Юные годы медбрата Паровозова Юные годы медбрата Паровозова Сюжет этой книги основан на подлинных фактах. Место действия - предперестроечная Москва c ее пустыми прилавками и большими надеждами. Автор, врач по профессии, рассказывает о своей юности, пришедшейся на 80-е годы. Мечта о поступлении в институт сбылась не сразу. Алексей Моторов окончил медицинское училище и несколько лет работал медбратом в реанимационном отделении. Этот опыт оказался настолько ярким, что и воспоминания о нем воспринимаются как захватывающий роман, полный смешных, почти анекдотических эпизодов и интереснейших примет времени. Легко и весело Моторов описывает жизнь огромной столичной больницы - со всеми ее проблемами и сложностями, непростыми отношениями, трагическими и счастливыми моментами, а порой и с чисто советскими нелепостями. Имена и фамилии персонажей изменены, но все, что происходит на страницах книги, происходило на самом деле. АСТ, Corpus 978-5-271-42085-6, 978-5-17-078413-4
413 руб.
Russian
Каталог товаров

Юные годы медбрата Паровозова

  • Автор: Алексей Моторов
  • Твердый переплет. Плотная бумага или картон
  • Издательство: АСТ, Corpus
  • Серия: Corpus (АСТ)
  • Год выпуска: 2013
  • Кол. страниц: 512
  • ISBN: 978-5-271-42085-6, 978-5-17-078413-4
Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре (8)
  • Отзывы ReadRate
Сюжет этой книги основан на подлинных фактах. Место действия - предперестроечная Москва c ее пустыми прилавками и большими надеждами. Автор, врач по профессии, рассказывает о своей юности, пришедшейся на 80-е годы. Мечта о поступлении в институт сбылась не сразу. Алексей Моторов окончил медицинское училище и несколько лет работал медбратом в реанимационном отделении. Этот опыт оказался настолько ярким, что и воспоминания о нем воспринимаются как захватывающий роман, полный смешных, почти анекдотических эпизодов и интереснейших примет времени. Легко и весело Моторов описывает жизнь огромной столичной больницы - со всеми ее проблемами и сложностями, непростыми отношениями, трагическими и счастливыми моментами, а порой и с чисто советскими нелепостями.
Имена и фамилии персонажей изменены, но все, что происходит на страницах книги, происходило на самом деле.
Отрывок из книги «Юные годы медбрата Паровозова»
Медсестра Таня Богданкина пришла в отделение спустя год после меня. Ровно через неделю у нее случилась первая неприятность.
Мы тогда стояли курили в гараже, беседовали. Как вдруг распахнулась дверь и влетела чокнутая Степанида Андреевна, старшая операционная сестра, в сопровождении главной сестры больницы Маргариты Николаевны.
– Ага!!! Вот, оказывается, где прячется эта мерзавка!!! – завопила Степанида, тыча в Таню подагрическим пальцем. – Все, я узнала тебя, теперь не отвертишься!!!
«Ничего себе, – думаю, – ну просто Гоголь какой-то, «Вий», не иначе!»
Таня, отвернувшись, что-то пробормотала непарламентское, сплюнула и в сердцах бросила окурок в ведро. Степанида, пытаясь унять одышку, плюхнулась на лавочку. Одной рукой она держалась за сердце, а пальцем второй продолжала указывать на Таню Богданкину, испепеляя ее взглядом.
Пока Степанида свистела, вцепившись в лавку, Маргарита Николаевна подошла к раздосадованной Тане и произнесла, как всегда она умела, мягко и доверительно:
– Деточка, ты все же прислушивайся к замечаниям старших товарищей, особенно если они такие… – тут Маргарита показала взглядом на Степаниду Андреевну, – такие заслуженные люди! А курить лучше бросай, ты же девочка и к тому же в больнице работаешь!
Подхватила Степаниду и пошла на выход. Та успела обернуться и на прощание погрозить Тане кулаком.
– Леш, давай еще покурим,– сказала удрученно Богданкина, – сам видишь, весь кайф обломали!
Оказалось, что рано утром Таня забежала в гости к подружке, которая работала на седьмом этаже в «травме». Они решили по-быстрому поболтать и, как водится, курнуть. Встали на лестнице и не успели прикурить, как сразу напоролись на Степаниду Андреевну. Та произнесла, как и полагается мудрому наставнику, речь в весьма дружелюбной форме, типа: «Что вы стоите тут с цибарками в зубах, профурсетки, еще халат напялили, форму медицинскую позорите, надавать бы сейчас вам по губам, бесстыдницы, да я в ваши годы на целине, в мороз, одна на триста километров, на сто больных, а ну быстро говорите, из какого вы отделения, нахалки!!!»
Таня огрызнулась, мол, что хочу, то и делаю, а где я работаю – не ваше дело, и вообще, ступайте, женщина, куда шли, не доводите до греха.
Но надо было знать Степаниду Андреевну. Она не поленилась и, прихватив Маргариту Николаевну, прочесала все пятнадцать этажей главного корпуса. Так как Богданкина обнаружилась после обеда, нетрудно подсчитать, что на поиски ушло две трети рабочего дня Степаниды. Ну, для такого важного дела, как воспитание подрастающей смены, времени не жалко. Вот такой был дебют у нашей Тани.
А теперь о главном. О жизни. Понятно, что жизнь человека весьма хрупка. О том, что человек смертен и смерть может быть внезапной, знают многие, не только те, кто читал «Мастера и Маргариту». Но внезапная, быстрая смерть подчас бывает настоящим подарком судьбы. И наоборот, жизнь постоянно на грани смерти, без радости, во всем ограниченная, сопряженная с тяжелым хроническим и прогрессирующим заболеванием, может рассматриваться как сущее наказание.
На одиннадцатом этаже правого крыла больницы располагалось сосудистое отделение, часть которого была отдана автономному отделу кардиохирургии. Там проводились сложные операции на открытом сердце, а контингент составляли больные с тяжелыми пороками. Почему-то почти все они были жителями Архангельской области, видимо, существовала какая-то разнарядка.
Среди пациентов, которых направили в кардиохирургическое отделение, был больной с тетрадой Фалло. Тетрада Фалло – один из самых тяжелых пороков сердца, уже из названия видно, что там четыре сложнейших патологии. Часть детей, родившихся с этим пороком, умирает в первый год жизни. Но и из выживших лишь немногие дотягивают до совершеннолетия. Обычно детей с тетрадой Фалло стараются оперировать в раннем возрасте, но случается, что такой больной попадает на стол зрелым человеком. Если, конечно, кто-нибудь берется за такого.
Жизнь ребенка с этим заболеванием лишена большинства детских радостей, такие дети не бегают, не прыгают, не скачут. Большинство даже не ходит в школу – они не в состоянии подниматься по лестнице. У них, как правило, нет друзей среди сверстников, взрослые смотрят на них, и особенно на их родителей, с неподдельной жалостью и скрытым удовлетворением от сознания здоровья собственных чад. Потому что дети с тетрадой Фалло отличаются от остальных, кроме всего прочего, и внешне. Они синие, почти черные, настолько мало в их крови кислорода.
Маленькие черные человечки, сидящие на корточках, – типичная их манера отдыхать после нескольких шагов.
Вот такого больного решили прооперировать наши кардиохирурги. Точнее сказать – решили, но не сразу. Они недели две думали, советовались, перебирали анализы, делали дополнительные снимки, кардиограммы. Очень боялись, что не снимут его живым со стола. Наконец вздохнули, перекрестились и назначили день операции.
Обычно кардиохирурги заканчивали операции к обеду или чуть позже. Крайне редко больных привозили в шесть вечера. Однажды, помню, операция закончилась в девять.
Этого доставили к нам в первый блок ближе к полуночи.
Все, что можно было получить по части осложнений в момент операции, получили, причем в самой тяжелой форме. Кровило там, где не должно было кровить, не сшивалось, где должно было сшиваться, не разрезалось, где должно было разрезаться. Даже машина искусственного кровообращения выкинула фортель. Отсоединилась одна из пластиковых магистралей, и, пока это заметили, около литра крови вылилось на пол.
У анестезиологов тоже было не лучше. Уже на этапе вводного наркоза начались чудеса – сначала с интубацией, затем с подключичкой, потом возникла крапивница на один из компонентов наркозной смеси, потом вдруг давление упало по нулям… В общем, тихий ужас, врагу не пожелаешь.
При этом вся огромная хирургическая бригада думала об одном. Как и почему до сих пор он жив, этот уже изначально практически безнадежный пациент.
И вот, когда все было сделано, он выдал остановку. Хотя в момент кардиохирургических операций сердце останавливается по самой процедуре вмешательства, но тут, как говорится, больной встал наглухо. Сердце стали массировать и дефибриллировать, но оно не запускалось. Дефибрилляция открытого сердца выглядит так, будто сердце накрывают сверху и снизу двумя здоровыми ложками. Это два электрода, по которым идет ток высокого напряжения.
В какой-то момент один из двух хирургов, производящих процедуру, заметил, что нижняя ложка выехала из-под задней стенки сердца. Он решил поправить электрод, но забыл сказать об этом коллеге, который стоял практически спиной к нему. Тот занимался тем, что набирал заряд на приборе, нажимая на кнопку «набор», а после набора напряжения нажимал на кнопку «разряд», а после разряда нажимал на кнопку «сброс». Потом он повторял все заново, и так много раз подряд. Вот какая техника была у нас в то время.
Операция шла больше двенадцати часов, поэтому у этих двоих синхронные действия дошли до сомнамбулического автоматизма. В общем, как только Сергей Петрович Иванцов взялся обеими руками, в мокрых от крови перчатках, за оба электрода, стоящий к нему спиной новичок Ваня Акулишин машинально нажал на кнопку «разряд».
Эффект получился грандиозным. Тот случай потом вспоминали много лет. Иванцов подпрыгнул метра на два, а затем, приземлившись на пол, переколотив все стоящие рядом со столом дренажные банки, принял почти горизонтальное положение и, набрав скорость, выбил головой дверь в предоперационную. Пролетев ее на бреющем полете, он протаранил еще одну дверь – в коридор, где и рухнул без сознания. Самое удивительное, что сердце у больного запустилось. Часть хирургов побежала оказывать помощь Иванцову, а другие начали зашивать грудную клетку пациента.
Сергей Петрович потом больше года подволакивал правую ногу и не чувствовал правую руку. Вот они, эти опыты с электричеством.
Больного прикатили к нам в реанимацию и положили на третью койку в первом блоке. Дела были – хуже некуда. Главное – он не держал давление. Ни в первые сутки после операции, ни в последующие. Это был скверный прогностический признак. Давление поддерживалось только бешеными дозами прессорных аминов, которые постоянно вливали внутривенно. Дыхания не было, сознание вроде было, но как тут поймешь!
В принципе все знали, что ловить здесь уже нечего. Но прошло несколько дней, и доза препаратов для поддержания давления стала заметно снижаться, а еще через сутки и вовсе свелась к одной-единственной ампуле дофамина. Это было очень здорово, значит, включились таинственные резервы организма.
Но вскоре появилось ослабление дыхания справа, и на контрольном снимке грудной клетки обнаружилось скопление жидкости в плевральной полости.
Дежурный кардиохирург спунктировал плевру, откачал жидкость, и расправившееся легкое снова задышало.
Тут бы всем радоваться и готовить больного к переводу в кардиохирургию, как вдруг в анализах наметилась четкая тенденция к падению гемоглобина. Еще через пару дней сомнений не осталось. Возникло внутреннее кровотечение, и оно прогрессировало. Стал понятен и источник. В момент плевральной пункции игла прошла через увеличенную от венозного полнокровия печень. А ткань печени – она как отварная свекла, мягкая, ранимая и подкравливать будет постоянно. Вот уж действительно, твою мать!
Было два варианта. Или смотреть, как пациент медленно умирает от кровотечения, или срочно брать на операцию, что в его состоянии было равносильно смертному приговору. Всегда не завидовал людям, которые решают подобные дилеммы, но считаю, что любое действие лучше, чем бездействие.
Оказалось, что многие разделяют деятельный подход к лечебному процессу, и беднягу все-таки подняли в операционную, где его поджидала бригада, на этот раз печеночных хирургов, которые, на счастье, тоже имелись в нашей больнице в отделении печеночной хирургии, на восьмом этаже.
Надежда умирает последней. Хотя шансов не было. Одно то, что больной с таким диагнозом, как тетрада Фалло, дожил до тридцати лет, уже было огромным достижением. Перенести такую операцию с кучей осложнений в момент ее проведения, с длительной остановкой сердца в финале, выраженной сердечной недостаточностью послеоперационного периода, и заработать через десять дней ранение печени... Это было уж как-то слишком. Даже для нашего отделения.
Поэтому мы немало подивились, когда его живого сняли со стола. Хотя жизнью это назвать можно было с огромным преувеличением. Ни дыхания, ни сознания, ни давления. Наверное, состояние мумий, которых находили в египетских пирамидах, вселило бы больше оптимизма в реанимационную бригаду. Но глаза боятся, а руки делают.
Час за часом, день за днем, сантиметр за сантиметром он переходил на сторону жизни. Снова держал давление, хлопал глазами и уже начал сопротивляться аппарату, пробуя самостоятельно дышать.
И вот в первом блоке собрался консилиум. Были все наши и целая куча кардиохирургов под руководством профессора Соловьева. Больного отключили от аппарата. Час смотрели. Дважды проверили кровь на газовый состав. И наконец выдернули трубку из трахеи. Трахеостому не стали делать, подозреваю, из суеверия. Осталось проверить очень важное. Уровень сознания. После сумасшедшей гипоксии, остановки сердца, длительной гипотонии, кровопотери можно было запросто получить так называемую социальную смерть. Другими словами, пациент с полным правом мог превратиться в мычащего идиота.
– Тебя как зовут? – строго и громко спросил Юрий Яковлевич Романчук, старший ординатор.
– Сергей… – просипел тот.
Уже неплохо.
– А лет тебе сколько? – не отставал Юрий Яковлевич.
– Тридцать один будет… – раздался хрип.
– Живешь где, адрес твой?
Вопрос был нелишним. Потому что свое имя и возраст помнят даже полные кретины. Не верите – поспрашивайте!
– Архангельская область, город Шенкурск, улица Ломоносова, пять!
Ну слава богу! Все обменялись многозначительными и одновременно радостными взглядами. Энцефалопатии нет, можно идти и со спокойной совестью расписывать дальнейшую терапию. Так и сделали. Минут через десять, убедившись, что и давление, и пульс, и дыхание в норме, всей толпой двинули в ординаторскую.
Из всего персонала в блоке осталась только одна дежурная сестра из новеньких. Таня Богданкина.
Ужин в нашем отделении был самым приятным моментом дежурства. Во время ужина мы всегда собирались вместе, всей нашей сестринской бригадой в полном составе, и, кроме того, иногда приглашали дежурную лаборантку. Именно за ужином можно было потрепаться, посплетничать, а то и впервые за день увидеть друг друга. Так как особого времени на гастрономические изыски не было, мы ограничивались пищей быстрой в приготовлении и калорийной.
Обычно это были сосиски традиционного серого цвета, или жареная картошка, или омлет, как правило, из ворованных яиц, ну и, конечно, пельмени. В тот день на ужин Таня Богданкина взяла из дома пачку пельменей, которую еще с утра засунула в морозильник.
Таня была девушкой отзывчивой, как и многие новенькие, пока их не засасывала и не перемалывала рутина. Она искренне сочувствовала больным, и это сострадание компенсировало временное отсутствие реанимационных навыков.
То, что происходило с этим несчастным, которого только и успевали, что оперировать да откачивать, не могло оставить ее равнодушной.
Поэтому, когда все начальники с умным видом отчалили в ординаторскую, Таня робко подошла к постели больного, обтерла ему мокрой пеленкой лицо и спросила:
– Ты чего-нибудь хочешь?
Тот, не задумываясь, просипел:
– Хочу, очень хочу, мне бы… пожрать!
Елки-палки, и правда, мужик уже третью неделю, бедный, без еды доходит, всякая глюкозка в вену не в счет, в чем только душа держится, кожа да кости.
– Сейчас, подожди, я быстро! – пообещала Таня и пулей понеслась в буфет.
Обед уже закончился, буфетчица успела даже вымыть кастрюли. Таня вздохнула и открыла морозильник.
Когда она вошла в блок с дымящейся тарелкой в руке, там по-прежнему никого из персонала не было, ее напарница Маринка Ляпичева все еще торчала на вызове, а врачи сидели в ординаторской.
Таня поставила тарелку на тумбочку, пододвинула стул к кровати, села и начала кормить.
Остановка сердца произошла на третьей ложке. Это был многократно описанный в специальной литературе послевоенного времени «синдром возобновленного кормления». Так внезапно умирали узники концлагерей и блокадники. Их нужно кормить буквально из пипетки, но Таня про синдром не слышала, зато вой тревоги монитора над третьей койкой услышали все.
Картина была еще та. Остановившийся больной, ложка с пельменем около плеча, полная пельменей тарелка на тумбочке и забившаяся в угол, абсолютно растерянная и подавленная новенькая медсестра.
Когда раздается пять коротких приказов в секунду, когда нужно в протянутую руку моментально дать или ларингоскоп, или трубку, или шприц с внутрисердечной иглой, или шприц вовсе без иглы, молниеносно набрать нужный препарат в нужной дозе, зарядить и повесить капельницу, прикатить дефибриллятор, снова набрать шприц, надо быть собранным и четким до автоматизма. От Тани в ее состоянии толку было немного.
Поэтому наши врачи в тот раз начали оказывать реанимационное пособие без участия медсестры. И пока сбегали в соседний блок за подмогой, свинство развели такое, как будто в блоке взорвали парочку противопехотных мин, кстати, запрещенных к применению всеми гуманитарными организациями планеты.
Можете не верить, но он завелся. Да и на аппарате-то провел потом не больше суток. В каком-то смысле бегать туда-сюда стало для него привычным делом.
Через неделю его перевели долечиваться в кардиохирургию. Я приходил туда смотреть, как он осторожно, на еще плохо слушающихся ногах ковылял по коридору.
Пару лет спустя кто-то из наших кардиохирургов, вернувшись из командировки в Архангельск, рассказал, что этот Серега из Шенкурска жив, здоров и не синего цвета, а нормального, розового, работает диспетчером на местном деревообрабатывающем комбинате. Женился на молодой веселой девушке, которая должна вот-вот родить. И сам ходит веселый и довольный жизнью.
Таню, конечно, здорово ругали, чуть не прибили, думаю, ей до сих пор не хочется вспоминать тот случай. Потом прошло время, она всему научилась, стала опытной и грамотной сестрой. Такие все делают правильно и уж, конечно, не отдают больному свой ужин.
Штрихкод:   9785271420856, 9780011735030, 9785170784134
Аудитория:   18 и старше
Бумага:   Офсет
Масса:   524 г
Размеры:   207x 138x 34 мм
Оформление:   Частичная лакировка
Тираж:   3 000
Литературная форма:   Роман
Тип иллюстраций:   Без иллюстраций
Отзывы Рид.ру — Юные годы медбрата Паровозова
4.85 - на основе 26 оценок Написать отзыв
8 покупателей оставили отзыв
По полезности
  • По полезности
  • По дате публикации
  • По рейтингу
5
24.03.2014 14:51
Потрясающе интересная книга! И очень полезная. Прочитала на одном дыхании. Во время прочтения испытала гамму эмоций- от смеха до слез и страха. Честно говоря, не ожидала такого прекрасного языка от практикующего врача!Особенно ценна правдоподобность и, порой жесткая, реалистичность событий. Настолько, что в одном месте мне стало не по себе от описания операции. Муж, обычно сдержанный на похвалу, после прочтения по моей рекомендации книги восторженно отозвался о ней и передал дальше по кругу. В общем, книга является обязательной для прочтения!
Нет 0
Да 0
Полезен ли отзыв?
5
14.02.2014 17:49
Прекрасная, живая книга, которая рассказывает о жизни людей и, в частности, работе персонала московской ГКБ№7 в предперестроечное и перестроечное время. Именно из-за того, что они касаются такого недалекого исторического прошлого страны (и города), текст оказывается очень близким, а автор к середине книги становится почти родным )

Воспоминания, действительно, написаны очень легко, с чувством юмора.
Книгу с удовольствием и взапой читают представители всех поколений - 27-летние, 47-летние и 77-летние члены семьи. Поскольку в отзывах есть мнение, что книгу следует считать "женской", уточню, что гендерных различий в отношении к ней в семье не обнаружилось.
Нет 0
Да 0
Полезен ли отзыв?
5
15.05.2013 23:09
Книга потрясающая, реальная, не могла оторваться!!! Прочитала за 2 дня. Очень рада, что не прошла мимо. Пожалуй, перечитаю еще раз. И жду, с нетерпением, продолжения.
Нет 0
Да 0
Полезен ли отзыв?
5
24.02.2013 12:31
Книгу ещё не дочитала до конца, но уже положительных эмоций получено море.
Из всех современных писателей-врачей (Соломатина, Цепов и др.) у Алексея Моторова самый лёгкий язык. Автор рассказывает о своей работе медбратом в отделении реанимации, а попутно - о времени, в котором всё это происходило (80-е годы).
Читается на одном дыхании, много тонкого .мора, есть и трагические моменты, но всё это без леденящих душу подробностей.
Главный герой вызывает симпатию как человек, преданный своему делу.
Нет 0
Да 0
Полезен ли отзыв?
5
11.02.2013 23:19
Замечательная книга. Я вообще автобиографического характера литературу люблю, но она бывает очень разной. Эта книга вызвала кучу положительных эмоций, тронула. Чувствуется, что автор писал о своей жизни искренне, что относится он к себе с иронией. Об окружающих людях и событиях написано так, что все они кажутся хорошими знакомыми (некоторые типажи ну очень узнаваемы).
Читается книга быстро и легко, хотя есть в ней и тяжёлые моменты, даже трагические. Мне, в частности, очень запомнился момент, когда герой-медик, оказавшись в своей больнице в качестве пациента, неожиданно узнаёт, что ему колят совсем не тот препарат, который назначен (тот препарат, который назначен, закончился, медсестра решила инициативу проявить, в итоге чуть пациента-медика на тот свет не отправила). Вот читаешь подобное и понимаешь, до чего же хрупкая штука - жизнь... И становится страшно. Но, с другой стороны хороших врачей, настоящих профессионалов, много даже в самой обычной больнице, да и вообще, хороших людей больше чем плохих... И это вселяет надежду.
Про книжные ассоциации.
Вспомнила замечательная книга "Путь Шеннона" (автор Арчибальд Кронин). Тоже о врачах, тоже о поиске себя и своей дороги. Книга правда старая, да и реалии там совсем иные, но есть вещи, для которые существуют вне времени и места.
Про совковые реалии.
Они достаточно честно в книге описаны. И очередь за финскими комбинезонами, в которой герой стоит 10 часов (и это после суток работы, без еды и сна)... И то, что у него даже мысли не возникает на всё плюнуть и уйти (хотя нет гарантий, что удастся вожделенный комбинезон купить). И книги, которые не продавались, но которые люди несмотря ни на что умудрялись читать. И то, каким чудом казалась любая вещь, привезённая из-за границы. И то, что несмотря на все дефициты, низкие зарплаты и тяжёлый труд, люди всё таки находили возможность быть счастливыми.
Про хэппи-энд.
Он присутствует. Причём финал книги тоже достаточно честен и реалистичен. Спасибо автору и за это.
Нет 1
Да 1
Полезен ли отзыв?
5
13.11.2012 14:44
Книга воспоминаний врача о своей молодости: он работал медбратом в реанимационном отделении Городской клинической больницы № 7 ("которая была и остается источником вдохновения для автора") и мечтал поступить в мединститут. Работа нелегкая, жизнь и смерть постоянно перед глазами, но в книге нет страшных подробностей, зато есть триумф жизни, чудеса, осуществляемые работниками больницы, байки и просто истории о врачах и сестрах. Печаль тоже есть. Герою приходится сражаться с Минотавром, олицетворяющем горе и несчастье. Но он побеждает. И в институт поступает с шестой попытки, хотя и сомневается в своей удаче.
Хорошая трогательная книга. Читается легко.
Нет 0
Да 2
Полезен ли отзыв?
3
29.07.2012 16:47
Главный герой молод и светел. История правдивая и многогранная. Книга читается легко и весело. Автор эмоционален, талантлив с прекрасной памятью к деталям. Спасибо за книгу. Жду продолжения.
Нет 1
Да 4
Полезен ли отзыв?
3
25.06.2012 23:27
Огромное спасибо автору за прекрасную книгу. Очень ее рекомендую всем! Книга написана с прекрасным чувством юмора и рассказывает о жизни, ее сложностях и многом другом. Оторваться от нее абсолютно невозможно. Спасибо!!!
Нет 1
Да 7
Полезен ли отзыв?
Отзывов на странице: 20. Всего: 8
Ваша оценка
Ваша рецензия
Проверить орфографию
0 / 3 000
Как Вас зовут?
 
Откуда Вы?
 
E-mail
?
 
Reader's код
?
 
Введите код
с картинки
 
Принять пользовательское соглашение
Ваш отзыв опубликован!
Ваш отзыв на товар «Юные годы медбрата Паровозова» опубликован. Редактировать его и проследить за оценкой Вы можете
в Вашем Профиле во вкладке Отзывы


Ваш Reader's код: (отправлен на указанный Вами e-mail)
Сохраните его и используйте для авторизации на сайте, подписок, рецензий и при заказах для получения скидки.
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить