне идеальную возможность найти женщину, которая нуждается в муже так же сильно, как я нуждаюсь в жене. Мне нужна женщина порядочная, благородных кровей, но не обязательно древнего знатного рода – вполне подойдет семейство сельских аристократов. Она должна любить детей и должна хотеть… эээ… вступить со мной в интимные отношения.
– Но… – произнес Темпл, в замешательстве широко разведя руками, – но леди, вступающие в интимные отношения, часто зачинают детей…
– Я позабочусь о том, чтобы моей жене не пришлось подвергаться пытке родами, – небрежно ответил Гарри и вдруг вздрогнул – где-то неподалеку сильно хлопнули дверью, и по коридору мимо кабинета с топотом пронеслась сразу сотня слонов. – Записывай, Темпл. «Требуется: порядочная образованная женщина в возрасте от тридцати пяти до пятидесяти лет, которая желает соединиться узами брака с мужчиной сорока пяти лет, крепкого здоровья и со средствами, достаточными, чтобы обеспечить ей комфортабельную жизнь. Любовь к детям обязательна. Претендентки могут направлять подробные сведения о себе и рекомендации на имя мистера Т. Харриса в Рейвинге. Собеседование будет назначено на следующую неделю». Это подойдет, как по-твоему? Ты можешь сам сортировать претенденток – оставляй мне только тех, кого сочтешь подходящими. Я с ними побеседую и откину тех, кто не годится.
– Сэр, – в полнейшем недоумении произнес Темпл. Он не знал, как отговорить хозяина от такого неудачного способа поисков. – Я… а что, если… откуда я знаю, кого из них вы сочтете подходящей?
Гарри нахмурился.
– Я уже сказал тебе, что мне требуется! Женщина порядочная, умная и любящая детей! Я бы не отказался от определенной привлекательности, но это не обязательно.
Темпл проглотил остальные возражения и только робко спросил:
– А где вы желаете беседовать с претендентками? Уж конечно, не здесь, не в Эшли-Корме?
Гарри, сощурив глаза, провел пальцем по колонке цифр. Управляющий его покойного кузена крал слишком много.
– Этого злодея следует повесить – надо же было так истощить имение! Что ты спросил? О нет, любая разумная женщина только глянет на это уродство и убежит, вопя от ужаса. Подыщи что-нибудь в городе – место, где можно будет встретиться с дамами и спокойно с ними поговорить. Разумеется, с каждой по отдельности. Групповые встречи не подойдут ни под каким видом.
– Разумеется, – согласился Темпл и, спотыкаясь, вышел из комнаты. В голове у него все перепуталось, и единственное, что хоть как-то подбадривало, – это мысль, что жена Гарри, кем бы она ни оказалась, непременно потребует, чтобы в этом доме провели хорошую уборку. От чердака до подвала.
Гарри только собрался сделать пометки о первых неотложных нуждах поместья, как раздался высокий пронзительный вопль, выдернувший его из кресла. Гарри подскочил к двери и столкнулся в дверном проеме с Темплом.
Секретарь как-то жалко улыбнулся, и Гарри немного растерялся.
– Дети… кто-то ранен?
– Павлины, – лаконично ответил Темпл.
Гарри моргнул и успокоился.
– Павлины? О, павлины. Да, точно, они орут как сумасшедшие. Я думал, кто-то из детей…
Его слова оборвал очередной вопль, от которого просто кровь застыла в жилах. Прежде чем Гарри смог вдохнуть, мимо него по коридору промчалась большая сине-зеленая птица. Перья ее когда-то великолепного хвоста были повыдерганы, а оставшиеся – перепачканы грязью. Вслед павлину неслись уханье и крики – трое младших детей с грохотом мчались за несчастной птицей. Энн остановилась у широкой изогнутой лестницы, запрокинула голову и издала жуткий вопль, от которого волосы Гарри встали дыбом.
– Это кричит не павлин, сэр. Это кричат дети.
Гарри тихонько прикрыл дверь и прислонился к ней спиной. Сквозь толстые доски все равно проникали крики взбудораженного павлина, которого гоняли по холлу трое шумных детей.
– Пиши объявление, Темпл.
Раздался громкий птичий вопль, следом загрохотало что-то керамическое, упавшее на мраморный пол холла и разбившееся вдребезги. Гарри кинулся в свое убежище.
– Немедленно! Ради всего святого, напиши его немедленно!
Перевод заглавия:   The Trouble With Harry
Штрихкод:   9785271398247
Бумага:   Газетная
Масса:   150 г
Размеры:   166x 115x 14 мм
Тираж:   6 000
Литературная форма:   Роман
Сведения об издании:   Переводное издание
Тип иллюстраций:   Без иллюстраций
Переводчик:   Максимова Е.
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить