Код Дурова. Реальная история "ВКонтакте" и ее создателя Код Дурова. Реальная история "ВКонтакте" и ее создателя О чем эта книга О самой крупной в Европе соцсети и ее 27-летнем основателе, который, следуя собственным взглядам, с нуля создал «ВКонтакте» и сумел привлечь в него более 100 млн русскоязычных пользователей. О силе цифровых медиа, создатели которых становятся незаметными лидерами нового типа. О том, как идти к своей мечте, избавившись от страха. Почему мы решили издать эту книгу Потому что «ВКонтакте» — молодой сверхпопулярный цифровой бизнес, а сама компания настолько необычна, что стоит особняком даже в ряду себе подобных. «ВКонтакте» крайне закрытая компания, а ее глава почти не общается с журналистами. Автор этой книг несколько раз встречался и беседовал с Дуровым, пробравшись на заповедную территорию кодеров. Получилось не просто журналистское расследование, а еще и увлекательная попытка разгадать «феномен нёрдов» Для кого эта книга Для тех, кому интересны реальные истории создания российских компаний. Для предпринимателей, которые хотят разобраться, какие бизнес-модели работают в интернете. Для тех, кто хочет начать свой бизнес и догадывается, что страха нет. Фишка книги Книга основана на реальных событиях, значительную часть которых автор видел своими глазами. Вы получите взгляд изнутри на, пожалуй, самую странную интернет-компанию в России, одновременно напоминающую монастырь и сквот хиппи, а также прочитаете историю нового героя activist capitalism — сетевого предпринимателя-харизматика От автора История Павла Дурова и «ВКонтакте» привлекала меня по нескольким причинам. Стало интересно, как и почему этой соцсети удалось за несколько лет собрать около 100 млн русскоговорящих пользователей, которые готовы делиться в ней самым сокровенным, обретая новую, цифровую идентичность, язык, способы самовыражения. Еще интереснее оказалась история ее создателя. Издалека Дуров — одаренный программист с паршивым характером, напоминал локального героя из эпохи «реванша ботаников». Однако при ближайшем рассмотрении история Дурова и «ВКонтакте» оказалась интереснее. Через нее я постарался рассказать о том, кто эти новые медиабизнесмены, сетевые лидеры, что ими движет и к чему они стремятся, управляя потоками информации внутри своих «стран». Страсти по социальным сетям укладываются в предложение: весь мир создает контент, которым владеет и на котором зарабатывает сама платформа — интернет-герои получают миллиарды. Павел Дуров казался типичным солдатом этой армии ночи. Год назад я колесил по Петербургу, встречался с университетскими приятелями, школьными учителями и коллегами Дурова, но сам он не откликался даже на письма в духе «знаю о вас все, давайте поговорим». Лишь когда меня рекомендовали буквально со всех сторон, он ответил в интернет-мессенджере, что не хочет давать интервью журналу Forbes, так как ему плевать на деньги. Я схватился за эту соломинку и начал спорить, и мы проболтали до четырех часов утра. Ночной разговор послужил отправной точкой для этой книги. По мере того как я изучал путь «ВКонтакте», передо мной разворачивалась совсем другая история — более глубокая, нежели сага о реванше ботаников. В конце концов, она воплотилась в этой книге. Об авторе Журналист, автор книги «Бог без машины: Истории 20 сумасшедших, сделавших в России бизнес с нуля». Главный редактор ежедневного журнала о предпринимательстве Hopes&Fears (hopesandfears.ru). После окончания МГУ работал репортером в газетах «Известия» и «Столичная вечерняя». Писал о бизнесменах разного масштаба — от деревенских подвижников до миллиардеров — сначала в журнале «Эксперт», а затем на протяжении семи лет в российском издании Forbes. Манн, Иванов и Фербер 978-5-91657-546-0
747 руб.
Russian
Каталог товаров

Код Дурова. Реальная история "ВКонтакте" и ее создателя

Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре (2)
  • Отзывы ReadRate
О чем эта книга
О самой крупной в Европе соцсети и ее 27-летнем основателе, который, следуя собственным взглядам, с нуля создал «ВКонтакте» и сумел привлечь в него более 100 млн русскоязычных пользователей. О силе цифровых медиа, создатели которых становятся незаметными лидерами нового типа. О том, как идти к своей мечте, избавившись от страха.

Почему мы решили издать эту книгу
Потому что «ВКонтакте» — молодой сверхпопулярный цифровой бизнес, а сама компания настолько необычна, что стоит особняком даже в ряду себе подобных. «ВКонтакте» крайне закрытая компания, а ее глава почти не общается с журналистами.

Автор этой книг несколько раз встречался и беседовал с Дуровым, пробравшись на заповедную территорию кодеров. Получилось не просто журналистское расследование, а еще и увлекательная попытка разгадать «феномен нёрдов»

Для кого эта книга
Для тех, кому интересны реальные истории создания российских компаний.

Для предпринимателей, которые хотят разобраться, какие бизнес-модели работают в интернете.

Для тех, кто хочет начать свой бизнес и догадывается, что страха нет.

Фишка книги
Книга основана на реальных событиях, значительную часть которых автор видел своими глазами. Вы получите взгляд изнутри на, пожалуй, самую странную интернет-компанию в России, одновременно напоминающую монастырь и сквот хиппи, а также прочитаете историю нового героя activist capitalism — сетевого предпринимателя-харизматика

От автора
История Павла Дурова и «ВКонтакте» привлекала меня по нескольким причинам. Стало интересно, как и почему этой соцсети удалось за несколько лет собрать около 100 млн русскоговорящих пользователей, которые готовы делиться в ней самым сокровенным, обретая новую, цифровую идентичность, язык, способы самовыражения.

Еще интереснее оказалась история ее создателя. Издалека Дуров — одаренный программист с паршивым характером, напоминал локального героя из эпохи «реванша ботаников». Однако при ближайшем рассмотрении история Дурова и «ВКонтакте» оказалась интереснее. Через нее я постарался рассказать о том, кто эти новые медиабизнесмены, сетевые лидеры, что ими движет и к чему они стремятся, управляя потоками информации внутри своих «стран».

Страсти по социальным сетям укладываются в предложение: весь мир создает контент, которым владеет и на котором зарабатывает сама платформа — интернет-герои получают миллиарды. Павел Дуров казался типичным солдатом этой армии ночи.

Год назад я колесил по Петербургу, встречался с университетскими приятелями, школьными учителями и коллегами Дурова, но сам он не откликался даже на письма в духе «знаю о вас все, давайте поговорим». Лишь когда меня рекомендовали буквально со всех сторон, он ответил в интернет-мессенджере, что не хочет давать интервью журналу Forbes, так как ему плевать на деньги. Я схватился за эту соломинку и начал спорить, и мы проболтали до четырех часов утра.

Ночной разговор послужил отправной точкой для этой книги. По мере того как я изучал путь «ВКонтакте», передо мной разворачивалась совсем другая история — более глубокая, нежели сага о реванше ботаников. В конце концов, она воплотилась в этой книге.

Об авторе
Журналист, автор книги «Бог без машины: Истории 20 сумасшедших, сделавших в России бизнес с нуля». Главный редактор ежедневного журнала о предпринимательстве Hopes&Fears (hopesandfears.ru). После окончания МГУ работал репортером в газетах «Известия» и «Столичная вечерняя». Писал о бизнесменах разного масштаба — от деревенских подвижников до миллиардеров — сначала в журнале «Эксперт», а затем на протяжении семи лет в российском издании Forbes.
Отрывок из книги «Код Дурова. Реальная история "ВКонтакте" и ее создателя»
Глава 1
Ботанический сад
Мальчик с томом Сервантеса выходит из подъезда, огибает автомо-
биль, который какой-то негодяй поставил так, что пешеходы еле про-
тискиваются мимо, и сворачивает за угол. Перед ним пустынные квар-
талы, поля и высоковольтные вышки, а в физиономию дует ветер — как
везде в Петербурге, но в этом районе особенно. Рядом море.
Архитектор раскрасил панели домов в оранжевый и бордовый, чтобы
однообразное серое не свело район с ума. Расстояния между корпусами
напоминают о заполярных городах, где возводить что-либо можно лишь
на сопках, а дворы имеют сторону в километр. Летом они зарастают
одуванчиками, разнотравьем и камышом. Вокруг осушенные болота.
Сканируя пространство на предмет гопников, мальчик с книгой
идет к трассе. Некоторые многоэтажки недостроены, а улицы недочер-
чены. У одного корпуса поставили стилобат, а потом, видимо, куда-то
просадили деньги — осталась бетонная коробка. Внутри нее горят
костры и сидят парни, курят, треплются и малюют граффити. Весной
разливаются лужи, и парни сколачивают плоты, чтобы перебраться
с континента «Камышовая» на континент «Ситцевая». Маячат котло-
ваны, наполненные мутной водой. За ними чернеет лес.
Перепрыгивая через лужи, мальчик проходит недострой и выбира-
ется к дороге, по которой век назад возили торф. Справа забор кладби-
ща и березки у надгробий. Слева перекопанная площадь, окруженная
скелетами панельных многоквартирных гигантов. Гиганты глядят
свысока на рабочих в отсыревшей одежде, которые поднимаются из-
под земли, где вот-вот — ожидание затянулось на годы — откроется
новая станция, последняя на ветке.
Несколько лет мальчик ходил к площади по грязной тропинке, и ему
казалось, что он перемещается в предместье Аида: перед ним возни-
кал строй теней — пенсионеры и несуны с завода продавали метизы,
подшипники и еще что-то из подвергшихся насилию металлов; когда
метро наконец ожило, тени исчезли. Пока же метро не открылось, до-
рога мальчика к ближайшей станции и оттуда до школы лежит через
подболоченное поле, засеянное бетонными столбами и их обломками.
Наверху в проводах гудит электричество. Сереют трубы, а зиккурат
фабрики, выпускающей фотоаппараты, сбегает вниз ступеньками —
тупыми серыми блоками.
Оглянувшись, мальчик форсирует торфяную дорогу и упирается
в поле. Перед ним заброшенный аэродром и остатки военной базы.
Бомбоубежища, накрытые искусственными холмами, и закрытые на
замок корпуса, бункеры. Он взбирается на холм и разглядывает дымя-
щиеся горы мусора вдали. Когда ветер дует неудачно, сталкер ощущает
присутствие ужаса квартирных маклеров — помойки. Пейзаж как бы
говорит: больше трэша, больше ада.
Но в этот раз дым не долетает, пахнет морем. Мальчик, устраиваясь
на крыше бункера, открывает книгу и погружается в нее. Гопники
сюда не забредают, да и вообще кругом живет мало людей. Он худой,
невысокий, не различает буквы на третьей строчке снизу; логопед не
плакал по нему, а пожалуй, справлял тризну. И он торчит часами на
крыше в одиночестве, если не считать Сервантеса.
Он мог бы пригласить с собой братьев, но старший, сводный, Ми-
хаил — взрослый, жил отдельно от матери, а средний, Николай, был
настолько умен, что не интересовался аэродромом. Когда Николаю
было три года, родители сажали его на свободное место в троллейбусе
и выдавали книгу — например, «Популярную астрономию». Никто
из попутчиков не верил, что ребенок ее читает, — рассматривает, по-
ди, — но Николай читал. Он рано выучился арифметике, а в семь лет щелкал кубические уравнения. Однажды его даже зазвали в телевизор
на шоу вундеркиндов.
Это произошло, уже когда семья перебралась с Балтики на Адриа-
тику. Отцу, доктору филологии, предложили учить иностранцев рус-
скому языку в Индии или Италии. Индусы манили поместьем с садом,
прислугой, комфортом. Итальянцы известили, что главу Института
русского языка ждут в однокомнатной квартире, но в Турине. Что
выберет латинист?
В общем, «мальчика с Сервантесом» — то есть Павла — не взяли
в стесненные условия и оставили бабушке, пока не наладится быт.
Та жила на Невском проспекте в тридцатиметровой комнате, окру-
женной чистилищем коммуналки. По блокадной привычке крутила
страшное количество консервов и заполоняла полки банками. Семья
не сообщила Павлу, что летит в урезанном составе. Когда объявили
едва ли не в последний момент, он, четырех лет от роду, не переварил
это известие и начал бить банки предательства.
Бабушка паниковала и жаловалась родителям: мальчик каприз-
ный и неуправляемый. Среди ночи он щелкал кнопкой телевизора
и пялился на экран. Показывали заседание во Дворце съездов, и его,
как многих детей, захватывал поток непонятных и интересных слов:
«президиум», «кандидат», «перестройка», «гласность», «кооператив».
Его первое воспоминание о себе — как сидел на ковре и строил из
кубиков башню. Второе — как ставил кости домино одну на другую,
стараясь забраться как можно выше, пока стела не рухнула.
«Исступленное стремление к созиданию изначально есть практиче-
ски у всех, просто у меня оно осталось по мере взросления и не было
вытеснено псевдоценностями общества потребления, — этот пассаж
высветился на экране в половину четвертого одного июньского утра. —
Возможно, потому что я сохранял голову в чистоте: не смотрел теле-
визор, не читал газет, не принимал на веру мнение авторитетов». Мы переписывались восемь часов подряд, отвлекаясь на разговор с ре-
дактором (автор) и консультацию разработчиков (герой). Подумав,
Дуров добавил: «А может быть, это не причины, а следствия. Все, ухо-
жу, я сегодня еще не ел».
Позднесоветский детский сад мало отличался от современного —
раз ты прописан в таком-то районе, значит, твоя тарелка манной каши
именно там. Тусклыми утрами мальчик и пожилая женщина выходили
из подъезда, пряча глаза от ветра, и ждали троллейбуса. Цепляясь
за перила, лезли в него, как альпинисты по веревке, и тратили часы
своей жизни, чтобы достичь окраины. Так Дуров возненавидел бюро-
кратию.
Через несколько месяцев мать прилетела и забрала его с собой.
В итальянской школе детей учили иначе, никакого принуждения.
Тогда-то педагоги и опознали в его брате Николае вундеркинда, а теле-
визионщики рекрутировали на телешоу.
Павла никуда не звали. Но, во-первых, ему перепадало от эрудиции
брата. Родители, уложив их, гасили свет и уходили, после чего старший
пересказывал младшему самое интересное из прочитанного за день:
созвездия, логарифмы, origin of species и т. д. Они, разумеется, дрались
и дулись друг на друга, но старший не жадничал и делился тезаурусом.
А во-вторых, младший брат был одарен по-своему. Когда в семью
приходил гость, он брал карандаш и бумагу и под кухонный диспут
рисовал прибывшего. Перед тем как портретируемый собирался про-
щаться, ему демонстрировали картину — и часто сходство сражало;
конечно, если учесть, что автор — первоклассник.
Возвращение на родину далось трудно. Павла ждала приличная
школа, где он совсем не страдал, пока однажды не понял, что знает
английский лучше, чем пришедшая на замену заболевшей англичанке
девушка. Он так и сказал ей: «Вы плохо учите». Похожий конфликт
тлел между ним и преподавателем русского.
Ученик плевал на субординацию и считал важным лишь то, что ан-
гличанка делает ошибки, — и почему в таком случае директор ждет,
что он заткнется?! Возраст он не считал чем-то, что обеспечивает ав-
торитетом, — еще с той поры, когда бил банки. Есть факт, и ничто не
должно его затмевать. А факт в том, что… и т. д.
«Я боролся со страхом, — вспоминал потом Дуров. — Учитель дер-
жит всех в магическом оцепенении — если все не замолчат, произойдет
что-то ужасное. Надо расковырять это ужасное. Ну, встану я и заору —
что она может сделать? Исключат из школы? Но даже в этом случае
есть плюсы. Я и то и другое огреб — и тройку за год, и исключение.
А есть люди, которые боятся самого страха».
Родители узнали быстро. Отец подчеркивал, что не надо идти на
конфликт, но учителей не защищал. Мать сочла, что сыновья разумны
и воспитанны и вряд ли ни с того ни с сего станут хамить учителям;
очевидно, учителя проявили недостаточный профессионализм —
не смогли справиться с сыном.
Ей самой в старших классах однажды прислали другого физи-
ка, и она из чувства протеста подбила класс уйти в кино. На других
предметах, если ее что-то не устраивало, выходила к доске нарочито
вежливо. «Отвечайте урок». — «Это [допустим, формула] так-то?» —
«Да». — «Это [первый ход решения] так-то?» — «Верно. А дальше?» —
«Я не знаю…» Класс понимал, что вожак все знает, но протестует и за-
щищается.
Отличница чувствовала за собой право на саботаж. Она росла
в Омске, рядом с переселенцами-немцами, и выучила их язык. Бле-
стящие способности. Когда ее мама заболела раком, решила участво-
вать в изобретении лекарства против опухолей и подала документы
в Хабаровск на медицинский. Затем уехала в Ленинград. Выбирая,
где учиться, определилась с журфаком и поступила без особых
проблем.
Непонятно, какая школа взяла бы ее сына с трудным характером,
если бы действие разворачивалось не в Петербурге — колыбели
интеллигенции, которая веками строила социальные связи, чтобы
выучить детей в приличных заведениях. Друзья отца, филологи Ру-
саковы, после открытия педагогической вольницы возрождали систе-
му классического дореволюционного образования — в собственной
школе. Тогда, в 1992 году, им повезло — Академической гимназии
при университете достался крупный транш от Министерства об-
разования. Накал энтузиазма в то время был высок, о «пилежке»
средств речи не шло — поэтому Русаковы под свои «общеобразо-
вательные классы» получили деньги и арендовали Аничков дворец
на Невском.
Педагогическая идея в целом выглядела так. Если ребенка учить
с малых лет математике и языкам, он научится думать и воспринимать
информацию таким образом, что новые науки и умения освоит без
труда. От классического образования оставили латынь, заканчиваю-
щуюся в выпускном классе «Записками о Галльской войне», англий-
ский, французский и немецкий языки, которые вводились последова-
тельно.
Сперва классы жили в роскоши, учеников возили по Европе, и они
едва ли не столовались по талончикам в «Метрополе». Русаковы как
люди талантливые, но непрагматичные, считали, что школа должна
быть бесплатной — чтобы могли учиться таланты из бедных семей.
Затем деньги иссякли, и энтузиасты съехали в плохо отапливаемые
помещения университета. Классы предложили родителям сдавать
83 рубля в месяц — в тот момент минимальная оплата труда, — но
родители отказались. Гимназия поставила экспериментаторам ульти-
матум: «Самоокупаемость или роспуск», и Русаковы ушли. Началась
эпоха мытарств. Тогда профессор Дуров и привел в классы заносчивого
младшего сына.
Мальчика пригласили пройти отбор — письменный тест, затем за-
дачи на лингвистическое чутье. Предлагалось ознакомиться с тек-
стом, написанным на несуществующем языке, — и, разобравшись
в его структуре, с помощью скудных вводных догадаться, о чем идет
речь. Дуров проанализировал имеющуюся информацию и сдал листок
с ответом. Все оказалось верно, и последующее собеседование было
почти формальностью.
Новый директор Григорий Медников снимал помещение в кон-
структивистском доме культуры у «Нарвской», где в 60-х на поэти-
ческих турнирах являлся публике Бродский. Английский учили
в аудитории, которую оккупировал клуб анонимных алкоголиков.
Историю — в помещении, где адвентисты разучивали за партами
гимны. Рядом «зажигал» клуб «Пляшущий пенсионер». Дорога в эти
остросюжетные обстоятельства занимала у Дурова час: автобус до
метро, пересадка, эскалатор и немного пешком.
Я помню Петербург того времени. Декабрь, утро. На улицах тусклый
свет, аэродинамические трубы подворотен, сугробы, как морены лед-
ника, ползущего по мостовым. Ощущение, что город сплотился, чтобы
пережить темень этих месяцев.
Хозяйка, у которой вписывались друзья, жила по адресу Большая
Морская, дом 2 — то есть почти в арке, выводящей на Дворцовую
площадь. Тревожить ее было неприлично, поэтому мы пробрались
переулками к трамвайной линии, чтобы выспаться на протяженном
маршруте. Вверху болтались фонари, неслись по касательной лю-
ди-футляры, спешащие скорее прятаться от ветра, чем к рабочему
месту. Двери в трамвае стреляли, как красные матросы, и вздрем-
нуть не удалось. Надежда скоротать время в Ростральной колонне
пропала, когда за дверью, ведущей в ее недра, мы нашли спящих
бродяг. Вывалившись из стреляющих дверей, толкаясь среди замерзших фут-
ляров, к метро устремлялся и Дуров: «Я помню очереди на подступах
к станции. Метров за сто. Самое опасное место — поручень, туда вы-
носило тех, кто не сопротивлялся».
Он оказался самым младшим в классе. Сначала сидел за партой
с девочкой Тасей, которой нравился. Одноклассники вспоминали, что
Тася зачем-то носила соседу медяки, копеечки, и он пересыпал их
в портфель. Позже Дуров оккупировал первую парту, где пребывал
чаще всего в одиночестве, ссутулившись над тетрадями или рассма-
тривая — третья строчка снизу яснее не стала — то, что нацарапано
на доске.
До старших классов у него не было друзей. Исключение составил
товарищ, с которым они проучились неполных два года. Этот ученик
одним своим присутствием спасал общеобразовательные классы от
развала.
Каждое утро Слава ехал в школу на лимузине с охранником, раз-
глядывая в окно сонный Кировский район. Он тормозил авто за три
квартала, вылезал на тротуар, продевал руки в лямки рюкзака и шагал
к Дому культуры, не глядя на проезжую часть. Там, прикидываясь,
что хочет припарковаться, полз лимузин. Молодой человек был сыном
короля игорных заведений города Михаила Мирилашвили.
В общеобразовательных классах тусовались дети интеллигенции,
и не каждая семья с легкостью вносила оплату, которую пришлось
ввести. Например, для Дуровых это было существенной тратой.
По закону голливудо-болливудских драм столкновение Славы с гор-
дыми детьми, занимающими унизительную вторую, если не третью
полку в социальном купе, вело к неизбежному конфликту.
Однако сюжет развивался в колыбели интеллигенции, а не в «Гол-
ли-Болли». Слава оказался вежлив, корректен, учился не хуже прочих.
На переменах сын миллионера бегал в пышечную и влетал в класс, держа в руках замаслившийся пакет с выпечкой. Дуров оказался ед-
ва ли не единственным, с кем подружился Слава.
Жизнь в классе бурлила. Предводители Диевский и Паперно при-
думали свое государство и написали конституцию. Класс играл в де-
мократию, избирал президента и т. д.
Содержание
Предисловие
Пролог
1.Ботанический сад
2. Архитектор
3. Мафия открывает глаза
4. Сок черешни
5. Стена
6. Запрещенный прием
7. Пятно Роршаха
Об авторе
Штрихкод:   9785916575460
Аудитория:   Общая аудитория
Бумага:   Офсет
Масса:   555 г
Размеры:   240x 170x 19 мм
Оформление:   Ляссе
Тираж:   10 000
Литературная форма:   Практическое пособие
Тип иллюстраций:   Без иллюстраций
Составитель:   Высочкина Анна
Отзывы Рид.ру — Код Дурова. Реальная история "ВКонтакте" и ее создателя
3 - на основе 4 оценок Написать отзыв
2 покупателя оставили отзыв
По полезности
  • По полезности
  • По дате публикации
  • По рейтингу
3
03.07.2015 04:07
"Код Дурова" прочитала за пару вечеров, из любопытства. Являюсь активной пользовательницей сайта ВКонтакте, поэтому было интересно узнать все нюансы.

Честно сказать, ничего нового не узнала. Всё предсказуемо: "Ах, какой Дуров молодец! Целеустремлённый гений, который в молодом возрасте уже деньги лопатой гребёт." Это все и так знают. Да, молодец. Не сидел на месте! Смог сделать то, что смог бы каждый, если бы оторвал свою пятую точку от дивана и приложил максимум усилий. За это Павел достоин уважения.

Дуров не скрывает, что изначально создал клон Facebook, но затем стал развивать своё детище. Старался, чтобы пользователи выбирали именно ВКонтакте. Facebook послужил лишь основой. На протяжении всей книги описываются сравнения с другими социальными сетями, конфликт с сетью Мой Мир, нововведения сайта и реакция пользователей на них.

В общем, очередная биография успешного человека. Думаю, если бы я не стала читать эту книгу, я бы не много потеряла. Да и написана она, на мой взгляд, скучновато. Не знаю даже, стоит её рекомендовать или нет. По мне так - ни хорошо, ни плохо.
Но так как читать полезно, всё же рекомендую.
Книге - минус, Дурову - плюс!
Нет 0
Да 0
Полезен ли отзыв?
5
25.01.2013 22:50
Купила эту книгу в подарок мужу (он очень хотел её прочитать, но так пока и не прочитал - как-то всё руки не доходят), я же открыла книгу исключительно из любопытства, начала читать и достаточно быстро втянулась. В книге несколько нудноватое, на мой взгляд, начало, но дальше очень и очень интересно следить за тем, как события развиваются (причём интересно это и с точки зрения изучения человеческой психологии, и с точки зрения оценки перспектив развития бизнеса в нынешних российских реалиях, и с точки зрения того, как поиск целей и выбор жизненного пути у некоторых людей перерастает в нечто большее, нечто меняющее всё вокруг).
Автор (как мне показалось), работая с материалом для книги, не всегда вполне понимает мотивы поступков главного героя повествования, он как бы говорит читателю - "что у Павла Дурова в голове происходит, это он, наверное, и сам однозначно не сможет сформулировать и объяснить, но всё таки давайте попробуем в этом разобраться, давайте посмотрим на людей бизнеса с небольшого расстояния, давайте попытаемся увидеть, ЧТО главного героя ведёт, КУДА, а главное ЗАЧЕМ". И вот это копание в прошлом, настоящем и будущем (ведь бизнес немыслим без будущего, бизнес без будущего - это просто зарабатывание денег), этот постоянный анализ, это постоянное наблюдение за чужим, но таким понятным желанием не прогнуться под реальность, а прогнуть реальность под себя - это всё безумно интересно. Да, когда говорят о харизме и о харизматическом типе личности, не всегда понятно, что имеют в виду, а вот эту книгу читаешь и сразу становится понятнее, что это такое, причём хочется узнать об этом побольше. Очень большое значение, конечно, имеет и среда, в которой герой вырос и стал тем, кем стал - родители, учителя и преподаватели, одноклассники и сокурсники (и об этом окружении тоже читать было интересно).
Что не понравилось.
Периодически встречаются незнакомые слова. Например слово "нёрды" я лично никогда не слышала даже (логично было бы как-то пояснить, что оно значит, но этого не происходит). То ли я от жизни отстала, то ли автор любит иностранные слова употреблять к месту и не к месту - не знаю, но мне это слово каким-то совершенно чужеродным и лишним показалось. Другие незнакомые слова тоже встречались, но пореже.
Про книжные ассоциации.
Мне вспомнилась книга Максима Котина "Е...гений" (про Евгения Чичваркина). Не скажу, что книги или герои похожи, но некоторые точки соприкосновения я тем не менее нахожу. Та же наглость, жёсткость и неприятие рамок и разрыв стереотипов, та же уверенность в том, что если ты что-то хочешь сделать, мир обязан дать тебе возможность это сделать. Сходство на этом заканчивается, в остальном общего у героев этих книг нет (а во многом они настолько разные, что их сравнивать просто некорректно), но обе книги по-своему хороши, обе книги имеет смысл прочитать.
Про оформление.
Оформление духу книги очень соответствует. Большой формат, хорошая бумага. Ничего лишнего. Обложка в первый момент показалась несколько странной, но к содержанию она подходит идеально. Для меня одно только странно - фотография автора (Николая Кононова) в книге есть, а вот фотографии главного героя (Павла Дурова) почему-то нет. Не поленилась, нашла его фотографии в сети - удивилась ещё больше. Очень приятная внешность, хорошая улыбка, красивое открытое лицо... И странно мне, что этого лица нет в книге (она бы однозначно продавалась лучше). Могу предположить, что этого не захотел сам Павел Дуров (хотя, конечно, это может быть и заблуждением).
Но это я несколько отвлеклась...
Резюме моё следующее - книга отличная, рекомендую.
Это не только интересное чтение, это - работа для мозга.
Тот, кто любит головой работать, книгу оценит.
Нет 0
Да 4
Полезен ли отзыв?
Отзывов на странице: 20. Всего: 2
Ваша оценка
Ваша рецензия
Проверить орфографию
0 / 3 000
Как Вас зовут?
 
Откуда Вы?
 
E-mail
?
 
Reader's код
?
 
Введите код
с картинки
 
Принять пользовательское соглашение
Ваш отзыв опубликован!
Ваш отзыв на товар «Код Дурова. Реальная история "ВКонтакте" и ее создателя» опубликован. Редактировать его и проследить за оценкой Вы можете
в Вашем Профиле во вкладке Отзывы


Ваш Reader's код: (отправлен на указанный Вами e-mail)
Сохраните его и используйте для авторизации на сайте, подписок, рецензий и при заказах для получения скидки.
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить