Ассирийское наследство Ассирийское наследство Если вы думаете, что очень легко призвать в мир зло, то вы жестоко ошибаетесь. Пытаясь похитить артефакт, необходимый для воскрешения ассирийской богини смерти, служители мистического культа затеяли такой переполох, что в нем под силу разобраться только детективу-любителю Надежде Лебедевой. Тут и серия загадочных убийств, и проделки ловких мошенников Лолы и Маркиза, стремящихся завладеть статуэткой богини и вернуть ее хозяину за вознаграждение. В общем, не видать этому круговороту конца и края, если бы не проницательность и острый ум Надежды... АСТ 978-5-17-056737-9
178 руб.
Russian
Каталог товаров

Ассирийское наследство

Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре
  • Отзывы ReadRate
Если вы думаете, что очень легко призвать в мир зло, то вы жестоко ошибаетесь. Пытаясь похитить артефакт, необходимый для воскрешения ассирийской богини смерти, служители мистического культа затеяли такой переполох, что в нем под силу разобраться только детективу-любителю Надежде Лебедевой. Тут и серия загадочных убийств, и проделки ловких мошенников Лолы и Маркиза, стремящихся завладеть статуэткой богини и вернуть ее хозяину за вознаграждение. В общем, не видать этому круговороту конца и края, если бы не проницательность и острый ум Надежды...
Отрывок из книги «Ассирийское наследство»
Наталья АЛЕКСАНДРОВА

АССИРИЙСКОЕ НАСЛЕДСТВО

* * *

Убаюкиваемый мягким покачиванием «шестисотого» «мерса», Толстый подремывал на заднем сиденье. Рустам, его телохранитель, вполголоса рассказывал шоферу похабный анекдот, и тот смеялся — тоже тихонько, чтобы не потревожить хозяина.

День выдался удачный, до виллы оставалось минут пятнадцать по хорошей дороге, а там его ждали необъятная джакузи и заводные сестрички Саша и Даша, непревзойденные мастерицы тайского массажа... В общем, все в кайф.

Вдруг машину тряхнуло, подбросило, повело по дороге юзом и развернуло поперек шоссе. Шофер, матерясь, крутил баранку.

Наконец ему удалось справиться с управлением, и «мерседес» остановился.

— Что за дела?! — рявкнул Толстый, приподнимаясь на сиденье. — Ты что, водяры нажрался? Ты понимаешь, блин, мразь поганая, кого возишь? Я тебя в выгребной яме похороню!

Шофер, бледный как полотно, обернулся к боссу и начал оправдываться:

— Колесо проколол. Колючка на дороге брошена, не увидел. Хорошо, с управлением справился. Не виноват я, шеф! Слава те, что дорога пустая, на встречной полосе никого не было!

В этот поздний ночной час на шоссе действительно не было ни одной машины.

Точнее, одна все-таки была: метрах в двадцати от развернувшегося поперек трассы «мерседеса» стоял темный автомобиль с погашенными фарами.

Почувствовав неладное. Толстый вытащил из кобуры пижонскую «беретту», щелкнул предохранителем и сказал Рустаму:

— Ну-ка, разберись, кто там с нами поиграть решил.

Рустам кивнул, вытащил из-под сиденья бронежилет, неторопливо надел его, приготовил к бою короткий десантный автомат, открыл дверцу и неожиданно исчез.

Толстый, хоть и знал Рустама не один год, никак не мог привыкнуть к его способности мгновенно исчезать и также мгновенно появляться. Именно эта способность помогла Рустаму выжить в Абхазии и в Чечне, в кровавых разборках начала девяностых, и именно за эту способность Толстый, влиятельный лидер одной из крупнейших группировок города, взял Рустама в свою личную охрану.

Прошло пять или семь бесконечно долгих минут, и Рустам возник возле приоткрытой дверцы «мерседеса».

— Шеф! — сказал он почему-то шепотом, низко наклонившись к хозяину. — Там никого нет.

— Ну и что? — недоуменно спросил Толстый. Настороженность Рустама, который никогда и ничего не боялся, передалась ему, и он тоже понизил голос:

— Ну и что, что никого нет? Может, они просто машину бросили?

— Не нравится мне все это! — прошептал Рустам, и вдруг лицо его исказилось короткой судорогой, он покачнулся и сполз по лаковому борту «мерседеса».

Толстый тихо выругался, открыл дверцу пошире и огляделся. Вокруг не было ни души.

Тогда он толкнул носком ботинка тело Рустама. Телохранитель перекатился на спину, подставив звездному небу бледное мертвое лицо с широко открытыми пустыми глазами.

— Что за хренотень? — пробормотал Толстый и влез обратно в машину.

На переднем сиденье трясущийся водитель бормотал всплывшие в памяти обрывки молитв. В остальном царила тишина. Прошло несколько минут. Совершенно ничего не происходило.

— Ну и долго ты будешь тут трястись? — прорычал наконец Толстый. — Давай меняй колесо, и поехали!

Водитель дрожащей рукой открыл переднюю дверцу, и в это мгновение из темноты возникли две призрачные фигуры.

Белые складки длинной бесформенной одежды струились, как лоскутья тумана, а над этой колышущейся одеждой сверкали золотые маски с черными прорезями глаз и вьющимися крутыми кольцами ярко-красными бородами.

— Что еще за цирк? — вскрикнул Толстый, поднял «беретту» и открыл огонь по одному из призраков.

Пистолет ходил ходуном в дрожащей руке, призрак приближался, никак не реагируя на выстрелы.

— Отче наш... — бормотал водитель на переднем сиденье, — да сбудется воля Твоя...

Толстый отбросил бесполезный пистолет, выскочил из машины и тяжелыми прыжками помчался к лесу.

Однако он не успел пробежать и половины пути, когда его схватила за плечо могучая рука. Даже сквозь одежду Толстый почувствовал ее леденящий, могильный холод.

Страшным рывком незнакомец развернул бандита к себе лицом и заставил опуститься на колени. Толстый поднял глаза. Над ним возвышались два призрака в струящихся белых одеждах и золотых масках. Один из них поднял руку, и в ней блеснуло широкое лезвие короткого меча.

От всего этого веяло таким древним мистическим ужасом, что Толстого наконец проняло. Он побледнел, так что лицо его цветом напомнило сырую картофелину, и севшим от страха голосом проговорил:

— Мужики, ну чего вам надо-то? Договоримся! Денег, может? Так об чем базар?

Однако призраки не издали ни звука. Широкий меч описал короткую дугу, и голова Толстого покатилась по асфальту.

— И прости нам грехи наши... — шептал шофер «мерседеса» синими от ужаса губами.

Монгол посмотрел на Степу своими змеиными ледяными глазами, закусил незажженную сигарету и прошипел:

— Придется, однако, с Шубой встретиться, перебазарить эти дела. Если это он Толстого упаковал — мало ему не покажется. Что он, однако, о себе думает? Он тут не один в городе, если что — быстро остановим.

— Шуба говорит — он не при делах, — вставил Степа, — просит «стрелку» в эту субботу, место — где скажешь.

— У Левы, однако, встретимся, — мгновенно ответил Монгол, — место хорошее, проверенное, второй выход есть. Ребят, однако, расставь загодя, чтобы без сюрпризов.

В субботу на дверях ресторана «Золотой барашек» появилась табличка «Закрытое мероприятие». Этот небольшой ресторанчик знающие люди обычно называли «У Левы», по имени хозяина, жизнерадостного и пузатого Левы Ашкенази.

Лева и сам неплохо готовил, но последнее время он передоверил кухню замечательному повару-армянину Хачику Айвазяну, а сам больше бывал в зале с клиентами.

Платил Лева Монголу, но тем не менее не ссорился ни с кем из конкурентов своего покровителя, и в его ресторане часто проводили «стрелки», зная, что веселый еврей, когда надо, нем, как рыба, и надежен, как автомат Калашникова.

Степа подъехал в ресторан за два часа до назначенного времени, обошел на всякий случай хорошо знакомое помещение, осмотрел все кладовки и чуланы, специальным прибором проверил отсутствие «жучков», расставил охрану.

Монгол приехал за пять минут до восьми, сверкнул от дверей ледяными недоверчивыми глазами. Лева вышел навстречу, без излишней угодливости приветствовал покровителя и предложил выпить для аппетита. Монгол попросил боржоми, сел за столик, взглянул на часы.

Ровно в восемь на трех джипах подъехал Шуба с охраной. Бойцы остались снаружи, Шуба вошел в зал вдвоем с Джафаром, своей правой рукой и «вторым я».

Худой, мосластый, с уродливым, изрытым мелкими шрамами лицом, Шуба слыл человеком жестоким, опасным и непредсказуемым.

Шрамы на лице остались у него от осколков противопехотной мины, которую в девяносто втором году конкуренты подложили в его подъезд. Шуба выжил благодаря чуду и бронежилету, конкурентов переловил поодиночке и убил с такой изощренной жестокостью, что слухи об этой расправе не затихали года два.

Шуба с Джафаром пересекли зал, поздоровались, сели за стол рядом с Монголом и Степой. Лева мелькнул в дверях, спросил, не нужно ли чего, и тактично исчез.

Верхний свет в зале был притушен, на всех столах горели свечи, создавая ощущение уюта и покоя.

Шуба достал сигареты, предложил Монголу, услышав ожидаемый отказ, закурил.

Выдержав приличествующую случаю паузу, начал:

— Монгол, Толстого я не мочил.

Монгол присматривался к собеседнику узкими холодными глазами, словно пытался влезть в его черепную коробку и понять — врет тот или говорит правду. Достал сигарету, закусил, не зажигая, — бросил курить, но старая привычка осталась. По-волчьи поведя головой, принюхался — в зале пахло чем-то сладковатым, пряным, незнакомым, а все незнакомое вызывало у Монгола недоверие. Подумав, что запах идет от ароматических свечей, успокоился и заговорил:

— Если ты ни при чем, почему на следующий день наехал на Шоту? Ты же знаешь, Шота всегда платил Толстому, если Толстого замочили — нужно на сходе решать. По понятиям хозяйство Толстого должно Фрунзику отойти, если не согласен — на сходе перебазарим, а ты сразу на Шоту наехал! Сам понимаешь, что люди подумали!

Вдруг Степа почувствовал какое-то внутреннее беспокойство. Что-то было не так, какая-то не правильность ускользала от его сознания. Он встал из-за стола, сказал Монголу, что хочет проверить охрану, и вышел из зала.

В коридорчике между залом и кухней сидел на табурете, прислонившись спиной к стене, молодой рыжеволосый боец с автоматом на коленях. Его поза насторожила Степу.

— Ты что, спишь, блин? — вполголоса окликнул он бойца.

Тот не шелохнулся. Степа одним прыжком подскочил к парню и прикоснулся к плечу. Этого прикосновения оказалось достаточно, чтобы боец мешком свалился на пол. Степа, тихо выругавшись, нагнулся к нему и прижал палец к шее, чтобы прослушать пульс. Пульса не было. Парень, был мертв.

Степа выхватил из мертвых рук автомат, бросился к заднему выходу из ресторана, где должен был стоять еще один боец, но уже издали увидел распростертое на полу безжизненное тело. Резко развернувшись, побежал к залу, чтобы предупредить Монгола, но неожиданно почувствовал легкий укол в шею. В глазах потемнело, воздух стал тяжелым и колючим, как битое стекло. Степа попытался вдохнуть, но дышать битым стеклом невозможно. Он споткнулся и тяжело рухнул на пол.
* * *

Монгол снова принюхался. Этот сладковатый запах ему определенно не нравился.

Степа подозрительно долго отсутствовал...

В зале вдруг стало светлее, хотя по-прежнему горели только свечи на столах. И все звуки стали громче, отчетливее, и душу Монгола наполнила странная беспричинная радость... Привычная звериная настороженность, оттесненная в темный уголок души, кричала об опасности. Все ощущения были такими, как будто Монгол принял большую дозу дури.

Он дернулся, потянул руку к кобуре, закрепленной под мышкой, но рука не слушалась, она стала чужой, посторонней. С трудом переведя взгляд на Шубу, Монгол увидел, что тот тоже явно не в себе. Шуба пытался что-то сказать, но из его горла вырывалось только бессвязное мычание. Большие руки лежали на столе и тряслись мелкой дрожью, в глазах горела адская смесь паники, ужаса и ненависти.

«Нас обоих подставили, — понял Монгол, — он точно так же, как я, не может шевельнуть рукой. Какая же сволочь все это устроила? Неужели Степа?»

В зале повеяло странным сырым холодом, и в дверях появились две призрачные фигуры.

Белая бесформенная одежда колыхалась, как плотный утренний туман. Лица незнакомцев закрывали золотые маски с черными провалами глаз, из-под масок на грудь ниспадали ярко-красные, вьющиеся крупными кольцами бороды.

«Дурью обкурили, — подумал Монгол, — что за хреновина мерещится?»

Он попытался шевельнуться, но тело было совершенно чужим. Не удавалось двинуть даже пальцем.

Привидения в золотых масках медленно, торжественно приблизились к столу, за которым, как манекены, сидели парализованные бандиты. Одни из краснобородых поднял руку, и в ней появился короткий широкий меч. Тускло блеснув в свете свечей, меч описал плавную кривую, и голова Шубы с гулким стуком покатилась по полу. Из разрубленной шеи ударил кровавый фонтан и тут же иссяк.

"Я сплю, — думал Монгол, — я сплю.

Проснуться бы, проснуться бы, проснуться бы!"

Но проснуться он не успел. Короткий широкий меч поднялся еще раз.

— Ну, что смотрела на выходных? — спросил Коля с хрустом потянувшись.

Магазин был пуст, делать совершенно нечего.

— "Рыбу-меч" взяла в прокате, — охотно ответила Татьяна, — ничего, приличный боевичок, Траволта в главной роли.

— Кончай базар! — прикрикнул Илья Борисович. — Жирный карась плывет!

Действительно, дверь магазина открылась, и, поддерживая под локоток удивительно красивую блондинку в кремовом кашемировом пальто, еле сходящемся на животике восьмого месяца беременности, вошел вчерашний крупный покупатель.

Илья Борисович, сложив руки на животе и маслено поблескивая предвкушающими прибыль глазками, вышел навстречу дорогому гостю.

— Стул даме вынеси! — вполголоса скомандовал он Коле.

Оставить заявку на описание
?
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить