Возрождение Возрождение «Мы приходим из тайны и в тайну уходим. Может, там действительно что-то есть, но я держу пари, что это не тот Бог, каким Его понимает любая церковь...» Удивительная история рок-музыканта, который познал на земле и рай, и ад... Пронзительные откровения человека, потерявшего веру в Бога и создавшего собственный пантеон, собственный мир, опасный и непредсказуемый... Сделка с самим дьяволом, за которую каждый заплатит свою цену... И — очередная загадка Мастера: на чьей стороне он сам? Новая книга Стивена Кинга — роман трогательный, печальный, в чем-то сентиментальный и в то же время жесткий и до предела напряженный. Он завораживает и увлекает кажущейся простотой изложения и потрясающей достоверностью описаний. А развязка — как всегда у Кинга — шокирует и поражает. Поразительная история рок-музыканта Джейми Мортона и его то ли спасителя и друга, то ли «злого гения» Чарлза Джейкобса – священника, порвавшего с церковью и открывшего секрет «тайного электричества», исцеляющего и одновременно разрушающего людей. Новый увлекательный роман Мастера о загадочном и сверхъестественном? Попытка приоткрыть дверь в мир «за гранью бытия»? Или будоражащая душу притча о жизни и смерти в лучших традициях Эдгара По и Рэя Брэдбери? Каждый читатель даст свой ответ на эти вопросы… АСТ 978-5-17-087669-3
40 руб.
Russian
Каталог товаров

Возрождение

  • Автор: Стивен Кинг
  • Твердый переплет. Плотная бумага или картон
  • Издательство: АСТ
  • Серия: Темная башня
  • Год выпуска: 2015
  • Кол. страниц: 416
  • ISBN: 978-5-17-087669-3
Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре (3)
  • Отзывы ReadRate
«Мы приходим из тайны и в тайну уходим. Может, там действительно что-то есть, но я держу пари, что это не тот Бог, каким Его понимает любая церковь...»

Удивительная история рок-музыканта, который познал на земле и рай, и ад...
Пронзительные откровения человека, потерявшего веру в Бога и создавшего собственный пантеон, собственный мир, опасный и непредсказуемый...
Сделка с самим дьяволом, за которую каждый заплатит свою цену...
И — очередная загадка Мастера: на чьей стороне он сам?

Новая книга Стивена Кинга — роман трогательный, печальный, в чем-то сентиментальный и в то же время жесткий и до предела напряженный.
Он завораживает и увлекает кажущейся простотой изложения и потрясающей достоверностью описаний. А развязка — как всегда у Кинга — шокирует и поражает.

Поразительная история рок-музыканта Джейми Мортона и его то ли спасителя и друга, то ли «злого гения» Чарлза Джейкобса – священника, порвавшего с церковью и открывшего секрет «тайного электричества», исцеляющего и одновременно разрушающего людей.

Новый увлекательный роман Мастера о загадочном и сверхъестественном?
Попытка приоткрыть дверь в мир «за гранью бытия»?
Или будоражащая душу притча о жизни и смерти в лучших традициях Эдгара По и Рэя Брэдбери?
Каждый читатель даст свой ответ на эти вопросы…
Отрывок из книги «Возрождение»
Эта книга посвящается тем, кому я во многом обязан своим видением мира:

Мэри Шелли

Брэму Стокеру

Говарду Филлипсу Лавкрафту

Кларку Эштону Смиту

Дональду Уондрею

Фрицу Лейберу

Августу Дерлету

Ширли Джексон

Роберту Блоху

Питеру Страубу

И Артуру Мейчену, чья повесть «Великий бог Пан» не дает мне покоя всю жизнь.

Мертвец покой и сон не обретет,
Ведь смерть конец однажды тоже ждет.
Говард Филлипс Лавкрафт
I. «Пятый персонаж». Череп-гора. Мирное озеро

Наша жизнь, по меньшей мере в одном, похожа на кино. Главные роли в нем играют родственники и друзья. Роли второго плана исполняют соседи, коллеги по работе, учителя и просто знакомые. Есть и те, кто занят в эпизодах: молодая кассирша с приятной улыбкой из соседнего супермаркета, приветливый бармен в местной забегаловке, ребята, с которыми тренируешься в тренажерном зале три раза в неделю. И тысячи статистов – тех, кто входит в нашу жизнь, но не задерживается в ней и, мелькнув лишь раз, бесследно утекает, словно вода сквозь решето. Подросток, листающий комиксы в книжном магазине «Барнс энд Ноубл», мимо которого пришлось протиснуться (пробурчав извинения), чтобы добраться до полок с журналами. Женщина за рулем машины в соседнем ряду, которая, остановившись на светофоре, пользуется моментом, чтобы подкрасить губы. Мать, вытирающая перепачканного мороженым малыша в придорожной закусочной, куда ты заглянул. Торговец, продавший тебе пакетик арахиса на бейсбольном матче.

Но иногда в нашей жизни появляется человек, который не вписывается ни в одну из этих категорий. Он возникает нежданно-негаданно, причем нередко в самый сложный момент. В кино такого героя называют «пятым персонажем», или агентом перемен. Но кто пишет сценарий нашей жизни? Провидение или случай? Мне хочется верить, что случай. Мне хочется этого всей душой. Я не могу смириться с мыслью, что присутствие в моей жизни Чарлза Джейкобса – моего «пятого персонажа», причины всех перемен и несчастий – каким-то образом связано с судьбой. Это означало бы, что всем произошедшим страшным событиям – этим ужасам – было суждено случиться. А если так, то никакого света не существует, и наша вера в него лишь наивный самообман. И тогда все мы живем в темноте, точно забившиеся в нору животные или муравьи, укрывшиеся в глубине муравейника.

Причем живем не одни.

На свой шестой день рождения я получил в подарок от Клэр целую армию игрушечных солдатиков и 6 октября 1962 года готовился к крупной битве.

Я вырос в многодетной семье. У меня было три брата и одна сестра, и я, как младший в семье, всегда получал много подарков. Самые лучшие дарила Клэр. Не знаю, связано ли это с тем, что она была старшей, или с тем, что была единственной девочкой. А может, с тем и другим одновременно. Но из всех замечательных подарков, что я получал от нее на протяжении многих лет, та армия была, безусловно, самым потрясающим. В нее входило двести зеленых пластмассовых солдатиков: одни с винтовками, другие с пулеметами, а с десяток были намертво приклеены к похожим на трубки штукам – минометам, по словам Клэр. Кроме того, в наборе имелось восемь грузовиков и двенадцать джипов. Но особенно круто смотрелся картонный бокс, куда все это было сложено, весь в камуфляжных зелено-коричневых разводах, с надписью «Собственность армии США» на крышке. «Командир Джейми Мортон» – значилось чуть ниже: эту надпись Клэр добавила сама.

Джейми Мортоном звали меня.

– Я увидела рекламу на обложке одного из комиксов Терри, – сказала сестра, дождавшись, когда я закончу верещать от восторга. – Он не давал мне ее вырезать, потому что он бука…

– Точно, – подтвердил Терри. Ему было восемь. – Я злой старший брат!

Он сложил большие пальцы вилкой и сунул себе в ноздри.

– Перестаньте! – вмешалась мама. – Никаких перебранок в день рождения, пожалуйста. Спасибо. Терри, вынь пальцы из носа.

– Но все равно, – продолжила Клэр, – я скопировала купон и отослала по почте. Боялась, что не успеют вовремя доставить, но все сложилось. Я рада, что тебе нравится. – Она поцеловала меня в висок. Она всегда целовала меня в висок. Даже по прошествии долгих лет я отлично помню эти нежные поцелуи.

– Я их обожаю! – заверил я, прижимая ящик к груди. – И буду обожать вечно!

Это было после завтрака, состоявшего из блинов с черникой и бекона – моего любимого блюда. На дни рождения мы всегда получали свои любимые блюда, а подарки вручались после завтрака на кухне, где стояли дровяная печь, длинный стол и громоздкая стиральная машина, которая постоянно ломалась.

– «Вечно» для Джейми – это примерно пять дней, – заметил Кон.

В свои десять лет он был худым (хотя впоследствии поправился) и уже тогда проявлял склонность к науке.

– Тонко подмечено, Конрад, – вступил в разговор отец. Он был одет в чистый рабочий комбинезон с надписью «РИЧАРД», вышитой золотом на левом нагрудном кармане, и «МОРТОН ФЬЮЭЛ ОЙЛ» – на правом. – Я впечатлен.

– Спасибо, пап.

– Благодаря своему красноречию ты заслужил право помочь матери вымыть посуду после завтрака.

– Но сейчас очередь Энди!

– Была очередь Энди, – поправил отец, поливая сиропом последний блин. – Бери полотенце, юморист, и постарайся ничего не разбить.

– Ты бессовестно его балуешь, – отозвался Кон, но полотенце все-таки взял.

Вообще-то Конни был отчасти прав относительно моего представления о вечности. Через пять дней настольная игра «Операция», подарок Энди, собирала пыль под кроватью (в ней все равно не хватало некоторых частей тела, и Энди приобрел ее за четвертак на распродаже подержанных вещей). Такая же участь постигла и подаренные Терри пазлы. Сам Кон вручил мне стереоскоп, который протянул чуть дольше, но в конце концов тоже оказался в шкафу, где и остался лежать.

От родителей я получил одежду, потому что день рождения у меня в конце августа, и в тот год я должен был идти в первый класс. Новые брюки и рубашки представляли для меня такой же интерес, как телевизионная тест-таблица, но я постарался горячо поблагодарить мать и отца. Думаю, в искренность моей благодарности они не поверили – в шесть лет не так-то легко притворяться… хотя, к сожалению, подобный навык большинство из нас приобретает довольно быстро. Как бы то ни было, одежда была выстирана в нашей громоздкой машине, высушена на бельевой веревке во дворе и, наконец, сложена в ящики моего комода. Вряд ли имеет смысл добавлять, что об этих вещах никто не вспоминал до самого сентября, когда пришло время их надеть. Помню, что там был клевый свитер – коричневый в желтую полоску. Когда я его носил, то воображал себя суперменом по имени Человек-Оса: берегитесь, злодеи, моего жала!

Но относительно бокса с солдатиками Кон ошибся. Я играл в них дни напролет, как правило, на краю двора, где пролегала полоска земли между нашей лужайкой и Методист-роуд, которая в те дни была грунтовой и мало чем отличалась от этой полоски. За исключением шоссе номер 9 и узкой двухполосной дороги, ведущей к Козьей горе, где располагался курорт для богатых, все остальные дороги в Харлоу были грунтовыми. Помню, что пыль, скапливавшаяся в доме в сухие летние дни, не раз доводила мать до слез.
В солдатиков со мной часто играли два моих лучших друга, Билли Пэкетт и Эл Ноулз, но в день, когда в моей жизни появился Чарлз Джейкобс, я был один. Я не помню, почему отсутствовали Билли и Эл, но помню, что радовался, оказавшись в кои-то веки в одиночестве. С одной стороны, отпадала необходимость делить войско на три части. С другой стороны – что гораздо важнее, – не нужно было спорить, чья очередь побеждать. По правде говоря, мне вообще казалось несправедливым, что я должен кому-то проигрывать, ведь это были мои солдатики и мой бокс.

Когда в один из жарких дней уходящего лета, вскоре после дня рождения, я поделился этой мыслью с матерью, она взяла меня за плечи и заглянула в глаза – верный признак того, что мне предстояло получить очередной Урок Жизни.

– «Мой» и «мое» – причина очень многих бед в этом мире, Джейми. Когда ты играешь с друзьями, солдатики принадлежат вам всем.

– Даже если мы сражаемся на разных сторонах?

– Даже в этом случае. Когда Билли и Эл отправляются домой ужинать, а ты убираешь солдатиков в коробку…

– Это бокс!

– Хорошо, бокс. Когда ты их убираешь, они снова становятся твоими. Люди часто причиняют друг другу зло, и ты столкнешься с этим, когда подрастешь, но я считаю, что все дурные поступки вызваны самым обычным эгоизмом. Обещай мне, что никогда не станешь эгоистом, малыш.

Я пообещал, но мне все равно не нравилось, когда победу одерживали Билли и Эл.

В тот октябрьский день 1962 года, когда судьба мира висела на волоске из-за небольшого, подобного кляксе на карте, тропического островка под названием Куба, я сражался за обе стороны и не мог проиграть ни при каком раскладе. Незадолго до этого по Методист-роуд прошелся городской грейдер (отец всегда ворчал, что он только разбрасывает камни), и вокруг было полно земли. Я наскреб достаточно, чтобы сделать сначала маленький холмик, потом холмик побольше, а затем и очень большой холм, доходивший мне почти до колен. Сперва я хотел назвать его Козьей горой, но потом передумал, посчитав название неоригинальным (в конце концов, настоящая Козья гора находилась всего в двенадцати милях) и неинтересным. Поразмыслив, я решил назвать его Череп-горой. Я даже попытался сделать пару пещер-глазниц, ткнув пальцем в соответствующие места, но земля была сухой и тут же осыпалась.

– Что ж, ладно, – сказал я, обращаясь к лежавшим в боксе солдатикам. – Мир устроен непросто, и нельзя иметь все. – Это было одним из любимых выражений отца, и не сомневаюсь, что при наличии пятерых детей у него имелись все основания так считать. – Пещеры у нас будут понарошку.

Половину солдатиков я расположил на вершине Череп-горы, и они являли собой внушительное зрелище. Особенно мне нравилось, как там смотрелись минометчики. Это были фрицы. Американские солдаты разместились у подножия. Им достались все джипы и грузовики, поскольку езда вверх по склону предстояла захватывающая. Я не сомневался, что одни машины опрокинутся, но другим наверняка удастся добраться до вершины. И раздавить минометчиков, которые будут напрасно молить о пощаде. Им ее не видать.

– Пленных не брать, – сказал я, пристраивая последних героев-американцев. – Гицмер, тебе конец!

Я начал двигать шеренги солдат вперед, сопровождая маневр звуками пулеметных очередей, когда на поле битвы упала тень. Я поднял глаза и увидел мужчину. Он загораживал солнце, и его силуэт обрамляли золотые лучи – прямо человеческое затмение.

В тот момент, как и обычно по субботам во второй половине дня, в нашем доме кипела жизнь. Энди с Коном и компанией друзей играли позади дома в дворовый бейсбол, с громкими криками и смехом. Клэр у себя в комнате с парой своих подруг крутила на проигрывателе пластинки: «The Loco-Motion», «Soldier Boy», «Palisades Park». Из гаража доносился стук – это Терри с отцом трудились над старым фордом 1951 года выпуска, который отец называл «Дорожной ракетой». Однажды я слышал, как он обозвал его «куском дерьма»; это выражение мне понравилось, и я до сих пор его использую. Если хотите поднять себе настроение, назовите что-нибудь «куском дерьма». Как правило, это срабатывает.

В общем, вокруг происходило много чего, но в тот момент мне показалось, будто все замерло. Я знаю, что это лишь игра воображения, которая объясняется сбоем в памяти (не говоря уже о сонме темных ассоциаций), но это воспоминание очень яркое. Неожиданно стихли крики ребят на заднем дворе, песни в комнате наверху, стук в гараже. Даже птицы вдруг замолчали.

Затем мужчина наклонился, и заходящее солнце, выглянув из-за его плеча, ослепило меня. Я прикрыл глаза рукой.

– Извини, извини, – произнес он и чуть подвинулся, чтобы солнце не мешало мне его рассмотреть. На нем был черный пиджак священника и черная рубашка с английским воротником, джинсы и стоптанные легкие кожаные туфли. Как будто он хотел быть одновременно двумя разными людьми. В шестилетнем возрасте я делил взрослых на три категории: молодые взрослые, взрослые и старики. Этот человек относился к молодым взрослым. Он наклонился, чтобы разглядеть сражающиеся армии.

– Вы кто? – спросил я.

– Чарлз Джейкобс.

Имя показалось мне знакомым. Он протянул руку, и я тут же пожал ее, потому что уже в шесть лет был вежливым. Мы все были вежливыми – родители об этом позаботились.

– А почему у вас воротник с дыркой?

– Потому что я священник. Теперь, приходя по воскресеньям в церковь, ты будешь встречать меня там. И вечером по четвергам, если станешь посещать собрания БММ.

– Раньше нашим священником был мистер Латур, – сказал я, – но он умер.

– Я знаю. Мне очень жаль.

– Ничего страшного. Мама сказала, что ему не было больно, и он отправился сразу на небо. Правда, он не носил такой воротник.

– Потому что Билл Латур был проповедником без духовного сана. Вроде волонтера. Благодаря ему двери церкви оставались открытыми, когда других служителей не было. Очень похвальное поведение.

– Мне кажется, папа знает о вас, – сказал я. – Он один из дьяконов. И собирает пожертвования. Правда, делает это по очереди с другими дьяконами.

– Делиться – это очень хорошо, – сказал Джейкобс и опустился на колени рядом со мной.

– Вы собираетесь молиться? – Эта мысль меня встревожила. Для молитв имелась церковь и собрания БММ – Братства методистской молодежи, – которые мои братья и сестра называли четверговой вечерней школой. Когда мистер Джейкобс возобновит эти собрания, я пойду на них в первый раз, как и в школу. – Если хотите поговорить с папой, то он в гараже с Терри. Они ставят новое сцепление на «Дорожную ракету». Вернее, это делает папа, а Терри подает ему инструменты и учится. Ему восемь лет. А мне – шесть. А мама, наверное, на заднем крыльце, смотрит, как ребята играют в дворовый бейсбол.

– Когда я был маленьким, мы называли эту игру «бита-перевертыш», – сказал Джейкобс и улыбнулся. У него была хорошая улыбка, и он мне сразу понравился.

– Правда?

– Ну да. Потому что, поймав мяч, надо было ударить им по бите. Как тебя зовут, малыш?

– Джейми Мортон. Мне шесть лет.

– Ты уже говорил.

– На нашем дворе еще никто не молился.

– Я тоже не собираюсь этого делать. Я хочу посмотреть поближе твои войска. Где тут русские, а где американцы?

– Ну, внизу, само собой, американцы, а на Череп-горе – фрицы. Американцам надо захватить гору.

– Потому что она не дает им продолжить наступление, – понимающе кивнул Джейкобс. – А за Череп-горой лежит дорога в Германию.

– Точно! И там самый главный фриц! Гицмер!

– Источник стольких бед, – сказал он.

– Что?

– Не важно. Ты не против, если я буду называть плохих парней немцами? «Фрицы» звучит как-то не очень.

– Нет, это здорово. Фрицы – это немцы, а немцы – это фрицы. Мой папа был на войне. Правда, только в последний год. Он чинил грузовики в Техасе. А вы были на войне, мистер Джейкобс?

– Нет, я тогда был слишком маленьким. И для Кореи тоже. А как американцы собираются взять гору, генерал Мортон?
– Штурмом! – закричал я. – Стреляя из пулеметов! Бабах! Бух-бух-бух! – И, понизив голос, добавил: – Така-така-така!

– Лобовая атака противника, закрепившегося на горе, – довольно рискованное предприятие, генерал. На твоем месте я бы разделил войска… примерно так… – Джейкобс расположил половину американцев слева, а половину – справа. – Это позволяет взять противника в клещи, понимаешь? – Он соединил большой и указательный пальцы. – И атаковать с двух сторон.

– Может быть, – согласился я. Мне нравилась идея лобовой атаки – много крови и рукопашная, – но и предложение мистера Джейкобса пришлось по душе. Военная хитрость. И коварство могло принести плоды. – Я хотел сделать пещеры, но земля слишком сухая.

– Понятно. – Он ткнул пальцем в Череп-гору и убедился, что земля осыпается. Поднялся, отряхнул джинсы. – У меня есть маленький сын, который через год-другой наверняка будет без ума от твоих солдатиков.

– Он может в них поиграть уже сейчас. – Я старался не быть эгоистом. – А где он?

– Пока еще в Бостоне со своей мамой. Там надо собрать много вещей. Думаю, что они приедут в среду. Самое позднее, в четверг. Но Морри еще слишком мал для солдатиков. Сейчас он их только разбросает.

– А сколько ему?

– Всего два годика.

– Могу поспорить, что он до сих пор писает в штаны! – закричал я и залился смехом. Возможно, это было не очень-то вежливо, но я не мог удержаться. Когда дети писают в штаны – это очень смешно.

– Так и есть, так и есть, – согласился Джейкобс, улыбаясь, – но я уверен, что он перестанет, когда подрастет. Говоришь, твой папа в гараже?

– Да. – Теперь я вспомнил, где слышал имя этого человека. Мама с папой говорили за ужином о новом священнике, который приезжает из Бостона.

Разве он не слишком молод для пастора? – спросила мама.

Да, и на его жалованье это точно скажется, – ответил отец и усмехнулся.

Кажется, они поговорили о нем еще немного, но я уже не слушал и переключился на Энди, который, даваясь, жадно заглатывал картофельное пюре. Он всегда так делал.

– Попробуй обходной маневр, – посоветовал Джейкобс на прощание.

– Что?

– Клещи, – пояснил он, снова сложив в кольцо большой и указательный пальцы.

– А-а. Да. Ладно.

Я попробовал, и это сработало. Все фрицы погибли. Однако битва получалась не такой впечатляющей, поэтому я предпринял лобовую атаку, и грузовики с джипами скатывались вниз, не в силах преодолеть крутой склон Череп-горы, а фрицы падали как подкошенные, перед смертью отчаянно крича.

Пока разыгрывалось сражение, родители и мистер Джейкобс сидели на крыльце, пили чай со льдом и обсуждали всякие церковные дела: помимо того, что мой отец был дьяконом, мама состояла в женской группе помощи и даже была заместителем ее руководительницы. Какие красивые шляпки она тогда носила! Их было не меньше дюжины. Мы были счастливы в те дни.

Мама позвала братьев и сестру с их друзьями, чтобы познакомить с новым священником. Я тоже было направился к ним, но мистер Джейкобс остановил меня, махнув рукой, и объяснил маме, что мы уже познакомились.

– Продолжай сражение, генерал! – крикнул он.

Я так и сделал. Кон и Энди с друзьями вернулись на задний двор и продолжили игру. Клэр с подругами отправились наверх танцевать (хотя мама и попросила ее сделать музыку потише – пожалуйста, спасибо). Беседа мистера и миссис Мортон с преподобным Джейкобсом завершилась не скоро. Помню, как часто меня удивляло, что взрослые могут так долго болтать. Неужели им не скучно?

Я перестал обращать на них внимание и полностью переключился на сражение возле Череп-горы, которое разыграл несколько раз. Самым удачным вариантом оказался тот, что включал предложенные мистером Джейкобсом клещи. Одна часть американских войск удерживала немцев с фронта, а другая обходила гору и обрушивалась на них с тыла. Ваз из это? – успел крикнуть один из фрицев, прежде чем пуля угодила ему в голову.

Я уже начал уставать и подумывал, не отправиться ли домой за кусочком пирога (если, конечно, после друзей Кона и Энди что-то осталось), когда на поле битвы снова упала тень. Я поднял глаза и увидел мистера Джейкобса со стаканом воды.

– Я одолжил его у твоей мамы. Можно показать тебе кое-что?

– Конечно.

Он снова опустился на колени и вылил воду на вершину Череп-горы.

– Это гроза! – закричал я и изобразил раскаты грома.

– Ага, если хочешь. С молниями. А теперь смотри. – Он растопырил два пальца и ткнул ими в мокрую землю. На этот раз отверстия остались.

– Вот так! – сказал Джейкобс. – Пещеры. – Он взял двух немецких солдатиков и поместил их внутрь. – Их будет трудно оттуда выбить, генерал, но я уверен, что американцы с этим справятся.

– Здорово! Спасибо!

– А если земля снова начнет осыпаться, полей еще водой.

– Хорошо.

– А когда закончишь сражение, не забудь вернуть стакан обратно на кухню. Мне бы не хотелось вызвать недовольство твоей мамы в первый же день своего пребывания в Харлоу.

Я пообещал и протянул руку:

– Давайте его сюда, мистер Джейкобс.

Он засмеялся и послушался, а потом направился по Методист-роуд в сторону дома, предоставленного общиной, в котором ему с семьей предстояло прожить следующие три года, до увольнения. Я проводил его взглядом и повернулся к Череп-горе.

Однако прежде чем я погрузился в сражение, на поле битвы снова легла тень. На этот раз моего отца. Он осторожно опустился на одно колено, стараясь не раздавить американских солдат.

– Ну, Джейми, как тебе наш новый священник?

– Мне он нравится.

– Мне тоже. И маме. Он очень молод для этой работы, но если справится, мы станем его первой общиной. Мне кажется, у него все получится. Особенно с БММ. Молодым легче найти общий язык друг с другом.

– Посмотри, пап, он показал мне, как делать пещеры. Надо только полить водой, чтобы земля стала мокрой.

– Понятно. – Отец потрепал мои волосы. – Тебе надо хорошенько умыться перед ужином. – Он поднял стакан. – Захватить его домой?

– Да, пожалуйста, и спасибо.

Он взял стакан и направился в сторону дома. Я повернулся к Череп-горе и увидел, что земля успела высохнуть и стенки пещеры обвалились. Солдаты внутри оказались погребены заживо. Но меня это не огорчило – как-никак это были плохие ребята.

Сейчас, когда мы с чрезмерной настороженностью относимся ко всему, что связано с сексом, ни один родитель в здравом уме не отправит своего шестилетнего ребенка к живущему без семьи (пусть даже всего несколько дней) мужчине, с которым едва знаком. Но именно так поступила моя мама в понедельник днем, не испытывая при этом никакой тревоги.

Преподобный Джейкобс – мама сказала, что я должен называть его именно так, а не «мистер», – поднялся на холм и постучал в нашу сетчатую дверь примерно без четверти три. Я устроился с раскраской на полу гостиной, а мама смотрела по телевизору «Призы по телефону». Она послала свое имя на телеканал и надеялась выиграть главный приз месяца – пылесос фирмы «Электролюкс». Мама понимала, что шансов на это мало, однако сказала, что будет «уповать».

– Вы не могли бы одолжить мне своего младшего на полчаса? – попросил преподобный Джейкобс. – У меня в гараже есть нечто, что я хотел бы ему показать.

– А что это? – заинтересовался я, уже поднимаясь с пола.

– Секрет. Ты потом расскажешь о нем маме.

– Мам?

– Ну конечно, – согласилась она, – но сначала смени свою школьную одежду, Джейми. А пока он переодевается, может, выпьете чаю со льдом, преподобный Джейкобс?

– С удовольствием, – ответил он. – И еще: не могли бы вы называть меня Чарли?

Подумав, она ответила:

– Нет, но Чарлзом, наверное, могу.

Я переоделся в джинсы и футболку и спустился вниз. Они говорили о взрослых вещах, и я вышел на улицу подождать школьный автобус. Мы с Коном и Терри посещали школу с одним учебным кабинетом всего в четверти мили по шоссе от нашего дома. Энди записали в общую среднюю школу, а Клэр ездила через реку в среднюю школу в Гейтс-Фоллз. «Только не стань чьей-нибудь первоклассной подружкой», – пошутила мама: учеников младшего класса в этой школе называли «первоклашками». Автобус высаживал Энди и Клэр на пересечении шоссе и Методист-роуд, у подножия Методист-хилл.
Я видел, как они вышли из автобуса и направились вверх по холму, по привычке ругаясь – мне было отлично слышно их от почтового ящика, возле которого я стоял, – и в этот момент появился преподобный Джейкобс.

– Готов? – спросил он и взял меня за руку – совершенно естественно.

– Само собой, – ответил я.

Мы встретили Энди и Клэр на полпути вниз. Энди спросил, куда мы направляемся.

– Домой к преподобному Джейкобсу, – ответил я. – Он собирается показать мне секрет.

– Не задерживайся слишком долго, – сказала Клэр. – Сегодня твоя очередь накрывать на стол. – Она покосилась на Джейкобса и тут же отвернулась, будто не могла на него смотреть. Моя сестра, как и все ее подружки, втюрилась в преподобного по уши еще до конца года.

– Я скоро верну его, – пообещал Джейкобс.

Держась за руки, мы спустились по холму к шоссе номер 9, которое вело в Портленд, если повернуть налево, и в Гейтс-Фоллз, Касл-Рок и Льюистон – если направо. Остановившись, мы убедились в отсутствии машин – что было смешно, поскольку на шоссе номер 9 автомобили появлялись редко, если не считать лета, – а потом зашагали вдоль кукурузного поля. Мягкий осенний ветер раскачивал сухие кукурузные стебли, и они громко трещали. Через десять минут мы добрались до дома священника – аккуратного белого строения с черными ставнями. За ним располагалась Первая методистская церковь Харлоу, что также было смешно, поскольку иные методистские церкви в Харлоу отсутствовали.

Единственным другим молитвенным домом в нашем городке была Церковь Силома. Отец считал ее прихожан людьми с приветом. Хотя они и не ездили в повозках, запряженных лошадьми, все мужчины и мальчики надевали черные шляпы, когда выходили из дома. Женщины и девочки носили платья по щиколотку и белые шапочки. По словам отца, они знали, когда наступит конец света: это было написано в специальной книге. Мама говорила, что в Америке каждый имеет право верить, во что хочет, если это никому не вредит… но не спорила с отцом. Наша церковь по размерам превосходила Церковь Силома, однако была очень простой. И без шпиля. Когда-то он имелся, но в давние времена, году в 1920-м, налетел ураган и сорвал его.

Мы с преподобным Джейкобсом прошли к дому по пыльной подъездной дорожке, и мое внимание привлек стоявший там синий «плимут-бельведер», явно принадлежавший пастору. Очень крутая машина.

– Коробка передач стандартная или кнопочная? – поинтересовался я.

Он удивился, а потом улыбнулся:

– Кнопочная. Это был подарок на свадьбу от моих свойственников.

– Тех, кто больше печется о своем?

– В моем случае – да, – ответил преподобный со смехом. – Ты любишь машины?

– Мы все любим машины, – сказал я, имея в виду всех членов нашей семьи… хотя, наверное, к маме и Клэр это относилось в меньшей степени. Женщины, похоже, вообще не могут оценить автомобиль по достоинству. – Когда «Дорожную ракету» починят, папа хочет испытать ее на гонках в Касл-Роке.

– В самом деле?

– Ну, сам он за руль не сядет. Мама говорит, что ему нельзя, потому что это слишком опасно. Может, это сделает Дуэйн Робишо. Ему с родителями принадлежит магазин «Браунис». Он участвовал в прошлогодней гонке, но у его машины загорелся двигатель. Папа говорит, что он ищет, на чем бы поехать сейчас.

– А Робишо ходят в церковь?

– Ну…

– Полагаю, что нет. Пойдем в гараж, Джейми!

Там было сумрачно и пахло плесенью. От темноты и плесени мне стало немного не по себе, но Джейкобса, казалось, они ничуть не смущали. Он провел меня вглубь и, остановившись, протянул руку, показывая на что-то. Я взглянул и ахнул от восторга.

Джейкобс довольно хмыкнул, как обычно делают люди, когда испытывают чувство гордости.

– Добро пожаловать на Мирное озеро, Джейми.

– Ничего себе!

– Я соорудил это в ожидании приезда Пэтси и Морри. Мне следовало заняться домом, и я действительно много сделал, например, починил насос, но пока Пэт не приедет с мебелью, дел не так уж много. Твоя мама с другими женщинами из группы помощи проделали потрясающую работу по уборке, малыш. Мистер Латур ездил сюда из Оррз-Айленда, так что здесь фактически никто не жил с начала Второй мировой войны. Я уже поблагодарил ее, однако буду признателен, если ты передашь ей мою благодарность еще раз.

– Само собой, – заверил я, но сомневаюсь, что выполнил обещание, потому что толком не слушал. Все мое внимание было приковано к столу, который занимал почти половину гаража. На нем раскинулся зеленый ландшафт, по сравнению с которым Череп-гора выглядела настоящим убожеством. С тех пор я видел немало подобных конструкций – в основном в витринах магазинов игрушек, – однако все они были укомплектованы навороченными электрическими железными дорогами. На столе, созданном трудами преподобного Джейкобса, никаких поездов не было. Это был даже не стол, а листы фанеры, положенные на поставленные рядком козлы. На этих листах располагался миниатюрный участок сельской местности, примерно двенадцать футов в длину и пять в ширину. По диагонали его пересекали высоковольтные опоры высотой восемнадцать дюймов, а главным украшением являлось озеро с настоящей водой, отливавшее синевой даже в сумраке гаража.

– Мне скоро придется это разобрать, – сказал преподобный, – иначе в гараже не будет места для машины, а Пэтси это не понравится.

Он наклонился и, упершись руками в бедра, устремил взгляд на купола холмов, нитевидные линии электропередачи и большое озеро. Возле воды паслись пластмассовые овцы и коровы (они были значительно крупнее, чем следовало, но я этого не заметил, а если бы и обратил внимание, то не придал бы значения). Немного удивляло наличие множества уличных фонарей, поскольку там не было ни города, ни дорог, которые они могли бы освещать.

– Ты бы наверняка смог разыграть тут настоящее сражение со своими солдатами, верно?

– Да, – согласился я, подумав, что мог бы устроить тут целую войну.

Он кивнул:

– Но такому не бывать, потому что это – Мирное озеро. Тут никто не ссорится и нельзя драться. В каком-то смысле оно похоже на небеса. Когда у нас начнутся собрания БММ, я хочу перенести озеро в церковный подвал. Надеюсь, вы с братьями поможете мне. Думаю, ребятам оно понравится.

– Еще бы! – сказал я и добавил фразу, которую часто слышал от отца: – Тут и к гадалке не ходи!

Он засмеялся и хлопнул меня по плечу.

– А хочешь увидеть чудо?

– Наверное, – неуверенно ответил я, не зная, чего ожидать. Это могло быть что-то страшное. Я вдруг отчетливо осознал, что мы одни в старом, пыльном, пустом гараже, в котором пахло так, будто его не открывали годами. Дверь во внешний мир была распахнута, но до нее, казалось, не меньше мили. Преподобный Джейкобс мне действительно нравился, однако я начал жалеть, что не остался дома на полу с раскраской, дожидаясь известий, получилось ли у мамы выиграть пылесос и наконец одержать победу в нескончаемой борьбе с летней пылью.

Затем преподобный Джейкобс медленно провел рукой над Мирным озером, и я забыл о своих страхах. Из-под импровизированного стола донеслось тихое низкое жужжание, похожее на звук, который при нагревании издавал наш телевизор «Филко», и все крохотные уличные фонари зажглись. Они были белыми и светили удивительно ярко, заливая волшебным лунным светом зеленые холмы и голубую воду. Даже пластиковые коровы и овцы стали выглядеть как живые, возможно, потому, что теперь они отбрасывали тени.

– Ух ты! А как вы это сделали?

Он улыбнулся.

– Неплохой фокус, верно? И сказал Бог: да будет свет. И стал свет. И увидел Бог свет, что он хорош[1]. Только я не Бог и потому пользуюсь электричеством. А оно – настоящее чудо, Джейми. Этот подарок от Господа позволяет нам чувствовать себя богоподобными каждый раз, когда мы щелкаем выключателем. Ты согласен?

– Наверное, – согласился я. – Мой дедушка Эймос помнит времена, когда не было электрического освещения.

– Таких людей немало, – сказал Джейкобс, – но пройдет не так много времени, и всех этих людей не станет… А когда это случится, уже никто не будет видеть в электричестве настоящего чуда. И тайны. Мы представляем, как оно действует, но знать, как что-то действует, и знать, чем оно является, – это не одно и то же.
– А как вы включили фонари? – спросил я.

Он показал на полку за столом.

– Видишь эту маленькую красную лампочку?

– Ага.

– Это фотоэлемент. Они продаются, но этот я сделал сам. Он проецирует невидимый луч. Если я проведу рукой на его пути, уличные фонари вокруг Мирного озера зажгутся. А если я сделаю это снова… Вот так… – Он провел рукой над ландшафтом, и свет уличных фонарей стал меркнуть, пока не превратился в едва заметные точки, а потом погас полностью. – Видишь?

– Здорово! – зачарованно выдохнул я.

– Попробуй сам.

Я вытянул руку. Сначала ничего не происходило, а потом я встал на цыпочки и пальцами дотянулся до луча. Жужжание под столом возобновилось, и фонари зажглись снова.

– У меня получилось!

– Тут и к гадалке не ходи, – отозвался Джейкобс и потрепал мои волосы.

– А что это за жужжание? Совсем как у нашего телика.

– Загляни под стол. Сейчас я включу верхний свет, чтобы было видно. – Он щелкнул выключателем на стене, и зажглась пара пыльных лампочек, свисавших с потолка. Они не избавили гараж от запаха плесени (правда, теперь я чувствовал еще какой-то запах, горячий и маслянистый), но мрак немного рассеялся.

Я пригнулся – наклоняться низко мне не пришлось – и заглянул под стол. Увидел несколько коробок, прикрепленных к фанере снизу. Жужжание и запах масла исходили от них.

– Батареи, – пояснил преподобный. – Их я тоже сделал сам. Электричество – мое хобби. И всякие устройства. – Он улыбнулся, как мальчишка. – Обожаю устройства. А жену это сводит с ума.

– А мое хобби – война с фрицами, – сказал я, но, вспомнив его слова про «не очень», добавил: – Я имею в виду немцев.

– Хобби нужно всем, – сказал он. – Как и чудо-другое, чтобы доказать, что жизнь не сводится к изнурительному пути от колыбели до могилы. А хочешь увидеть еще одно чудо, Джейми?

– Еще бы!

В углу стоял второй стол, заваленный инструментами, обрезками проводов, обычными батарейками, какие продаются в магазине, и распотрошенными транзисторными приемниками, похожими на те, что были у Клэр и Энди. И еще там имелся небольшой деревянный ящик. Джейкобс взял его, опустился на одно колено, чтобы мне было видно, открыл и достал маленькую фигурку в белом.

– Ты знаешь, кто это?

Я знал, потому что фигурка очень походила на картинку на моем флуоресцентном ночнике.

– Иисус. Иисус с коробкой на спине.

– Это не просто коробка, а отсек для батарей. Смотри. – Он открыл крышку на маленькой петельке размером со швейную иголку. Внутри я увидел пару кругляшков, похожих на блестящие монетки, с крошечными пятнышками припоя. – Их я тоже сделал сам, потому что в магазинах не продается ничего такого размера и мощности. Наверное, их можно запатентовать, и когда-нибудь, думаю, я так и сделаю, но… – Он покачал головой.

Преподобный закрыл крышку и подошел с Иисусом к ландшафту с Мирным озером.

– Надеюсь, ты обратил внимание, какая голубая тут вода, – сказал он.

– Да! Такого голубого озера я еще не видел!

Он кивнул:

– Тоже можно было бы счесть чудом… если не присмотреться повнимательнее.

– Как это?

– Вообще-то это просто краска. Я иногда размышляю над этим, Джейми. Когда не могу уснуть. Как покрашенное краской дно может заставить мелководье казаться глубоким.

Я подумал, что размышлять над этим глупо, но промолчал. Затем, будто очнувшись, Джейкобс положил Иисуса возле озера.

– Я собираюсь использовать это на собраниях БММ в качестве наглядного пособия, но тебе устрою маленькую демонстрацию сейчас. Согласен?

– Согласен.

– Это иллюстрация того, о чем говорится в главе четырнадцатой Евангелия от Матфея. А ты собираешься следовать Слову Божьему, Джейми?

– Само собой. Наверное, – ответил я, снова начиная чувствовать себя неуютно.

– Не сомневаюсь, что так и будет, – сказал он, – потому что знания, полученные в детстве, – самые прочные. Ладно, тогда слушай внимательно. И тотчас понудил Иисус учеников Своих – то есть приказал им – войти в лодку и отправиться прежде Его на другую сторону, пока Он отпустит народ. И отпустив народ, Он взошел на гору помолиться наедине…[2] А ты молишься, Джейми?

– Да, каждый вечер.

– Хороший мальчик. Вернемся к рассказу. И отпустив народ, Он взошел на гору помолиться наедине; и вечером оставался там один. А лодка была уже на средине моря, и ее било волнами, потому что ветер был противный. В четвертую стражу ночи пошел к ним Иисус, идя по морю. И ученики, увидевши Его идущего по морю, встревожились и говорили: это призрак; и от страха вскричали. Но Иисус тотчас заговорил с ними и сказал: «Ободритесь; это Я, не бойтесь». Вот такая история, да благословит Господь Священное Писание. Хорошая история, верно?

– Верно. А он правда их успокоил?

– Правда. Хочешь увидеть, как Иисус идет по Мирному озеру?

– Еще бы! Конечно!

Джейкобс просунул руку под белое одеяние маленькой фигурки, и та начала двигаться. Добравшись до Мирного озера, фигурка не погрузилась в воду, а продолжила путь, торжественно скользя по ее поверхности. Секунд через двадцать она достигла другого берега. Там был холм, и фигурка попыталась на него подняться, но было видно, что она вот-вот упадет. Преподобный Джейкобс успел вовремя подхватить Иисуса, не дав ему опрокинуться, и выключил.

– У него получилось! – воскликнул я. – Он прошел по воде!

– Ну… – На лице Джейкобса появилась улыбка, но какая-то невеселая. Уголок его губ опустился вниз. – И да, и нет.

– Как это?

– Запомнил место, где он вошел в воду?

– Да…

– Пощупай его. Только постарайся не касаться линий электропередачи, потому что они под напряжением. Оно небольшое, но если дотронуться, тем более мокрой рукой, может стукнуть током.

Я осторожно протянул руку. Я не думал, что он хочет надо мной подшутить, как нередко делали Терри и Кон, но я находился в странном месте и со странным человеком, так что кто его знает… Вода выглядела глубокой, но это была иллюзия, созданная покрашенным дном и отражением света фонарей на поверхности. Мой палец погрузился в воду всего на одну фалангу.

– Ты не там смотришь, – сказал преподобный Джейкобс. – Надо чуть правее. Ты уже знаешь, где правая сторона, а где левая?

Это я умел. Меня научила мама: «Правой рукой мы пишем». Правда, в случае Клэр и Кона это не соответствовало действительности: папа называл их левшами.

Я послушался и нащупал в воде что-то металлическое с желобком посередине.

– Мне кажется, я нашел, – сообщил я преподобному Джейкобсу.

– Мне тоже так кажется. Ты касаешься дорожки, по которой ходит Иисус.

– Так это фокус! – догадался я. Я видел фокусников по телевизору на шоу Эда Салливана, а у Кона был набор фокусника, который ему подарили на день рождения, хотя в нем остались только парящие шары и исчезающее яйцо: все остальное потерялось.

– Верно.

– Как и хождение Иисуса по воде!

– Иногда при такой мысли мне и самому становится страшно, – признался он.

Преподобный задумался и выглядел таким грустным, что я снова немного испугался, но мне стало его жалко. Правда, я не мог понять, как можно огорчаться, имея в гараже такой чудесный игрушечный мир с озером.

– Это и правда отличный фокус, – сказал я, погладив Джейкобса по руке.

Очнувшись, он улыбнулся.

– Ты прав, – сказал он. – Наверное, я просто очень скучаю по жене и сынишке. Потому и одолжил тебя на время, Джейми. Но сейчас я должен вернуть тебя маме.

Когда мы добрались до шоссе номер 9, он снова взял меня за руку, хотя никаких машин поблизости не наблюдалось, и не отпускал до самой Методист-роуд. Я не возражал. Мне нравилось держать его за руку. Я знал, что он обо мне заботится.

Миссис Джейкобс и Моррис приехали через несколько дней. Он был обычным карапузом, зато она – настоящей красавицей. В субботу, за день до того, как преподобный Джейкобс впервые взошел на кафедру нашей церкви, мы с Терри и Коном помогли перенести Мирное озеро в церковный подвал, где каждый четверг проходили собрания Братства методистской молодежи. Без воды было отлично видно, какое озеро мелкое. На виду оказалась и узкая металлическая планка с желобком посередине.

Оставить заявку на описание
?
Штрихкод:   9785170876693
Аудитория:   16 и старше
Бумага:   Офсет
Масса:   520 г
Размеры:   205x 135x 25 мм
Оформление:   Тиснение золотом, Частичная лакировка
Тираж:   40 000
Литературная форма:   Роман
Сведения об издании:   Переводное издание
Тип иллюстраций:   Без иллюстраций
Переводчик:   Антонов Виктор
Отзывы Рид.ру — Возрождение
5 - на основе 8 оценок Написать отзыв
3 покупателя оставили отзыв
По полезности
  • По полезности
  • По дате публикации
  • По рейтингу
5
05.04.2015 15:46
Какая же долгожданная книга! Как большие поклонники творчества Стивена Кинга, мы с мужем с большим нетерпением ждали доставки заказа с этой книгой. Прочитали по очереди, пора делиться впечатлениями=)
Я не могу беспристрастно оценивать книги любимого автора, поэтому – понравилась однозначно! Роман с интересным и, что важно, очень оригинальным сюжетом, не могу назвать ни одну книгу Кинга, на которую было бы похоже «Возрождение». Это совершенно самобытная книга, похожая по стилю изложения и накалу страстей на ранние произведения писателя. Для сравнения, предыдущая новинка – «Парень из Колорадо» - не произвела такого невероятного впечатления. А здесь… ммм…. Одно удовольствие – читать такой затягивающий и интригующий роман!

По сути, это история жизни, точнее, двух жизней, очень переплетенных и зависящих друг от друга. С главным героем, Джейми, мы впервые встречаемся, когда ему шесть лет. Это самый обыкновенный мальчишка из самой обыкновенной семьи. У него есть мама, папа, сестра и двое братьев. Мальчик растет в хорошей семье, он играет в свое удовольствие, общается со сверстниками и наслаждается детством. Именно в это время в городок приезжает новый пастор – преподобный Джейкобс. Эта встреча весьма судьбоносна, она изменит жизнь как мальчика, так и пастора. Пастор счастлив на новой работе – с ним его красавица – жена, их маленький сынишка, он успешно проповедует, благодаря ему количество прихожан церкви увеличивается в разы, а все свободное время пастор посвящает своему хобби – электричеству. И все бы и было так прекрасно, если бы не случилось ЧТО –ТО. Что-то страшное, способное перевернуть жизнь пастора с ног на голову. То, после чего прозвучала ставшая впоследствии знаменитой, Ужасная проповедь…. И понеслось….
Летят страницы книги, идут годы, вот мы видим, как мальчик Джейми становится молодым музыкантом с высокими амбициями, видим его первую любовь, учебу в колледже, работу, период наркотической зависимости, зрелость… Вся жизнь человека перед глазами читателей. Только вот странная жизнь – на нее навечно отброшена тень странного проповедника, поклоняющегося электричеству…

Сюжет такой динамичный и непредсказуемый – типично кинговский. Больше и добавить нечего – просто читать, читать, читать! Что еще можно сказать, так это пару слов о странной концовке! Всю книгу подсознательно ждешь какого – то подвоха – кажется, что непременно должно произойти какое –то НЕЧТО. И оно будет! Как выразился муж – такое ощущение, что Кинг весь роман держался, держался, дабы не понести бред, но в конце сорвался – таки! И получайте – совершенно бредовая концовка! Ну…как сказать…для конкретно этого романа, который казался ну совершенно нормальным – бредовая. А принципе для автора – норма=)
Стивен Кинг в первую очередь ассоциируется с ужасами. И если отвечать на стандартный вопрос – «Ну как, страшно?», то – нет! Читая этот роман, не будешь вздрагивать от страха при каждом шорохе, не будешь просыпаться среди ночи и бояться встать с кровати, он не оставляет тебя в чувством необъяснимого страха после прочтения. Но это ничуть не делает роман неинтересным, скучным. Просто Стивен Кинг очень талантлив! И его неповторимый стиль отчетливо проступает в этом романе – мерзопакостные описания некоторых событий, красочные описания трупов, грубые реплики, пошлости, не характерные вообще дедушке семидесяти лет. От талантище! =)

Если про издание, то… Есть что покритиковать! Вообще, серия «Темная башня» мне очень нравится, с большим удовольствием собираю коллекцию. Книги очень качественные – страницы белоснежные, плотные, не просвечивают, гладенькие. Шрифт иногда попадается мелкий, но в этом романе вполне себе стандартный. Обложка красивая… А недостаток только один – совершенная халтура с позолотой! Специально перебрала другие книги серии – на всех позолота куда качественнее, буквы словно вдавлены к обложку и заполнены позолотой, а здесь она будто пришлепнута сверху, причем слой тонюсенький, на корешке после двух прочтений стерлась на половину, с учетом, что я старалась корешок вообще не задевать и читала очень аккуратно. Вообще, обидно – стоит коллекция книг, практически двадцать штук, а у одной вся красота стерта… Жалко… Ну, помимо этого недостатка, придраться не к чему – отличный роман, который способен захватить на пару вечеров полностью и без остатка!
Нет 0
Да 2
Полезен ли отзыв?
5
03.04.2015 10:10
Как справедливо отмечено в аннотации, каждый найдет в "Возрождении" свой смысл. Книга по-настоящему многогранная, поднимающая много вопросов. Кинг в очередной раз показал себя Мастером, нет не только ужасов, а именно писателем.
В этот раз вместе с главным (как я полагаю) героем (ибо это не рок-музыкант, хотя от его имени ведется повествование, а священник, отринувший Бога) замахнулся ни много ни мало, на самый главный вопрос: что ждет всех после смерти. Какой дал он ответ? Однозначный ли? Или как говорят некоторые европейские толкователи ламаизма, каждый видит после смерти то, во что верил всю жизнь? Если концовку романа рассматривать в этом ключе, то безумные картины потустороннего мира - всего лишь отражение внутреннего ада героя, через восприятие которого все описывается. Хочется верить именно в это.
Помимо этого, на мой взгляд, Кинг затрагивает еще три не менее важных вопроса: как Бог, при всем своем милосердии допускает трагедию маленького человека. И очень странно для людей, которым проповедовал, что священник, несущий Слово Божье, не вспомнил Иова, а возроптал, и обратился к темной стороне. Хотя, если внимательно посмотреть на детали, на темной стороне он, видимо, был с самого начала, ибо тайное электричество, недовольство и пьянство жены, скорее всего связаны.
Второй момент, и здесь с Кингом я совершенно согласна, содержится в Ужасной проповеди, когда священник проводит различие между Богом и церковью. Что существует огромное количество церквей, каждая из которых претендует на то, что именно она истинная, и именно ее представители имеют непосредственную связь с Богом.Но каждая из них - просто бизнес, соревнующийся за привлечение большего числа клиентов.
И третий - что за все чудеса нужно платить. И обращаясь к всякого рода целителям нужно четко знать, что рано или поздно заплатить придется.
Вывод: книга очень сильная по манере изложения, массе вопросов которые поднимает и трепету, который остается после прочтения. Кинг не исписался, и это здорово
Нет 0
Да 3
Полезен ли отзыв?
5
30.03.2015 08:56
Добрый день.Ну наконец то нормальное произведение Стивена Кинга.Не то что Парень из Колорадо.Моя оценка 5из 5.
Нет 1
Да 2
Полезен ли отзыв?
Отзывов на странице: 20. Всего: 3
Ваша оценка
Ваша рецензия
Проверить орфографию
0 / 3 000
Как Вас зовут?
 
Откуда Вы?
 
E-mail
?
 
Reader's код
?
 
Введите код
с картинки
 
Принять пользовательское соглашение
Ваш отзыв опубликован!
Ваш отзыв на товар «Возрождение» опубликован. Редактировать его и проследить за оценкой Вы можете
в Вашем Профиле во вкладке Отзывы


Ваш Reader's код: (отправлен на указанный Вами e-mail)
Сохраните его и используйте для авторизации на сайте, подписок, рецензий и при заказах для получения скидки.
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить