Сердце бога Сердце бога Виктория Спесивцева поняла — она не сможет жить дальше, пока не переломит несчастливую карму своей семьи. Ее мама никогда не выходила замуж, такая же судьба постигла и бабушку… С бабушкой вообще случилась трагическая история: едва родив, Жанна Спесивцева оставила ребенка родственникам и отправилась в Москву. Там она активно искала будущего мужа, пока ее поиски не остановили ударом ножа… В конце пятидесятых разворачивалась захватывающая гонка двух сверхдержав: СССР очень хотел опередить США и первым отправить человека в космос. В эпицентре звездного соперничества оказался молодой инженер Владислав Иноземцев. С головой погрузившись в работу, он тщетно старался забыть о том, чем закончилась та злополучная вечеринка, на которой присутствовала его жена Галя и ее подруга Жанна… Авторы: Анна и Сергей Литвиновы –звездный тандем российского детектива. В их романах сочетаются авантюрные приключения и сентиментальные мотивы, житейские размышления и исторические реалии. Коротко о книге: За фасадом соперничествадвух государств, борющихся за первенство в покорении космоса, кипятобычные житейские страсти – любовь и ненависть, сожаления и надежды. Но самое интересное, что события прошлого получают неожиданное продолжение и в наши дни… Авторы о себе: «Все, что мы пишем, мы пишем для вас. Мы хотим, чтобы вы читали наши книги. И потому наши герои – живые. Они любят, стремятся, ненавидят, борются и радуются. Мы их любим. И любим вас». Эксмо 978-5-699-77504-0
332 руб.
Russian
Каталог товаров

Сердце бога

Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре
  • Отзывы ReadRate
Виктория Спесивцева поняла — она не сможет жить дальше, пока не переломит несчастливую карму своей семьи. Ее мама никогда не выходила замуж, такая же судьба постигла и бабушку… С бабушкой вообще случилась трагическая история: едва родив, Жанна Спесивцева оставила ребенка родственникам и отправилась в Москву. Там она активно искала будущего мужа, пока ее поиски не остановили ударом ножа… В конце пятидесятых разворачивалась захватывающая гонка двух сверхдержав: СССР очень хотел опередить США и первым отправить человека в космос. В эпицентре звездного соперничества оказался молодой инженер Владислав Иноземцев. С головой погрузившись в работу, он тщетно старался забыть о том, чем закончилась та злополучная вечеринка, на которой присутствовала его жена Галя и ее подруга Жанна…

Авторы: Анна и Сергей Литвиновы –звездный тандем российского детектива. В их романах сочетаются авантюрные приключения и сентиментальные мотивы, житейские размышления и исторические реалии.

Коротко о книге: За фасадом соперничествадвух государств, борющихся за первенство в покорении космоса, кипятобычные житейские страсти – любовь и ненависть, сожаления и надежды. Но самое интересное, что события прошлого получают неожиданное продолжение и в наши дни…

Авторы о себе: «Все, что мы пишем, мы пишем для вас. Мы хотим, чтобы вы читали наши книги. И потому наши герои – живые. Они любят, стремятся, ненавидят, борются и радуются. Мы их любим. И любим вас».
Отрывок из книги «Сердце бога»
Нашим родителям посвящается

Наши дни Город Москва, столица России Агент Сапфир

Теперь не прежние времена. Совсем не то что с Марией – сколько тогда было предосторожностей при каждой встрече! Сейчас мы с Лаурой можем контактировать совершенно свободно – почему нет? На людях? – пожалуйста! Ходим с ней куда угодно. В кафе, рестораны. Были в Кремле, в Коломенском, на Воробьевых горах. Посещали Большой театр и «Современник». Хаживаем в кино – смотрим новые фильмы на английском.
Это потому, что удачно проработана легенда прикрытия. Лаура – американка, учительница английского, носитель языка, поэтому ее с распростертыми объятиями встретили на частных курсах «Ап ту Инглиш». Ей двадцать шесть – примерно как было мне в те баснословные года, когда мы познакомились с Марией.
Лаура ведет шесть групп – детей, подростков, взрослых. Плюс дает частные уроки: официально, с оплатой через бухгалтерию курсов – в том числе мне. Вот совершенно легальное обоснование для того, чтобы встречаться дважды в неделю. Остальные свидания обосновываются тем, что мы якобы подружились. Да мы и вправду подружились.
Я называю Лауру Ларой, в память о «Докторе Живаго». Она не возражает. Романа она (как и его хулители прежних дней) не читала, но кино любит. Вдобавок ей нравится, когда я декламирую ей порусски стихи Пастернака.
Продумано, зачем мне на склоне лет вдруг потребовался инглиш: янки прислали приглашение разобрать и прокомментировать документы, относящиеся к начальному периоду советской пилотируемой космонавтики. Документы хранятся в аэрокосмическом музее и Смитсоновском институте, в Вашингтоне, округ Колумбия, – американцы много их нахапали у нас в период безвременья, в начале девяностых. Поездка моя состоится через полгода, а пока я пользуюсь случаем подтянуть язык.
Иногда я рассказываю ЛауреЛаре байки из своего прошлого, из жизни космического конструктора, – то, что за давностью лет утратило статус строгой секретности. Например, как разбился советский пилотируемый корабль «Союзодин», в котором находился первый официальный мученик отечественной космонавтики, прекрасный парень Виктор Комаров. Тогда не открылись тормозные парашюты, и спускаемый аппарат с такой силой ударился о казахскую степь, что образовал воронку в несколько метров, а потом вдобавок загорелся. Все, что осталось от пилота, – небольшой обгорелый, спекшийся брусок. Потом фильм с кадрами этой жуткой обгорелой плоти показывали всем кандидатам на новый космический полет. Спрашивали: «А теперь вы попрежнему хотите лететь в космос?» Но никто не отказывался.
Лара, когда я предаюсь подобным воспоминаниям, содрогается: «Какие жертвы! Ради чего?! За что они погибли? Зачем сгорел ваш Комаров? И задохнулись трое других русских, в семьдесят первом году, после экспедиции на станцию «Салют»? И два наших «шатла» взорвались?! Двенадцать сгоревших заживо? Зачем?! К чему все эти жертвы?!»
Я отвечаю ей: «Странно слушать подобные речи от человека, который постоянно пользуется спутниковой навигацией. И регулярно звонит к себе на родину за океан – по космическим каналам связи. И смотрит по спутниковому телевидению любимый ЮЭсОупен в прямом эфире».
– Я отдала бы все эти блага за единственную слезинку ребенка (про которого писал
ваш Достоевский) – того, который оплакивал отца, ушедшего в полет и не вернувшегося.
Я вздыхаю.
– То был выбор самого отца. Ведь дело не только в спутниковой тарелке и прочих гаджетах. Космонавты и астронавты гибли не ради нашего комфорта. Они стремились, как сыны человечества, выше и дальше – за горизонт.
– Помоему, те, кто запускал первые спутники и летал на них, о высоких материях не думали, – возражает она. – Вы, советские, мечтали утереть нос нам, американцам. А мы – вам.
– Конечно, соревнование между двумя системами сыграло огромную роль в покорении космоса, – соглашаюсь я.
– А еще – девяносто процентов всех полетов, и наших, и особенно ваших, имело военное значение.
– Может, и девяносто, – поддерживаю я. – А может, и больше. Или меньше. Но благодаря тем полетам и тому, что с орбиты оказались видны пусковые комплексы ракет, не случилось третьей мировой войны. А мы ведь долго балансировали на самом краю. Бабах, по паре бомб и ракет с каждой стороны – и сейчас на месте моей Москвы и твоего Чикаго была бы радиоактивная пустыня.
Так мы препираемся с ней порой битый час. Я изо всех сил защищаю дело всей своей жизни – космос. Дискутируем мы на английском – она, великодержавная шовинистка, русского принципиально не учит, знает только пару слов: «да», «спасибо», «дайте, пойджайлуйста» и «маршръютка».
Но надо отдать должное Лауриным кураторам из Лэнгли: общаться мне с ней интересно, даже подобие дружбы образовалось, и в те дни, когда мы не видимся, я начинаю по ней скучать.
Город М. (областной центр), Россия Виктория Спесивцева
Недавно я поняла – ясно, как «Отче наш», – что не смогу жить и двигаться дальше до тех пор, пока не разберусь с проблемами моей собственной семьи. Пока, образно говоря, не пересдам карты. Не переменю, не перелицую собственную карму.
Ведь если семья вдруг несчастлива – это тянется долго. Порой – всегда. Обычно в неполных семьях вечно рождаются девушки. И каждая последующая словно повторяет судьбу своей матери – как мать, в свою очередь, воспроизводила карму бабушки. Сколько таких историй вокруг! Впечатление, что зависла над фамилией черная туча и все идет наперекосяк: девушки никак не могут выскочить замуж, а если вдруг выходят, ничего не получается с детьми. Или, наоборот, происходит залет – но безо всяких надежд на то, чтобы расписаться. Не успевает она увидеть две полосочки – а милого рраз, и след простыл. Или, напротив, она обвенчана, и ей, после титанических усилий, удается забеременеть – и тут благоверный открывает свое истинное лицо: оказывается подлецом, или гулякой, или гулящим подлецом. Он съезжает с квартиры, и исчезает с горизонта, и не показывается, не звонит, не пишет, и даже не платит алиментов.
При любом варианте исход один. Молодая женщина брошена, ее дитя (обычно, как нарочно, девочка) болеет, ей ставят клеймо «несадовская» – и что прикажете делать, если необходимо ребенка лечить и поднимать, а ты одна и помощи ждать не от кого? Нанимаются няньки, и они оказываются алчными, глупыми, а самое главное – не любящими детей, и однажды это обстоятельство вскрывается (например, мамаша случайно видит, как воспитательница остервенело лупит дитятку). Разражается страшный скандал, мамку выгоняют, после долгих и отчаянных поисков находят другую, которая оказывается не лучше, чем предыдущая, а только хуже... Наконец, ребенка (девочку) дотягивают до школы, однако уроки ей не даются, она связывается с дурной компанией – портвейн, а то и клей со спайсом? – и классная руководительница вместе с участковым становятся в несчастной семье постоянными гостями... И такая дребедень (как писал Корней Чуковский) длится не то что целый день, а годы и поколения напролет.
Девочка вырастает, становится мамой, и у нее, в свою очередь, жизнь идет наперекосяк. Она тоже превращается в брошенку, растит в неполной семье дочурку – и та в точности копирует судьбу матушки: разбитая любовь, нежданная беременность, роды и дальнейшее воспитание в одиночку. А потом и третье поколение, глядишь, на подходе – и в нем тоже, словно плеер поставлен на бесконечный «repeat», возникают: матьодиночка, отчаянный дефицит денег и любви, постоянная нехватка сильной руки и крепкого плеча.
Вот и наша семейка. Ведь я Спесивцева не по отцу – по матери. Мама моя никогда не выходила замуж. Мужчины в ее жизни, разумеется, имелись. В том числе мой отец. А вот мужья – нет. Равным образом и бабушка моя замужем никогда не состояла. А если прибавить сюда судьбу прабабки Елизаветы, которая потеряла супруга в годы репрессий, и ее сестру, пратетку Евфросинью, умершую старой девой, – наследственность моя окажется очень настораживающей.
Вот потомуто я и решила: карму нашего семейства следует коренным образом изменить. Я просто кожей почувствовала: пора! Тем более что после шести месяцев совместного проживания мой бойфренд Ярик сделал мне официальное предложение. И я ответила, что принимаю его руку и сердце – но только ровно через год, в течение которого я надеялась выправить собственную судьбу и жизнь моих наследников – пусть многочисленным будет их племя, во веки веков!
Я считаю, что женские невзгоды, растягивающиеся на десятилетия и передающиеся из поколения в поколение (бабка – мать – дочь – внучка), начинаются с одного случая. В определенный момент господь (видать, глобально прогневавшись на семейку) обламывает ее, и потом она не поднимается, дрейфуя меж двух состояний: «плохо» и «очень плохо».
Размышляя над линией судьбы нашего семейства, над ее траекторией, я нашла, кажется, точку перелома (как говорят знатоки высшей математики). А если выражаться попростому – облома. В нашей фамилии обломперелом случился в конце пятидесятых – с моей бабушкой Жанной Спесивцевой. Вот только не знаю пока, какой конкретно момент ее короткой биографии следует считать поворотом на пути нашей семьи к кармическим невзгодам: то, что она родила, безмужняя, в возрасте семнадцати лет? Или спихнула ребенка (мою будущую матерь) на прабабку Елизавету и бросилась в Москву поступать в вуз? Или то, что в столице слишком активно искала мужа, кочуя из постели одного красного молодца к другому? Или когда ее поиски остановили – в октябре пятьдесят девятого ударом ножа в самое сердце?

Оставить заявку на описание
?
Штрихкод:   9785699775040
Аудитория:   18 и старше
Бумага:   Офсет
Масса:   340 г
Размеры:   207x 132x 20 мм
Оформление:   Частичная лакировка
Тираж:   18 000
Тип иллюстраций:   Без иллюстраций
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить