Записки блокадного человека. Воспоминания Записки блокадного человека. Воспоминания Лидия Гинзбург (1902 - 1990) - широко известный писатель, близкий литературно-художественному авангарду начала ХХ века, мемуарист, литературовед, чьи произведения изучают в вузах. \"О лирике\" - одна из лучших работ по истории русской поэзии Золотого и Серебряного веков, от Жуковского и Пушкина до Блока и Мандельштама; она необходима как изучающим историю русской литературы, так и всем знатокам и ценителям поэзии. \"Записки блокадного человека\" повествуют об удивительных подробностях человеческого существования в сложнейших условиях выживания, сложившихся в годы блокады. Произведение переведено на более 5 языков мира. В книгу также включены знаменитые воспоминания писателя об А. Ахматовой, Э. Багрицком, Н. Заболоцком, Н. Олейниковом. Эксмо 978-5-699-69964-3
406 руб.
Russian
Каталог товаров

Записки блокадного человека. Воспоминания

Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре
  • Отзывы ReadRate
Лидия Гинзбург (1902 - 1990) - широко известный писатель, близкий литературно-художественному авангарду начала ХХ века, мемуарист, литературовед, чьи произведения изучают в вузах. "О лирике" - одна из лучших работ по истории русской поэзии Золотого и Серебряного веков, от Жуковского и Пушкина до Блока и Мандельштама; она необходима как изучающим историю русской литературы, так и всем знатокам и ценителям поэзии. "Записки блокадного человека" повествуют об удивительных подробностях человеческого существования в сложнейших условиях выживания, сложившихся в годы блокады. Произведение переведено на более 5 языков мира. В книгу также включены знаменитые воспоминания писателя об А. Ахматовой, Э. Багрицком, Н. Заболоцком, Н. Олейниковом.
Отрывок из книги «Записки блокадного человека. Воспоминания»
В годы войны люди жадно читали «Войну и мир», — чтобы проверить себя (не Толстого, в чьей адекватности жизни никто не сомневался). И читающий говорил себе: так, значит, это я чувствую правильно. Значит, оно так и есть. Кто был в силах читать, жадно читал «Войну и мир» в блокадном Ленинграде.

Толстой раз навсегда сказал о мужестве, о человеке, делающем общее дело народной войны. Он сказал и о том, что захваченные этим общим делом продолжают его даже непроизвольно, когда они, казалось бы, заняты решением своих собственных жизненных задач. Люди осажденного Ленинграда работали (пока могли) и спасали, если могли, от голодной гибели себя и своих близких.

И, в конечном счете, это тоже нужно было делу войны, потому что наперекор врагу жил город, который враг хотел убить.

Об этом кое-что здесь рассказано.

Мне нужно было показать не только общую жизнь, но и блокадное бытие одного человека. Это человек суммарный и условный (поэтому он именуется Эн), интеллигент в особых обстоятельствах.

День ленинградской весны 1942-го. Впрочем, слово «весна» звучало странно. Хлебный паек повысили, по размороженным улицам нерешительно ходили трамваи. Немцы перестали бомбить, но каждый день, несколько раз в день обстреливали город. Самые сильные и жизнеспособные уже умерли или выжили. Хилые продолжали замедленно умирать. Слово «весна» звучало странно.

Просыпается Эн, блокадный человек, по состоянию зрения не подлежащий мобилизации. Прошлым летом он просыпался иначе — всегда в шесть утра, от звука репродуктора, для общего пользования установленного в коридоре. Потом, уже по привычке, он стал просыпаться за десять-пятнадцать минут и лежал, прислушиваясь. Минуты за три, не утерпев, он в пижаме выходил в коридор. Там стояли уже соседи, полуодетые, с жадно-напряженными лицами. Казалось, если диктор своим всегдашним неестественным голосом перечислит радиостанции-это значит, сегодня ничего не случилось особенного... Эн знал — это аберрация, и не мог от нее отделаться. Впрочем, все начиналось не диктором, а коротенькими звонами и паузами, выводившими звуковую фигуру. Никогда мы не слыхали более печального звука. Потом перечисление радиостанций с его хрупкой аберрацией стабильности. Наконец, страшно короткая информация (казалось, они становятся все короче), в те дни состоявшая из направлений. И люди с задохнувшимся сердцем стояли у репродукторов, принимая очередное направление. Диктор говорил неестественно медленно, и можно было считать секунды, отделявшие слово от слова, населенный пункт от населенного пункта. Направление... Люди знали — потом будет лужское, потом... Так было летом 1941-го.

Страшная была жадность на информацию. Пять раз в день люди бежали к репродуктору, прерывая любые дела. Они бросались на каждого человека, который хоть на шаг был ближе, чем они, к фронту, или к власти, или к источникам информации. А расспрашиваемый сердился на бестолковые вопросы. Потому что спрашивающие хотели узнать совсем не то, о чем они спрашивали. Они хотели узнать, как это бывает, когда война, как это будет...

Оставить заявку на описание
?
Содержание
К. Кобрин ПРОРЫВ БЛОКАДНОГО КРУГА
ЗАПИСКИ БЛОКАДНОГО ЧЕЛОВЕКА
Вокруг "ЗАПИСОК БЛОКАДНОГО ЧЕЛОВЕКА"
О ЛИРИКЕ
ВВЕДЕНИЕ
Школа ГАРМОНИЧЕСКОЙ точности
Поэзия мысли
ПРОБЛЕМА личности
Поэзия ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ
НАСЛЕДИЕ И ОТКРЫТИЯ
ВЕЩНЫЙ МИР
Поэтика ассоциаций
Из ВОСПОМИНАНИЙ. СОВРЕМЕННИКИ
"ПРОБЛЕМАПОВЕДЕНИЯ Б.М. Эйхенбаума
Ахматова. НЕСКОЛЬКО СТРАНИЦ ВОСПОМИНАНИЙ
ВСТРЕЧИ С БАГРИЦКИМ
ЗАБОЛОЦКИЙ ДВАДЦАТЫХ годов
НИКОЛАЙ ОЛЕЙНИКОВ
Штрихкод:   9785699699643
Аудитория:   18 и старше
Бумага:   Офсет
Масса:   594 г
Размеры:   206x 135x 28 мм
Оформление:   Тиснение золотом
Тираж:   3 000
Литературная форма:   Мемуары
Сведения об издании:   Коллекционное издание
Тип иллюстраций:   Фотографии черно-белые
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить