Украденная невеста Украденная невеста Своенравная леди Диана Фордем сбежала с поклонником, который оказался наполеоновским шпионом, и тайная служба короля высылает вслед за беглянкой лучшего секретного агента, маркиза Темплтона. Маркизу, когда-то разбившему сердце прекрасной Дианы, предстоит снова завоевать ее любовь и повести к алтарю! Но как победить недоверие и неприязнь женщины, пережившей однажды предательство? Это под силу только глубокому, подлинному чувству... АСТ 5-17-035773-7
91 руб.
Russian
Каталог товаров

Украденная невеста

  • Автор: Элизабет Бойл
  • Твердый переплет. Целлофанированная или лакированная
  • Издательство: АСТ
  • Серия: Очарование
  • Год выпуска: 2006
  • Кол. страниц: 316
  • ISBN: 5-17-035773-7
Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре
  • Отзывы ReadRate
Своенравная леди Диана Фордем сбежала с поклонником, который оказался наполеоновским шпионом, и тайная служба короля высылает вслед за беглянкой лучшего секретного агента, маркиза Темплтона. Маркизу, когда-то разбившему сердце прекрасной Дианы, предстоит снова завоевать ее любовь и повести к алтарю! Но как победить недоверие и неприязнь женщины, пережившей однажды предательство? Это под силу только глубокому, подлинному чувству...
Отрывок из книги «Украденная невеста»
Пролог

Лондон, 1799 год

У судьбы есть забавное свойство – менять жизнь человека в мгновение ока, или, как в случае с леди Дианой Фордем, в мгновение, на которое женщина задержалась перед витриной магазина мадам Ренар, где красовалась ярко-голубая шляпка.

По правде говоря, Диана, опустив голову, медлила перед сооружением из кружев и перьев лишь для того, чтобы се не увидел маркиз Темплтон, кузен ее жениха; он фланировал по улице, держа в одной руке трость, а в другой – неизменный лорнет.

Этот напыщенный лентяй очень старался, чтобы все заметили, как он шествует по бульвару. Позади трусил вездесущий камердинер и кучер Элтон, которого было еле видно из-под горы пакетов, доставшихся ему после набега маркиза на магазины.

Не то чтобы леди Диане хотелось быть невежливой. Более того, неразумно выказывать пренебрежение будущему родственнику, да к тому же наследнику герцогства, однако, к несчастью, маркиз всегда ухитрялся действовать ей на нервы.

В Лондоне хватало галантных, светских людей, ужимки и преувеличенную манерность которых нельзя было не заметить, но все они блекли в сравнении с Темплом – под этим именем маркиз был известен в обществе. Хотя высший свет с замиранием сердца ожидал, что скажет Темпл о моде и светских событиях, Диана считала его надменным и нелепым, тогда как, по ее мнению, настоящий мужчина должен являться образцом благородства, честности и мечтать о том, чтобы отдать жизнь за короля и отечество. Именно таким представлялся ей капитан Колин Данверз, с которым Диана была помолвлена. Колин – истинный герой, не хлюпик какой-нибудь и никогда не упадет в обморок при виде вражеского флага. К тому же он разумный, ответственный человек и совершенно не из тех, на кого так и хочется опрокинуть поднос или заплатить извозчику, чтобы извозчик задавил его, – ну, не совсем задавил, а хотя бы толкнул или обрызгал грязью новые ботинки и щегольские брюки.

Нет, решила Диана, лучше раз нагрубить маркизу, чем до конца дня с раздражением придумывать остроумные ответы, которыми она могла бы его сразить.

Но сегодняшним днем явно распоряжалась судьба, и Диане так и не удалось скрыться. Пока она притворялась, что разглядывает дурацкую шляпку, высокая тень заслонила дневной свет, а затем на ее плечо легла рука с лорнетом.

Стеклышки в серебряной оправе бросили двойной блик на витрину, и их обладатель поцокал языком, что означало насмешливое неодобрение.

Диана чуть не застонала. Черт побери, он ее засек! – Этот оттенок голубого следовало бы объявить вне закона! – Темпл поморщился, словно его раздирало невысказанное возмущение. – Такой цвет напоминает мне яйцо малиновки, и он излишне легкомыслен для вашего возраста… Голос, полный высокомерия, казалось, барабанил по спине, перетекал в конечности, заставляя пальцы Дианы впиваться в ручки ридикюля. Как это мерзко – указывать на то, что она не самая юная невеста этого сезона, как будто быть незамужней в девятнадцать лет – преступление!

Неужели этот человек ничего не забывает? А ведь ему есть что забывать…

– Не беспокойтесь, милорд, я не собиралась…

– Нет-нет, не надо благодарить меня за то, что я спас вашу голову от столь ужасной шляпки. – Темпл отступил на шаг и, как петух, выгнув грудь, картинно отставил трость и подбоченился. – Я не смогу посмотреть в глаза кузену, когда он вернется с войны, где третий год вместе с лордом Нельсоном сражается против испанцев, русских и кого-то еще, и обнаружит, что вы стоите перед священником в этой ужасной шляпке.

Диане пришлось напомнить себе, что она дочь почтенного дворянина, а в скором времени – выпускница учебного заведения для благородных девиц мисс Эмери и в качестве таковой не может ругаться. С большим трудом удержав-чись от проклятия, не подобающего даме, она заставила себя улыбнуться, а затем очень медленно повернулась к маркизу и вежливо кивнула.

– Милорд, я рада снова с вами повидаться, но, увы, сюда идет миссис Фостон, и я должна… – Диана попыталась выйти из-под его тени, но Темпл выставил руку, не давая ей пройти. Подтолкнув повыше цилиндр рукоятью трости, он посмотрел ей в лицо:

– Вот что, леди Диана, не пытайтесь обмануть меня манерами, которых вы набрались в Бате. Конечно, ваш отец отвалил огромные деньги на то, чтобы вас вышколили, но он потратил их впустую: по вашему лицу я ясно вижу, что больше всего вам хочется содратьленты с этой шляпы и задушить меня. А ведь вы никогда не были похожи на прочих девушек, которые стараются выставить себя оригиналками, так стоит ли начинать?

Диана вскинула глаза, ожидая встретить насмешливый взгляд, но в загадочных темных глазах маркиза светилось нечто совсем другое, но что бы там ни скрывалось под плутовским изгибом его бровей, оно быстро погасло, когда у него за спиной кашлянул Элтон.

– Милорд… – Элтон мотнул головой в сторону неопрятного вида подворотни между магазинами, около которой прохаживалась элегантная молодая женщина. Хотя ее лицо скрывала шляпа, Диана сразу же узнала в ней мадемуазель Люсеттуде Вессей, единственную дочь графа и графини Сандре. Статус эмигрантки и недостаток средств не отразились на ее хорошем положении на ярмарке невест, поэтому, приехав из Франции всего год назад, своими кокетливо-застенчивыми манерами она штурмом взяла чопорный высший свет. К вящему раздражению юных леди, ищущих себе мужей, в ее случае недостаток приданого щедро возмещала восхитительная внешность мисс де Вессей и ее связи с домом Бурбонов. Ее отец был казнен на площади Революции в тот же день, что и король, которого он сопровождал вплоть до самого конца. Что касается графини и ее дочери, говорили, что их спас прямо из повозки некий герой-англичанин, но даже самые лучшие лондонские сплетники не смогли добиться от благодарных дам имени их благодетеля.

Однако почему мисс Вессей оказалась одна на Бонд-стрит, почему скрывает лицо под шляпой, Диана не могла догадаться, хотя по виду Темпла заподозрила, что он знает ответ.

– Да-да, Элтон, – маркиз украдкой бросил взгляд на противоположную сторону улицы, – я действительно опаздываю на встречу с… э… с портным. Боюсь, мисс, мне придется оставить вас наедине с вашими собственными планами. – Темпл взял Диану за руку и склонился к затянутым в перчатку пальцам. Когда их глаза встретились, он задержал взгляд чуть дольше, чем предписывали правила, и у Дианы захватило дух. Казалось, он хочет что-то сказать ей и, что было куда удивительнее, она хочет это услышать.

Сколько лет прошло, а этот проклятый человек все еще заставлял ее сердце трепетать.

Наконец Темпл отвел взгляд.

– Да, мне пора, если я опоздаю на примерку, портной все сделает по-своему, и ошибка будет непоправима. – Про-изнеся эти слова, маркиз отбыл.

– Не смею задерживать! – крикнула Диана ему вдогонку.

Она уже собиралась войти в лавку мадам Ренар и, купив отвратительную шляпку, доказать Темплу, что он ошибается насчет цвета, как вдруг услышала позади себя шаркающий звук и, обернувшись, увидела жуткую картину: два негодяя, схватив мадемуазель де Вессей, втащили беспомощную девушку внутрь двора и захлопнули дверь так быстро, что никто на улице этого не заметил.

Никто, кроме нее.

– Темпл! – не раздумывая закричала Диана. – Темпл, помогите! Мисс де Вессей… – Она тут же замолчала, поняв, что ее мольбы напрасны.

Темпл на миг задержался, скользнул взглядом по пустому месту, где только что стояла француженка, пожал плечами и свернул за угол, словно все, что его заботило в жизни, – это выбор между зеленым и золотым жилетом.

Малодушный, никчемный болван…

Диана кипела от возмущения.

Она оглянулась в поисках компаньонки, но миссис Фостон еще не вышла из галантерейного магазина. Впрочем, от вдовы все равно было бы мало толку.

Диана посмотрела в обе стороны Бонд-стрит, но улица казалась абсолютно пустой. И надо же было выбрать такое время, когда в магазин никто не ходит, кроме горничных! Поскольку Диана приехала на извозчике, она не могла даже кликнуть лакея семьи Ламденов, большого и сильного мужчину.

Глубоко вздохнув, Диана поняла, что ей остается одно: самой прийти на помощь мисс де Вессей; хотя они были едва знакомы, она не могла допустить, чтобы невинная девушка пала жертвой чьей-то злобной выходки.

Поспешно ринувшись через порогу, Диана чуть не попала под колеса бешено мчащейся кареты с золоченым гербом герцога Сетчфилда, в которой Темпл, по видимому, спасался от возможной опасности.

Диана поджала губы. То мимолетное, странное чувство, которое он вызвал в ней несколько секунд назад, испарилось без следа: теперь она точно знала, что он не только дурак и пустомеля, но еще и трус.

И тут же Диана услышала крик из-за двери, за которой исчезла Люсетта. Приготовившись сражаться, она стала дергать ручку, но дверь не поддавалась.

Изнутри снова донесся крик, и Диана поняла, что ей нельзя терять времени. Не думая о том, что на ней надето ее лучшее платье, она с размаху ткнула плечом в дверь, и та наконец открылась.

Диану мгновенно окружила темнота. Напрасно она терла глаза в надежде что-то различить: в конце прохода виднелся свет, словно призывая продолжать безумную затею.

И все же, не слушая голоса рассудка, она поддалась искушению.

Пройдя коридор, она выглянула в приоткрытую дверь и чуть не упала в обморок: на земле лежал один из похитителей мисс де Вессей и его мертвые глаза смотрели прямо на Диану. Кровь, булькая, стекала из-под ножа в его груди и растекалась лужицей по земле.

Цепляясь за дверь, Диана сползла на землю, успев заметить при этом возле мертвеца скрючившуюся мисс де Вессей. Слава Богу, она была жива – Диана с облегчением увидела, что ее плечи содрогаются от рыданий.

И тут Диана с изумлением увидела, что над трупом бандита стоит не кто иной, как маркиз Темплтон. Щегольская шляпа слетела с его головы, безупречно сшитый сюртук разорвался, из разбитой губы стекала кровь. Темпл с ненавистью смотрел на поверженного врага, его грудь бурно вздымалась, и при этом он сыпал ругательствами.

Диана не верила своим глазам. Темпл не удрал с места действия, он помчался в переулок, ведомый безошибочной интуицией, сознавая, какая судьба ждет мисс де Вессей, и, к счастью, успел вовремя.

Но куда же девался хлыщ, пресыщенный коринфянин, человек с отточенными манерами и скудоумными выходками? Сейчас перед ней стоял настоящий герой – герой в самом высоком смысле слова.

Забившись в тень, Диана не отрываясь смотрела на мужчину, которого она, как ей думалось, потеряла навеки и которого когда-то любила.

Внезапно она чуть снова его не потеряла: второй бандит поднялся из-за кучи мусора и направил на маркиза пистолет.

– Темпл, сзади! – закричала Диана.

Она никогда бы не поверила, что человек может двигаться с такой быстротой. Темпл упал на мостовую, перекатился, и в ту же секунду тишину разорвал выстрел.

Пуля, предназначенная маркизу, ударила в дверь над ее головой, и сверху на нее посыпались щепки. Упав на землю, Диана зажмурилась, заткнула уши, и тут раздался второй выстрел.

Стой же скоростью, с какой переулок взорвали оглушительные выстрелы, он снова наполнился тишиной, так что теперь Диана слышала даже стук собственного сердца. Только через какое-то время звуки города стали доходить до ее сознания и ей захотелось приоткрыть глаза, чтобы посмотреть, что случилось.

Вот только она не знала, как решиться на это. Одно дело – увидеть труп незнакомца, и совсем другое – если убит Темпл. Удастся ли ей это выдержать?

Впрочем, выбора у нее не было. Глянув сквозь дым, она увидела, что второй бандит все еще стоит на мостовой с дымящимся пистолетом в руке.

– Темпл! – Едва Диана произнесла это имя, ветер понес по переулку ее плач, ее душераздирающее горе.

В тот же миг бандит пошатнулся и с глухим стуком упал на мостовую.

Теперь ей надо было понять где Темпл, и она, с трудом поднявшись на четвереньки, собралась позвать его, но вдруг услышала голос мисс де Весей:

– Месье! О, mon cher Темпл!

Платье на девушке было перепачкано и разорвано в двух местах, капюшон упал, волосы Ореолом спутанных кудрей окружили побледневшее личико, на котором выделялись нежно-розовые губки и щечки, и вся она была словно ангел, поднявшийся с земли, чтобы поскорее унестись на небо.

Диана посмотрела на свое безнадежно погибшее платье и поняла, что в сравнении с Люсеттой похожа на пугало.

– Месье, надеюсь, вы в порядке? – Мисс де Вессей сделала несколько неуверенных шажков по направлению к маркизу.

Диана увидела, как Темпл встаетс земли, сжимая в руке маленький пистолет, и едва не всхлипнула.

Он жив! Сердце ее выбивало победную дробь.

Но теперь Диана поняла кое-что еще: он ее обманывал, так же как и всех остальных, – обманывал своим маскарадом, легкими колкостями, рискованным фиглярством, ролью городского дурачка. Осознание этого дочиста сожгло ее кратковременное чувство счастья, превратив его в злость.

Внимательно оглядевшись, Темпл перевел взгляд на мисс де Вессей:

– Надеюсь, вы не пострадали, Люсетта?

Люсетта? Неужели его отношения с этой дамой столь интимны, что он называет ее по имени?

Диана почувствовала, как в ней снова закипает гнев.

– О, благодарю вас! Вы снова спасли меня, Темпл. – Мисс де Вессей протянула руку к лицу маркиза и стала нежно отирать кровь кружевным платочком, не отводя глаз от изгиба его губ.

Диана подавила желание выскочить и хорошенько Встряхнуть кокетливую француженку. Эта распутница прями-таки напрашивалась на поцелуй!

– Ну а вы спасли меня. – Пальцы маркиза обхватили запястье Люсетты и, отобрав у нее платок, принялись стирать кровь без ее участия. – Спасибо за предупреждение, мадемуазель. Если бы вы не предупредили меня своим криком, сейчас вам вряд ли удалось бы так мило разговаривать со мной.

Люсетта покачала головкой:

– Месье, я не… – В этот момент Люсетта взглянула туда, где в тени пряталась Диана, и замолчала. Если она и заметила соперницу, то ничем этого не выдала и быстро перевела па Темпла восхищенный взгляд. – Все это пустяки в сравнении стем, что вы сделали для меня и моей матери. Теперь вы во второй раз спасли мне жизнь, и мой сегодняшний маленький поступок – ничто в сравнении с вашей безмерной, бескорыстной храбростью. – Девушка помолчала, давая понять, что она не в силах говорить из-за переполнявших ее чувств, которые умеют испытывать только француженки, а затем закончила со слезой в голосе: – Я навеки у вас в долгу.

Диана закрыла рот рукой. Так это Темпл спас Вессеев? Он был в Париже во время Террора? Невероятно!

Впрочем… После увиденного сегодня она готова была поверить во что угодно.

Темпл одернул жилетку, пригладил волосы, привел в относительный порядок прическу, и тут же франт начал теснить героя.

– Люсетта, я никогда не считал, что наше прошлое – это долг, который нужно отдавать: в тот день я сделал только необходимое. На моем месте так поступил бы каждый честный человек.

Какое-то время они смотрели друг на друга, как будто заново переживая то, что ни один из них не сможет забыть, и Диана неожиданно почувствовала острый укол ревности.

– Это было ваше последнее назначение, Люсетта, – многозначительно проговорил Темпл. – Теперь французы знают о вашей работе на Пимма и министерство иностранных дел, и вам опасно находиться и Лондоне.

– Но, mon cher… – Люсетта тут же замолчала, потому что Темпл прижал палец к ее губам:

– Не принимаю никаких возражений. Вы больше не можете подвергать себя опасности. – Он указал глазами в конец переулка: – Там Элтон с каретой, он доставит вас домой, и вы с матерью сразу же уедете из города.

Люсетта бросила взгляд в переулок и покачала головой:

– Non, non. Я не могу сделать то, о чем вы просите.

Диана закусила губу, она с удовольствием предложила бы ей помощь в укладке чемоданов.

– Прошу вас, мисс, не испытывайте на мне ваши уловки, я их хорошо знаю. – Темпл усмехнулся. – Лучше поезжайте поскорее к лорду Ситону и скажите ему, что вы передумали. Выйдя за него замуж, вы будете в безопасности.

– Но ведь это Шотландия, – надулась Люсетта.

– Да, Шотландия. Впрочем, вам нечего бояться: со временем вы уговорите его перевезти вас в Лондон. Ситон слишком вас любит и непременно падет жертвой ваших запросов. К тому же, как я подозреваю, вы для него больше нежели любовная награда.

Ничего себе награда, подумала Диана, глядя, как девушка почти распласталась на Темпле. На месте лорда Ситона она бы швырнула эту шлюху в ближайший залив.

К чести Темпла, он, вырвавшись из рук восторженной поклонницы, тут же проводил ее к своей карете, а Диана тем временем постаралась успокоить дыхание и разобраться со своими чувствами.

Темплтон не бросал ее три года назад, просто тогда он вступил в отчаянную борьбу за спасение Англии от французского господства. Что он там сказал мадемуазель де Вессей?

«Это слишком опасно».

Наверное, Темпл думал, что спасает ее от жизни, полной тревог и сердечной боли. Вот дурак.

Она готова ждать его хоть двадцать лет, если придется.

Диана вдруг остановилась, осознав одну вещь, которую забыла среди всех этих волнений.

Обручальное кольцо с изумрудом и жемчугами.

От ужаса она кинулась назад по проходу, выскочила на Бонд-стрит и встала перед магазином мадам Ренар, как буд-тои эти десять минут ничего не произошло.

И тут же, сверкая позолотой, мимо нее проехала карета Сетчфилда. Как видно, она обручилась не с тем человеком.

– О, Темпл, зачем ты так поступил с нами? – прошептала Диана вслед удаляющейся карете.

«Слишком опасно… слишком опасно…»

Черт бы побрал этого человека вместе с его дурацким благородством!

Ну что ж, если Темпл мог отказаться от нее только из-за того, что этого требовали честь и благородство, она сделает то, что испокон веков делают женщины: убедит его в обрат-пом, сколько бы это ни заняло времени, сколько бы помолвок ей ни пришлось разорвать.
Глава 1

Лондон, 1809 год

В клубе «Уайтс» был обычный вечер: мужчины, составлявшие социальную элиту Лондона, собрались выпить, поиграть в карты и похвастаться своими победами. И кто бы мог предположить, что эти рафинированные господа станут свидетелями главного скандала сезона?

Как обычно, больше всего народу толпилось вокруг маркиза Темплтона, который по счастливой случайности, а точнее, по праву рождения был наследником герцога Сетчфилда. Тем не менее многие подозревали, что Темплом он был, Темплом и останется. Властный дед отрезал его от семейных фондов за беспутство и непокорность, и теперь Темпл жил как мог, оставаясь при этом душой общества и желанным гостем во всех домах. Присутствие маркиза на приеме давало немалые преимущества хозяевам: он знал все слухи и замечал даже плохо повязанный галстук из дальнего угла полутемной комнаты быстрее, чем сыщике Боу-стрит успеет схватить карманного воришку. С помощью неизменного лорнета Темпл мог определить, сшил ли сюртук сам Уэстон или это деревенский портной за полцены скопировал новейшую модель мастера.

Если вам нужно узнать, какой цвет лучше всего надеть на именины леди Бриктон, у какой мисс имеется кругленькая сумма приданого или где достать самые лучшие, самые удобные, самые блестящие ботфорты, Темпл будет для вас надежнейшим источником информации.

Маркиз проходил по высшему свету подобно беспечному, приятному ветерку; его всюду приглашали – кто же станет пренебрегать будущим герцогом, – а когда он высмеивал глупые капризы, слабости, стяжательство, все с восторгом смотрели ему в рот. Темпл проживал свою жизнь, ничуть не заботясь об окружающем мире, усилия он тратил, пожалуй, только на поиски портного, который мирился бы с постоянной нехваткой у него денег.

Это был человек, которому все завидовали.

И это был человек, который жил точно выверенной ложью.

Когда он с беспечной улыбкой стоял посреди комнаты в «Уайтсе», образец никчемности и глупости высшего света, его мысли блуждали весьма далеко и касались очень важных тем. Проблемы были настолько серьезными и неотложными, что окружающие не могли об этом и помыслить.

Впрочем, сегодняшняя тема обсуждения тоже выглядела весьма значительной: нужно было просветить юного лорда Гарри Пенхема по поводу того, как выбирать камердинера.

Шутка состояла в том, что, Пенхем впервые вышел в свет, был зелен во всех отношениях и не знал, что у Темпла никогда не было камердинера, хотя бы потому, что он не мог себе это позволить. Единственным его слугой был неопрятный одноглазый мужчина, который возил маркиза повсюду и бегал по его поручениям. Элтона знали все и многие побаивались: ходили слухи, что Темпл за деньги спас его от виселицы. А как еще можно заполучить верного слугу, который не возражает против задержек жалованья?

Но Пенхем этого явно не знал и с трепетом ловил каждое слово Темпла, как будто тот читал Священное Писание.

– Каким агентством вы пользуетесь? – спросил маркиз, постукивая лорнетом по щеке. – Без агентства вам не найти подходящего человека. – Он критически оглядел состояние галстука юноши и поцокал языком, что означало сильней шее неодобрение. – Позвольте предположить: вы придерживаетесь круга Фогельмана?

Пенхем кивнул, и Темпл картинно схватился за сердце:

– Еще до конца недели вы начнете щеголять в куске восточного шелка на шее. – Маркиз приставил лорнет к глазам и скептически оглядел мешанину из кружев и шелка – плачевную попытку Пенхема изобразить каскад.

В толпе стали раздаваться смешки.

– Я… О, я не знал, – заикаясь, пробормотал Пенхем, раздосадованный тем, что попался на крючок зловредного маркиза.

– Это очевидно. – Темпл вздохнул и снова оглядел юношу с головы до пят. – Полагаю, Кембридж?

Пенхем кивнул несколько увереннее.

– Боже, чему там только учат! – Темпл обошел вокруг молодого человека и издевательски похлопал его по плечу. – Джентльмен должен быть готов к любым напастям. Ваш камердинер может заболеть или, к примеру, начнет жаловаться на маленькое жалованье и прочую чушь. – Замечание вызвало искренний смех аудитории, и Темпл подмигнул зрителям поверх головы Пенхема. – Категорически необходимо уметь самому делать достойную работу, иначе вам никогда не заслужить благосклонного взгляда некой дамы.

Пенхем мгновенно насторожился.

– Но мне казалось, никто не знает…

– Та-та-та, читайте хорошие книги, а еще лучше – «Морнинг пост». Вы с Нетлстоуном вызвали сенсацию своим состязанием за руку этой дамы.

– У меня по отношению к ней абсолютно честные намерения, – надменно заявил Пенхем. – Чего нельзя сказать о моем сопернике. – Он кивнул в сторону Алоизиуса, семнадцатого барона Нетлстоуна, который азартно играл в вист в другом углу комнаты.

– Ну да. – Темпл усмехнулся. – Осмелюсь сказать, ваше сердце и ваше имение в Форсете обещают ей лучшее будущее, нежели груда грубо обработанных камней, которую Нетлстоуны зовут домом.

Пенхем уже открыл рот, собираясь ответить, но Темпл остановил его, покачав головой.

– Вернемся к делу. Состояние вашего галстука. В этой отличительной мелочи проявляется чувство стиля. Уверяю вас, упомянутая дама никогда не станет вас уважать, если вы будете выглядеть как мусорщик. – Маркиз откинул голову, чтобы каждый мог полюбоваться его тщательно завязанным шелковым галстуком. – Пенхем, вот вам первый урок ухаживания за дамой: нужно правильно завязать петлю. Это приготовит вас к женитьбе лучше, чем что-либо другое.

Острота вызвала новый взрыв смеха.

– Я всегда говорю, что добрая наследница и ее богатство не должны пропадать, и потому позвольте помочь вам получить ее три тысячи в год.

Темпл принялся снимать сюртук и кивнул юноше, чтобы тот выполнил роль камердинера, и Пенхем устремился к маркизу, очевидно желая ему помочь.

– Даю урок для всех: как правильно завязать галстук без помощи камердинера. – Темпл начал разматывать длинный шелковый шарф.

По комнате пронесся почтительный ропот. Кто-то оборвал на полуслове дружеский разговор, некоторые денди оторвались от бренди и хвастливых историй о своих победах, чтобы послушать секреты маркиза.

– Послушайте, Темпл, – окликнул его лорд Нетлстоун, пробираясь сквозь толпу. – Эта леди скорее всего станет моей женой, и я не хочу давать Пенхему столь явное преимущество.

– Мой дорогой лорд Нетлсом…

– Нетлстоун.[1]

– Верно, Нетлстоун. Я почему-то всегда путаю. – Темпл скользнул взглядом по аудитории и с невинным видом поднял брови.

Большинство из приличия удержались от смеха.

– Так вот, Нетлсом, – продолжил Темпл. – Сядьте рядом с Пенхемом, и пусть дама отдаст предпочтение лучшему из мужчин.

Соперники мрачно уставились друг на друга.

Темпл постучал лорнетом по столу.

– Напомните мне, на чем я остановился… Ах да, как завязать галстук без камердинера!

Барон подозвал официанта и потребовал немедленно принести бумагу, перо и чернила, чтобы не упустить ни единой детали из предстоящей лекции.

Письменные принадлежности были моментально доставлены, и Темпл уже собрался начать демонстрацию, как вдруг дверь распахнулась…

Необычно холодный для июня ветер ворвался в комнату, взъерошил газеты и парики и заставил многих вздрогнуть.

Все глаза устремились на вошедшего.

– Ее похитили! – истошно завопил он. – Похитил худший из бандитов!

Клиентам «Уайтса» предстала удивительная картина: в проеме входной двери бушевал граф Ламден, как палашом, размахивая тростью с серебряным набалдашником. Его можно было бы принять за свирепого воина и даже кого-то из древних шотландцев, если бы не исхудалое, желтое лицо – видимо, не зря говорили, что он смертельно болен.

От его безумных стенаний в зале «Уайтса» воцарилась тишина. За сто лет своего существования клуб привилегированных мужских особей Лондона видел немало недостойных зрелищ: злобные ругательства разорившихся аристократов, пьяный бред брошенных любовников, но его никогда не сотрясала такая безумная, дикая ярость.

Ламден сделал несколько шагов от-двери.

– Говорю вам, ее похитили! Дураки, ничтожества, вы меня слышите? Похитили!

Пенхем медленно поднялся. При всей провинциальности манер он был добрым человеком, способным посочувствовать чужому горю.

– Кого, милорд? Кого похитили?

– Диану, конечно! Ее увезли в Гретна-Грин.

Присутствующие не сразу осознали тот факт, что он говорит о своей дочери Диане Фордем, эксцентричной старой деве, а поняв, многие не могли скрыть изумления: неужели ее похитили, как какую-нибудь гибкую, невинную красотку, свежую росинку в расцвете ее первого сезона?

Комнату наполнили раскаты смеха и сдавленное мычание, и лишь один Темпл молчал. Если тот ветерок, что жутковато пролетел по комнате, куда-то и направился, то прямиком в нутро маркиза.

Диану похитили? Не может быть! Внезапно маркиз почувствовал неестественные скачки сердца.

Пенхем и Нетлстоун тоже не принимали участия в общем веселье: оба смотрели на развернувшуюся перед ними сцену, и па их лицах отражалось явное недоверие. Всего несколько секунд назад каждый из них считал, что Диана станет его женой.

Разухабистый смех начал стихать, но возобновился с прежней силой, когда Ламден застучал тростью об пол.

Тук! Тук! Тук! Серебряный наконечник бил по дубовому полу, как будто трость находилась в руках властного школьного учителя.

– Хватит! Это неуважение! – взвыл Ламден.

Теперь уже никто не решался перечить графу: безумный он или нет, английская ветвь его рода уходила корнями в века – как говорили, к самому королю Артуру. К тому же этот пожилой человек верно служил королю и отечеству, и если его дочь в опасности, долг каждого респектабельного англичанина – способствовать тому, чтобы ее благополучно вернули в лоно семьи.

Старик покачнулся, и Темпл шагнул вперед, намереваясь подать ему стул, но тут же остановил себя: в свете любой приличный поступок, даже если он крайне необходим, может выставить тебя идиотом!

К счастью, Пенхем уже вел графа по направлению к массивному кожаному креслу в центре зала.

– Сэр, не расскажете ли вы подробнее, что случилось с леди Дианой?

– Говорю вам, ее увез какой-то негодяй. – Ламден уронил голову на руки и издал вздох, тронувший всех, кто его слышал.

Прежде чем Пенхем успел спросить, кто же этот мошенник, по всей комнате уже заключались пари на сей счет. Клиентов «Уайтса» не надо было уговаривать делать ставки: небывалый случай давал слишком богатые возможности, чтобы их упускать, и все безудержно судачили о случившемся, отбросив приличия и почтительность.

Поймав за локоть официанта, Темпл прошептал:

– Принесите графу виски. «Глен Эйдик», если у вас есть. – В руку официанта скользнула монета.

Через минуту проворный слуга возвратился, держа бутылку и стакан, в который тут же налил графу подкрепляющую дозу.

Ламден поблагодарил с отсутствующим видом и с отчаянием посмотрел на Пенхема:

– Я смирился с тем, что она выйдет замуж за вас или Нетлстоуна. Мне это не нравилось, все-таки вы второй сын, а Нетлстоун… – он махнул рукой, как будто отгонял назойливую муху, – это Нетлстоун. А вот случившегося я никак не ожидал. Похищение – это же самое подлое злодеяние!

– Но кто, милорд, кто увез вашу дочь? – взволнованно спросил Пенхем.

Ламден отставил стакан, и Нетлстоун, который уже выдвинулся в первый ряд, налил ему еще. Граф выпил, отер губы и закрыл глаза.

Такой тишины в клубе «Уайтс» не было с тех пор, как герцог Нортруп заработал свое лучшее имение Кент, одним движением открыв карту. Все уши вытянулись навстречу слонам графа.

– Корделл. Ее увез Корделл.

Тишина разрядилась коллективным выдохом. Если бы Диана сбежала с самим дьяволом, и то она оказалась бы в лучшей компании. Безрассудный игрок, пьяница, не знающий меры, Корделл недавно участвовал в каком-то сомнительном деле, и в последнее время в городе его никто не видел; шепотом высказывалась догадка, что он сбежал не только от кредиторов, но и от суда.

И вот теперь выяснялось, что он бродит где-то поблизости и даже смог убедить Диану бежать с ним. В этой игре он, безусловно, бросил выигрышные кости: Диана была единственным ребенком Ламдена и наследницей его состояния. Нa ее деньги Корделл сможет годами играть и распутничать.

Пенхем наклонился к Темплу:

– Этот Корделл – плохой человек?

– Плохой? – Темпл от удивления вытаращил глаза. – Вы что, ничего не слышали о Корделле?

– Н-не знаю, – промямлил Пенхем. У него был такой вид, как будто более всего он желал очутиться в своем небогатом поместье в компании любимых собак и сварливой матушки, вдовы маркиза Стейверли.

– Признаюсь, юноша, я без охоты отнесся к вашему предложению, – обратился Ламден к Пенхему, – но если вы вернете ее, если остановите этот фарс, пока не поздно, я с радостью отдам ее вам.

– Но милорд! А как же мое предложение? – Нетлстоун одернул сюртук бутылочного цвета, встал на цыпочки, и его голова оказалась вровень с головой сидящего графа. – Все знают, что леди предпочла меня Пенхему.

Нелепое хвастовство вызвало новую волну смеха. Нетлстоун, которому всегда не хватало ума понять, что он смешон, поднял глаза; его грудь раздувалась, натягивая полосатый желтый жилет так, что, казалось, с него вот-вот отлетят все пуговицы.

– А я говорю, она предпочла меня! И смею вас заверить, я подхожу ей куда больше. – Он решительно повернулся к Ламдену: – Я верну вам дочь, милорд. У меня самые лучшие лошади в городе, самый быстрый экипаж, и я окажусь на Манчестерской дороге раньше, чем Пенхем подзовет свою повозку.

Такое заявление Пенхема явно не обрадовало. Хоть он всего лишь второй сын и едва ли унаследует имение, потому что у его брата пять сыновей, зато у него такая родословная, что в качестве зятя он ничем не хуже Нетлстоуна!

В одном Нетлстоун обставил молодого человека: барон был значительно лучшим наездником и в гонках ему не было равных.

Молодые люди заспорили, но трость Ламдена тут же призвала их к порядку: граф трижды стукнул ею об пол, и после четвертого удара спорщики в конце концов угомонились.

– Ее нужно спасать. Кто-то должен вернуть мою Дианочку, привезти ее назад. Кто из вас ее спасет, тому она и достанется. – Ламден вздохнул и с печальной решимостью покачал головой. – Спешите, пока Корделл не увез ее за границу.

Пенхем и Нетлстоун в последний раз скрестили взгляды и кинулись к двери, сталкиваясь и спотыкаясь, как два неуклюжих щенка. Невольные свидетели происходящего, члены клуба расхватали плащи и шляпы и выскочили вслед за ними, оглашая улицу ободряющими криками. Через некоторое время на шум выбежали завсегдатаи клубов «Брукс» и «Будлз», и вскоре Сент-Джеймс-стрит стала напоминать Таттерсолл в воскресный день.

Скрестив руки на груди, Темпл, стоя у окна, смотрел, как два поклонника Дианы уселись в свои экипажи и покатили по направлению к Манчестерской дороге, и все это время неслышный голос исподтишка донимал его: «Сделай же что-нибудь!»

Отгоняя докучливый совет, он непроизвольно тряхнул головой. «Черт побери, ну что за упрямая, своевольная девица! Во что она опять вляпалась?»

Впрочем, это совершенно не его дело, подумал Темпл и отвернулся от окна. И тут же, к своему удивлению, он увидел, что из дальнего угла комнаты к нему направляется его кузен Колин, барон Данверз.

Темпл любил Колина больше всех других родственников и поэтому приветливо улыбнулся, он-то думал, что кузен еще в море, исполняет тайное поручение Адмиралтей-ства.

В этот момент рядом с Темплом остановился высокий, узкоплечий лорд Оксхем. Поглядев на Колина, он презрительно фыркнул:

– Блестящий выверт, скажку я тебе. Человек, который должен болтаться на веревке, становится богатым, как Мидас, потому что обладает талантом к пиратству и воровству. – Оксхем в упор посмотрел на Колина и затем отвернулся.

– Вот именно, к пиратству и воровству! – поддержал его лорд Бетел. – Не понимаю, как он осмелился сюда сунуться. В «Уайтсе» не место грязному бизнесу и его трусливым приспешникам.

– Да, пожалуй, – согласился Темпл, бросая откровенно насмешливый взгляд на бокал в руке Бетеля, доверху наполненный контрабандным французским коньяком. Этому типу недурно бы знать, где высказываться о грязных делах, а где лучше помолчать.

– К тому же, – промямлил Оксхем, – ты собирался поделиться секретом, по поводу того, как лучше завязывать галстук…

Темпл приосанился:

– Друзья, я бы с удовольствием, но деньги моего кузена имеют свойство появляться рядом весьма кстати – и именно тогда, когда я на мели. Надеюсь, вы меня извините, мне необходимо узнать, не купит ли для меня кузен стаканчик другой… А может, он одолжит мне на портного – тот стал что-то уж очень настойчив по части счетов, и это при том, что я – ходячая реклама его мастерства.

Собеседники Темпла засмеялись, но как только Колин вступил в круг, дружно замолчали, и отошли, не сказав ему ни слова.

Кто другой принял бы такое неуважение близко к сердцу, но воинский суд девять лет назад и последовавший за ним позор сделали подобные выходки привычными, и Колин даже не взглянул в сторону удаляющихся щеголей.

Схватив Темпла за руку, он потащил его в укромный уголок.

– Ты поедешь за ней? – требовательно спросил он.

Темпл разгладил смятый рукав.

– За кем?

– За Дианой, безмозглая деревенщина! Неужели ты можешь праздно стоять и смотреть, как ее собираются выдать замуж за одного из этих…

– Идиотов? – подсказал Темпл.

– Вот именно, идиотов!

Темпл почувствовал легкий укол совести, но решил его проигнорировать, как собирался игнорировать и призыв кузена.

– Может, тебе напомнить? Эта леди не оказалась бы в таком глупом положении, если бы ваша помолвка не пошла наперекосяк.

У Колина хватило порядочности признать справедливость этого обвинения, но чувство вины терзало его совсем недолго.

– Ты ведь знаешь, как было дело.

Накануне помолвки леди Дианы с Колином ему было предъявлено обвинение в государственной измене. Дама тут же пошла на попятный, она яростно возмущалась, и никто тогда не поставил под вопрос ее скоропалительное решение.

Однако Колин всегда придерживался другого мнения, он полагал, что внезапная перемена ее привязанности имела особую причину.

Словно прочитав его мысли, Темпл застонал:

– Не заводи все ту же песню, кузен. Диана мне не подходит, а я не подхожу ей.

– Но…

Желая остановить пререкательства, Темпл поднял руку:

– Диана всегда, как кошка, приземляется на все четыре папы. Мы с тобой ее прекрасно знаем. Они еще до Нортамтоншира не доедут, как Корделл станет трезвенником и начнет вязать носки для сирот.

Колин нехотя кивнул. Спору нет, духу и нервов у этой дамы хватит на десятерых: это доказывают ее эскапады в Гайд-парке и скандал у «Олмака».

– Ну и довольно об этом. – Темпл придвинул Колину кресло. – Лучше расскажи, что привело тебя в город.

Однако Колин остался стоять.

– Не верю. Так ты поедешь за ней?

– Нет. – Темпл намеренно ответил особым звенящим голосом, чтобы кузен убедился в окончательности его решения не связываться с делами, в которых замешана Диана Фордем.

Колин неохотно сел, и Темпл тут же сменил тему:

– Рассказывай, почему ты так скоро вернулся, я думал, тебя опять послали в Испанию. – Он махнул официанту, чтобы им принесли бутылку, а затем опустился в кресло, вытянул ноги и скрестил руки на груди. – Дай догадаюсь: ты обнаружил, что твоя неугомонная жена опять скрылась, и ты должен ее вернуть. Нелегкая задача для отважного сердца.

– Нет, Джорджина сейчас дома; просто во Франции я наткнулся на некие сведения и немедленно вернулся домой.

Темпл выпрямился:

– Ты что-то узнал про гибель Орландо?

Младший брат Колина Орландо был убит два года назад, и обстоятельства его смерти до сих пор оставались нераскрытыми.

Колин покачал головой:

– Нет, это абсолютно другое. Я попросил Пимма встретиться здесь со мной.

Темпла не обрадовала неминуемая встреча с малопочтенным шефом шпионов из министерства иностранных дел, и он поднял брови:

– С Пиммом? Вот ужас-то! Но почему ты назначил встречу в священных стенах «Уайтса» вместо той дыры Севен-Дайалс, которую он очень любит?

Колин вздрогнул.

– Ты что, был в пабе «Роза и лев»?

– Только один раз, в далекой юности, – признался Темпл поморщившись. – Все еще не могу поверить, что ты уговорил Пимма прийти сюда. Ты же знаешь, он никогда не светится в высшем обществе, разве что в случае крайней необходимости.

– Вообще-то я подозревал, что застану здесь тебя, и хотел спросить, не дошли ли до вас слухи про…

– А, вот вы где! – Резкий голос прервал вопрос Колина. Темпл оглянулся и, поморщившись, поглядел на грязный, плохо повязанный галстук и мятый, в пятнах костюм.

– Пимм, старина, неужели так трудно раздобыть приличного портного?

Несколько членов клуба уже бросили пренебрежительный взгляд на это нежеланное прибавление за столом Темпла. По потрепанному виду гостя они предположили, что это какой-то попрошайка проскользнул мимо бдительного ока швейцара и теперь пристает к маркизу, чтобы тот оплатил счет от портного или зеленщика. Из вежливости по отношению к Темплу одноклубники отодвинулись от его стола и держались на почтительном расстоянии от нежеланного гостя – к тому же у большинства из них были свои проблемы с кредитом, и они вполне могли оказаться следующими в списке этого человека.

– Портного! Ба! – Пимм только отмахнулся. В его представлении Темпл хотя и был хорош как агент, но временами страшно раздражал окружающих.

Поскольку, если ему сказали правду, герцог Сетчфилд злился не за то, что Темпл шатался по городу; его до глубины души уязвлял и более десяти лет отравлял отношения с внуком тот факт, что Темпл состоит на секретной службе королю и отечеству. Какой риск для продолжения рода Сетчфилдов! Вместо того чтобы наслаждаться жизнью, возможность чего ему предоставляло благоволение деда, маркиз принимал назначения на поле битвы в Испанию или в крайне опасные недра Парижа.

– Осмелюсь заметить, я не знал, что вы член клуба Уайтс», иначе я бы чаще приглашал вас сюда, – заметил Темпл.

Пимм недовольно огляделся.

– Мое членство – подарок премьер-министра, я его не помотался. По правде говоря, я здесь и не бывал никогда – не хочу, чтобы меня стали узнавать на каждом шагу.

Высокие связи шефа не удивили Темпла.

– А я так считаю, что вам следует почаще сюда заскакивать. Если бы вы были здесь полчаса назад, то стали бы очевидцем отличного спектакля.

Пимм небрежно поманил пробегавшего мимо официанта, но прежде чем сделать заказ, неожиданно спросил:

– Кто платит?

Колин поднял руку, и Пимм, ухмыльнувшись, тут же заказал самый дорогой портвейн, а затем выкатил глаза, показывая, что никакие бури в «Уайтсе» не могут представлять для него интерес.

– Сэр, у меня нет времени на безделицу, которая поглощает часы у посетителей этого заведения.

Когда подошел официант с бутылкой и бокалом, Пимм налил себе, но не предложил остальным; впрочем, Темпл на это и не рассчитывал.

– Вы бы так не говорили, если бы видели, в каком состоянии явился сюда Ламден.

– Ламден? – Пимм вскипел. – Так он приходил сюда?

– Я думал, это вас может заинтересовать, ведь он ваш старый друг и все такое. – Темпл откинулся в кресле, наслаждаясь раритетной информацией, о которой Пимм даже не подозревал. – Его дочь сбежала с Корделлом.

– Это крах, – задыхаясь, прохрипел Пимм и, схватив бокал, жадно выпил, словно это был эликсир, который поможет предать забвению кошмарный сон.

– Хуже того, Ламден послал вслед за счастливой парочкой лорда Гарри Пенхема и лорда Нетлстоуна. Разве не забавно?

– Он что, действительно сделал это?

Казалось, Пимма вот-вот хватит удар или случится разлитие желчи.

Колин, скрестив руки на груди, сверлил взглядом кузена, как нашкодившего ребенка, но Темпл, игнорируя его предупреждение, продолжил наслаждаться редким зрелищем. Шеф был сражен. Впрочем, вскоре он пришел в себя и прищурился – весь его вид говорил о том, что он сотрет в порошок этого тошнотворного человека. А когда Пимм вперил острый взгляд в Темпла, тот понял, что ему еще долго придется расплачиваться за попытку взять верх над легендарным шефом шпионов министерства иностранных дел.

– Чертов Ламден! – злобно проскрипел Пимм. – Дурак, горячая голова. Потому и проделал большую часть карьеры в Лондоне, а не на поле. – Он сморщил нос и сделал короткий, нервный глоток, а затем, обнаружив, что бокал пуст, нахмурился. – Я надеялся разрешить это дело деликатно, тихо и тактично доставив девушку домой.

– Так вы знали о похищении леди Дианы? – недоверчиво протянул Колин.

Пимм бросил на него уничтожающий взгляд, и Колин тут же умолк.

– С каких это пор вы стали вмешиваться в амурные дела? – Темпл подмигнул кузену, словно намекая на то, что Пимм сам хотел поухаживать за наследницей.

Но Колин не разделял его игривое настроение.

– Заткнись, Темпл. Как раз тебе следовало бы волноваться не меньше Ламдена.

Маркиз поморщился. Опять начинать все сначала.

– Вы это про что? – прищурился Пимм.

– Моему кузену морская вода разъела мозги. Он считает, что эта дама питает ко мне нежные чувства, а я к ней. – Темпл бросил на Колина испепеляющий взгляд.

– Нежные или нет, но даму нужно срочно вернуть в Лондон и выдать ее замуж за Нетлстоуна или Пенхема.

Темпл схватился за голову:

– Что я слышу: Пимм советует жениться! Неужто наступил конец света? – Он засмеялся.

Однако Пимм явно не спешил веселиться.

– Потише, Темпл. Вы во всем этом и так глубоко увязли, не добавляйте себе проблем неуместным юмором. – Он выпрямился в кресле. – Напоминаю вам: Ламден верно служил королю и отечеству задолго до того, как ваша прародительница, торговка апельсинами, начала подниматься из низших слоев к месту среди знати.

У Темпла хватило смелости высокомерно усмехнуться. Он один из немногих в своей семье находил очень забавным тот факт, что возвышение семьи произошло из-за нахальной рыжей девчушки, продававшей товары невзыскательной лондонской публике. Тогда-то Карл Стюарт и положил на нее глаз, а потом и сам…

Впрочем, Пимм прав: родословная Ламдена куда более впчатляющая, и у него гораздо больше заслуг, чем у потомков какой-то выскочки, предприимчивой девки из Дувра. Теперешний граф тоже не стал исключением в блестящей биографии семьи и заслуживал изрядную долю уважения, как и его дочь, хотя она и несколько эксцентрична и зубы у нее длинноваты.

Даже теперь, несмотря на твердое убеждение, что эта дама может сама о себе прекрасно позаботиться, Темпла не покидало чувство вины. Впрочем, он быстро нашел причину: это вопрос чести, и во имя короля и отечества такое же чувство он испытал бы по отношению к любой знатной даме. А то, что Диана его любит, обычная сказка. У нее куда больше оснований презирать его. И двух недель не прошло с тех пор, как карета злобной маленькой распутницы чуть не задавила его на Мейфэре. О, она ужасно извинялась и ругала кучера, но потом вздохнула и сказала: нечего поднимать шум, она же его не задавила, а только чуть-чуть задела!

Нет, леди Диана нисколько к нему не расположена. Ни капельки.

Ну а он? Да он скорее возьмет в жены беззубую мать Элтона!

– И чего вы теперь от меня хотите, Пимм? – Темпл приподнял брови. – Достать для вас Диану? – Он захохотал. Давать такое поручение человеку, который входил в парижские тюрьмы и даже проник ко двору Наполеона! Его вот-вот пошлют в Оттоманскую империю на должность, которой он много лет добивался…

Пимм снял очки и протер их куском материи, который когда-то был белым носовым платком.

– Именно. Этого хочу не только я. – Он водрузил очки на нос. – Приказ исходит непосредственно от Секретаря.

Веселость Темпла как рукой сняло.

– Не может быть! Вы это серьезно? Две недели назад вы мне велели держать чемодан наготове. Я должен ехать в Константинополь…

– Ваше назначение в Константинополь откладывается.

– Откладывается только потому, что у какой-то девицы хватило бесстыдства и, смею сказать, наглости сбежать с Корделлом? Разве не вы всю последнюю неделю плакались, что вам нужен агент при дворе султана?

– Вы туда не поедете.

– Не поеду? – Темпл потратил двенадцать лет на право получить это назначение и теперь был просто вне себя от возмущения. – Вы чертовски хорошо знаете, что поиск Дианы – задание для зеленых новобранцев. Пошлите хотя бы этого сопливого задаваку Денби. Как я слышал, у него зуд – он просто мечтает сделать что-то великое. Сгонять туда и обратно за дочерью Ламдена – чем не хороший старт? – Темпл подался вперед. – Я у вас лучший агент, а не мальчик на побегушках и должен быть там, где нужнее, – то есть при дворе султана, и вы это знаете!

Пимм пригубил бокал, но сделал это, пожалуй, излишне торопливо, и Темпл насторожился.

– Вы уже кого-то послали в Константинополь. – Маркиз сделал обвиняющий жест. – Только не говорите, что Денби!

– В настоящее время я не в состоянии думать о такой безделице. – Пимм вытер губы платком.

– Значит, вы все-таки послали Денби. Но он же настоящее, дитя! Не пройдет и недели, как его разоблачат, если, ко-нечно, он найдет дорогу через Ла-Манш.

Пимм усмехнулся:

– Зато он никогда не лезет на рожон.

– Черт возьми, Пимм, это была последняя соломинка. – Темпл встал. – Вы обещали назначение мне, а теперь отказываетесь от своих слов и посылаете какую-то…

– Я думаю, слова, которые вы подыскиваете, – «много-обещающую молодую замену».

Колин осклабился. Темпл чертовски хорошо знал, что думает кузен.

– Если вы считаете, что меня заменит этот…

Пимм подался вперед, и с его лица исчезли признаки веселья.

– Заменит лучший, да будет вам известно. А теперь сядьте, сэр, и помолчите, иначе разговор будет закончен и вы больше не получите назначения не то что в Константинополь, но даже в Шотландию. – Он вздохнул и покачал головой. – Вам не хуже меня известно, что это не мое решение.

Вы стали безрассудны. В последний год вы слишком часто шли на риск, кое-кто этим недоволен.

– Риск? Какой еще риск? – Темпл мотнул головой, как будто отмахивался от пустой статейки в «Пост».

– Напомнить вам про Габсбурга? Или лучше про известную графиню в Вене? – Лицо Пимма продолжало оставаться серьезным. Думаю, вам ясно, кто оказывает давление на его ве ся серьезным. – Я стараюсь составить такой отчет, чтобы не слетела моя голова, когда город начнет разбираться с вашими подвигами в Париже прошлой зимой. Выдать себя за кузена Жозефины! Вы бы еще пошли прямиком на аудиенцию к Наполеону и предложили ему свои услуги! – Глядя на то, как Темпл со скучающим видом разглядывает свои пальцы, Пимм застонал.

– Видите ли, когда Бони[2] понадобится переводчик с персидского, я думал, что смогу ему в этом помочь. – В глазах Темпла появился озорной блеск, и он придвинулся ближе к собеседнику. – Этот тщеславный дурень чуть не нанял меня! Представляете, что было бы, если бы дело выгорело: я бы получил доступ к информации, о которой вы и не мечтаете.

На этот раз Пимм не мог скрыть своего восторга от такой перспективы. Некоторое время прокручивая в уме возможность заслать своего человека в штаб Наполеона, он все-таки отогнал эту мысль.

– Ладно, хватит! Вам никогда не приходило в голову, а захочет ли Наполеон, чтобы вы были у него переводчиком? Черт возьми, вы даже не говорите по-персидски!

Словно желая отвергнуть это предположение, Темпл покачал головой:

– Мелкое неудобство. Я быстро осваиваю любой язык. В сущности, я об этом уже подумал. – Порывшись в карманах, он вытащил изящную книжицу и положил на стол перед Пиммом. – «Персидский язык и диалекты», автор сэр Джон Саттон.

– Вы – самый надменный и невыносимый из моих агентов! Я больше не желаю терпеть ваши штучки. – Пимм понизил голос до свирепого шепота и оттолкнул книжку. – К тому же я больше не могу оправдываться за вас. Время уходит. Секретарь хочет вашей отставки, и его поддерживает король. Думаю, вам ясно, кто оказывает давление на его величество.

Его светлость, кто же еще. Только у герцога Сетчфилда хватит на это бесстыдства.

Но Темпл не собирался сдаваться.

Пимм, вы ведь не серьезно про отставку. – Серьезнее не бывает. Если вы не предпримете шаги для обуздания своего права, я не смогу дать вам даже задание проверить сплетни в Бате.

Темпл протяжно вздохнул.

– У меня есть выбор?

– Нет. – Порывшись в карманах плаща, Пимм протянул Темплу два листка бумаги.

Взглянув на документы, Темпл чуть не подскочил.

– Специальная лицензия на брак! Не думаете же вы, что и на ней женюсь?

– Если вы не сумеете доставить ее в Лондон, найдите одногo из тех тупоголовых ухажеров и пусть он вас заменит.

Темпл еще раз взглянул на бумагу: документ был подписан самим архиепископом Лондона и дозволял любые отклонения от правил, какие Диана сочтет необходимыми.

Можно было только догадываться, какие мрачные секреты придержал Пимм, чтобы получить этот беспрецедентный карт-бланш.

Второй документ был не лучше.

– Предписание на арест Корделла?

– На случай, если виконт не захочет ее отдать. – Пимм взял бумаги, сложил их и сунул в руки Темплу. – Предъявите это предписание любому судье или констеблю, и он задержит Корделла не меньше чем на тридцать суток. Этого вполне хватит, чтобы все уладить.

– Вы хотите, чтобы я потребовал ареста человека за то что он сбежал со старой девой? Вам не кажется, что это весьма сомнительное дело?

Пимм нахмурился:

– Что значит – сомнительное? Это не более чем любезность по отношению к одному из самых лояльных поддан ных короля. – Пимм твердо посмотрел ему в глаза.

– И никакого другого способа нет?

Пимм покачал головой.

Темпл протянул руку и подвинул к себе учебник персид ского.

– Я поеду в Константинополь.

– Достаньте девицу, и тогда…

Колин встал.

– Темпл, подожди. По-моему, ты сперва должен…

– Молчи. Я не желаю слышать от тебя ни слова на эту тему. Вопрос закрыт. Помяните мои слова, джентльмены, завтра утром я вернусь с беглой дочерью Ламдена. – Он уперся взглядом в Пимма. – А потом вы сдержите ваше слово, сэр. – С этими словами, подхватив шляпу и плащ, Темпл вышел из «Уайтса» с таким видом, словно его отправили к самому дьяволу.

Торопливо собрав свои потрепанные вещички и прихватив бутылку вина, Пимм двинулся к двери, но Колин внезапно ухватил его за рукав:

– Здесь скрывается нечто большее, чем просто любезность по отношению к Ламдену, не так ли?

– Ничего подобного, – буркнул Пимм, стараясь вырваться из железной хватки Колина. – Вы не менее подозрительны, чем ваша жена.

Колин улыбнулся:

– Если бы Джорджина была здесь, она бы оторвала вам голову за то, что вы не сказали Темплу правду. – Колин разжал пальцы.

При упоминании о Джорджине Пимм побледнел, но тут же взял себя в руки и с видом оскорбленного денди стал поправлять свой драный плащ.

– Вы слишком долго пробыли в море, Данверз. Вам мерещатся русалки там, где их нет.

О, сэр, я знаю, какие ходят слухи между Англией и Францией.

– И какое отношение они имеют к этой глупышке, дочери Ламдена? – Пимм торопливо подхватил шляпу и трость. – Нечего слушать праздную болтовню и рыбацкие байки. До свидания, милорд.

Колин некоторое время молча размышлял, пытаясь найти связь между последними докладами, о которых он слышал, и леди Дианой. Связи не было, но Колин не собирался сдаваться – он служил своей стране с не меньшей убежденностью, чем Пимм с Темплом, и отлично понимал, что нежелательное развитие событий могло означать для Англии тиранию и дальнейшую войну.

Когда он собрался уходить, его окликнул один из молодых повес:

– Эй, Данверз, твой кузен не участвует в ловле свиньи за усы? – Говоривший оглянулся на приятелей и ухмыльнулся. – Он не собирается присоединиться к Пенхему и Нетлстоуну, а? Может, думает сам украсть невесту? Послышался такой раскат смеха, как будто лучшей шут-ки никто никогда не слыхивал.

– Темпл гонится за дочерью Ламдена? Никогда не поверю! – заявил лорд Оксхем.

Товарищи Темпла по холостяцкому братству дружно за-кивали головами и были очень удивлены, услышав реплику Колина:

– Может, поспорим?
Глава 2

Судьба Дианы Фордем складывалась далеко не так плачевно, как полагали ее отец и клиенты «Уайтса». Ее не похитили, не взяли силком и не увезли в ночную тьму, потому что в тот день, но несколько ранее, а именно в половине двенадцатого, Диана и ее компаньонка миссис Фостон повстречались с виконтом Корделлом возле галантерейного магазина мадам Ренар, сели в наемную карету и преспокойно отправились в путешествие на север.

Диана знала, что этот поступок непременно поставит ее имя в центр скандала, но у нее не было другого выхода, хотя она понимала, что все ее прежние столкновения с великосветским обществом ничто в сравнении с той бурей, которая начнется сейчас.

Она бы и не сунулась в эту круговерть, если бы…

Диана тряхнула головой, отгоняя надоедливые мысли. Она ждала десять лет, но так и не дождалась своего кавалера. Теперь с ожиданиями покончено. Хотя мужчины периодически появлялись возле нее – все это были охотники за богатством, и она прогоняла их с таким скандалом, что потом у них еще долго звенело в ушах от ее саркастических высказываний.

После долгих лет надежды и ожидания одного-единственного мужчины, за которого она бы с радостью вышла замуж, случилось нечто другое: Диана обнаружила, что очутилась в компании бедняжек, которые во время танцев сидят у стены; она стала одной из тех незадачливых дам, для которых хозяйка безуспешно ищет кавалеров, чтобы было кому повести их к столу.

Когда в один прекрасный день лорд Нетлстоун объявил себя претендентом на ее руку, Диана посмотрелась в зеркало и поняла то, что давно знал весь Лондон: теперь она старая дева.

Когда тебе двадцать девять лет, едва ли тебя будут принимать так же, как невинных дебютанток с огромными го-лубыми глазами, каждую весну наводняющих город.

Нет, она им не соперница, она курьезна и вызывает жалость. Но мало этой беды; вдобавок всем стало известно, что Нетлсстоун поклялся жениться до конца этого сезона и всю весну волочился за каждой девушкой и молодой дамой в Лондоне в поисках будущей баронессы. Он получил тридцать два отказа и только после этого, уже в июне, направил свои стопы к дому Ламдена.

Диана все это знала, потому что миссис Фостон, вдова, которая была ее компаньонкой в течение тринадцати лет, имела талант собирать сплетни, курсирующие по лондонским гостиным. Согласно ее данным, Нетлстоуну отказала даже мисс Тилден, первая старая дева Лондона и крайне эксцентричная особа. Она носила бриджи и шестерых своих мопсов назвала в честь герцогов короля!

Если лорд Нетлстоун взывал к мисс Тилден до того, как решил обратиться к Диане, это означало только одно: Диана стала последней даже в списке старых дев.

Зато неожиданное предложение Нетлстоуна заинтересовало ее отца. Он вдруг оторвался от газет и нескончаемой переписки и решил немедленно разобраться с проблемой социального статуса дочери, для чего внес поправку в обещание, данное много лет назад. Тогда он заявил, что Диана может сама выбирать жениха; сейчас же ей предоставлялся выбор между Нетлстоуном и Пенхемом. Выбирать между Иголкой и Булавкой? Лучше уж она начнет коллекционировать мопсов с королевскими именами!

Диана из-под ресниц посмотрела на виконта, который сидел напротив с колодой карт в руке. Он играл сам с собой – и даже в этом случае проигрывал. Какой печальный конец её мечтам о доблестном рыцаре в блестящих доспехах!

«Но неужели хотя бы иногда вещи не могут стать такими, какими они должны быть?» – говорила себе Диана, глядя, как за окном наемной кареты лорда Корделла серый лондонский пейзаж сменился картиной пригорода. Зеленые холмы и долины привели ее в умиротворенное состояние, хотя она знала, что в доме Ламдена сейчас начинается настоящий переполох.

«Прости, папа, мне очень жаль, но это единственный способ решить вопрос», – думала Диана, цепляясь за вынесенное постановление: ее побег с лордом Корделлом – правильное решение. Только так она может обеспечить себе то будущее, которого отчаянно желает.

Если, конечно, навеки его не лишится.


Найти Диану оказалось не так просто, как хвастливо заявлял Темпл. Они с Элтоном проследили путь беглецов по Манчестерской дороге вплоть до Бротона, но дальше те как будто испарились.

– Интересно как-то получается… – пробормотал Элтон, когда хозяин очередного трактира побожился, что не видел их.

– Интересно что? – спросил Темпл, силясь придумать, как поскорее найти заблудшую невесту и ее никчемного жениха. Сидя рядом с кучером на облучке далеко не лучшей кареты герцога Сетчфилда, которую Темпл под покровом ночи увел с конюшенного дворадеда, он стоской озирал пустынный пейзаж в надежде уловить хоть проблеск следа своей добычи. Герцог будет рвать и метать, поскольку Темпл взял карету без его высочайшего дозволения, но ему нужен был большой экипаж, чтобы в дальнейшем усадить туда Диану и миссис Фостер.

Что до Корделла, его он собирался отправить в ближайший околоток.

– Ну если бы я ехал на север и хотел, чтобы меня не поймали, я бы выбрал не такой заметный маршрут, – Пояснил Элтон.

– А какой? – спросил Темпл, радуясь, что в свое время взял этого человека на работу.

Элтон натянул поводья и направил лошадей с трактирного двора на дорогу.

– Я бы не поехал по Манчестерской дороге, куда кинулись эти два придурка из «Уайтса».

– Но ведь это наилучший путь? – спросил Темпл. – Хорошая езда, много почтовых станций.

– Манчестерская дорога – слишком очевидный выбор, – Элтон сверкнул единственным глазом. – С хорошим кучером и переменой лошадей до Гретна-Грин можно доехать за два с половиной дня. – Он говорил так, как будто проделать подобное путешествие не труднее, чем прогуляться по саду. – Но самый короткий путь не всегда самый лучший, милорд, особенно когда не хочешь, чтобы тебя поймали отец и парочка охотников за деньгами.

– Так куда бы ты поехал?

– А вот сюда. – Элтон внезапно свернул в сторону. – Это ответвление идет параллельно главной дороге. Она проходит несколько в стороне от городов, но здесь достаточно пунктов перемены лошадей, так что можно проделать весь путь за хорошее время.

– Почему ты так уверен?

– Просто знаю.

Когда Элтон говорил таким тоном, Темпл не задавал вопросов. Он был осведомлен о прошлом Элтона, но в его биографии имелось несколько пропущенных лет. То немногое, что Элтон рассказал об этом времени, оставило у Темпла подозрение, что его слуга действительно когда-то ознакомился с большими дорогами… и не всегда делал это с благими намерениями.

Что ж, теперь познания Элтона сослужат им хорошую службу.

Трактир встретился им уже через десять минут. Когда они спросили его хозяина о лорде Корделле и леди Диане, тот задумчиво посмотрел на свои ботинки и стал шаркать подошвой, из чего Темпл легко заключил, что трактирщик видел беглецов, хотя они, кажется, нашли способ убедить его быть не слишком разговорчивым.

Достав мешочек с монетами, Темпл выразительно позвенел им. Как он и ожидал, это явилось правильным стимулом для освежения памяти хозяина заведения, которому ни к чему было знать, что там только горсть мелочи – у Темпла никогда не было денег на солидный подкуп.

Уловка, как всегда, сработала.

– Теперь я, кажется, вспоминаю: несколько часов назад здесь проехала карета, похожая на ту, которую вы ищете.

– И куда же они поехали? – подбодрил трактирщика Темпл. Господи, что за морока – все равно что выманить у деда лишнюю сотню фунтов!

Трактирщик поскреб подбородок и долгим взглядом посмотрел на Темпла.

– Вы обиженный parti? – Он подмигнул и толкнул Элтона в бок. – Это по-французски. Я все хотел что-нибудь этакое сказать после того, как прочел один любовный роман; моя жена их обожает. Она дочка викария, обучена литературе и много чему еще.

– Вам очень повезло, сэр, – с чувством сказал Элтон, как будто это было самое интересное, что он услышал за день.

Темпл был не столь терпелив.

– Да-да, все это очень мило, но куда поехала карета?

– Хм… Вы так и не сказали, вы обиженныйный parti или нет? – повторил он, так коверкая французский язык, что одно это уже следовало считать преступлегнием.

– Нет.

Трактирщик склонил голову набок и критически посмотрел на Темпла:

– Тогда не понимаю, почему вас это заботит.

– Не заботит. Дама меня нисколько не интересует.

– По-моему, он слишком рьяно протестует, – пошутил хозяин заведения и снова подтолкнул Элтона. – Это из какакой-то известной пьесы. Моя жена любит так говорить, когда я объясняю, что вовсе не напился. – Он снова обратился к Темплу: – Так вот, вы слишком рьяно протестуете, милорд. По-моему, мужчина не поедет за своенравной дамой в тихую даль, если не имеет своей доли в деле.

Черт побери Элтона, он еще ухмыляется! Если бы не годы службы и безграничная преданность слуги, Темпл его с удовольствием задушил бы.

– Уверяю вас, сэр, я не обиженный parti.

Трактирщик подвигал челюстью.

– Терпеть не могу, когда молодой парочке расстраивают любовь. – Он, прищурившись, посмотрел на Элтона: – Расстраивают любовь – значит ловят. Но, сэр, если бы я думал, что у них любовь, я ничего не стал бы делать. Уверяю вас, это не тот случай.

Значит, он видел именно Диану – ни о ком другом трактиршик не стал бы говорить в таком тоне.

– А еще у той дамы язычок, как у рыбной торговки, – спорит со всеми, куда ехать, и вообще. У нее была карта, книга, и она все время говорила, что они сбились с пути. – Хозяин трактира помолчал, вытирая мясистые руки о фартук. – Она была права, это не самый короткий путь, но кому понравится, если ему такое скажут?

Этого Темплу было достаточно. Главное – они нашли Диану.

Он развернулся и зашагал к карете.

– Мой вам совет, милорд: не женитесь на умныхи прикрикнул вдогонку хозяин. – Если у них голова забита идеями, в доме не будет покоя.

– Джонас! Они остановились поесть или ты попусту тратишь время на болтовню? – От раздавшегося неподалеку пронзительного голоса Темпл остановился, а лошади нервно переступили ногами.

– Вот и она, джентльмены, цветок моей души. – Трактирщик ухмылялся, глядя на жену, которая появилась из-за двери держа в одной руке скалку, а другую сжав в кулак.

Редкая находка, – с чувством сказал Темпл.

– Ну да. – Джонас сиял от гордости. – До сих пор ест на что посмотреть, вы согласны?

Темпл благоразумно кивнул.

– Когда я начал за ней ухаживать, у меня была прорв соперников, но я завоевал ее сердце прекрасными перспек тивами. – Хозяин трактира ткнул большим пальцем назад в сторону своего обветшалого заведения. – Перспектива сэр, вот что завоюет вам невесту.

– Они будут есть или нет? – выкрикнула трактирщиц; столь громко, что лошади заржали и попытались встать н; дыбы.

– Нет, добрая хозяюшка. – Темпл низко поклонился и счел за лучшее побыстрее ретироваться.

Элтон уже восседал на козлах, когда Темпл взобрался к нему. Экипаж тронулся, и некоторое время они ехали молча. Темпл наслаждался солнечным теплом и красотами летней природы. Нет на Земле места краше Англии, думал он Запах свежей травы, цветы, скрывающие живописные изгороди, цветущие фруктовые деревья – чем не земной рай!

Тем более это было ясно тому, кому довелось видеть ад.

Террор во Франции. Сражения на Пиренеях. Подлое убийство молодого кузена Темпла Орландо. Маркиз так много лет провел среди смерти и крови, что сочные, спелые пейзажи любимой родины казались ему руками матери, а летний ветерок – нежным поцелуем в лоб, приветствием на пороге родного дома.

Колея вывела их на старую римскую дорогу, она лежала перед ними прямая, бесконечная… и пустая.

Темпл прерывисто вздохнул, и Элтон, покосившись на него, спросил:

– Зачем мы гонимся за этой девушкой?

– Так нужно Пимму, – коротко ответил Темпл.

– Белиберда какая-то. – Элтон поерзал на сиденье. – Не понимаю, почему бы вам не жениться на ней. Как будто вам некуда деньги девать. Кстати, недурно было бы потребовать у ваших шефов регулярной выплаты зарплаты.

Темпл с недоумением уставился на слугу. За все годы, что они вместе разъезжали по свету, он ни разу не слышал, чтобы Элтон жаловался на нехватку денег или на опасности.

– У меня нет намерения жениться – ни на Диане, ни на ком другом.

Элтон только пожал плечами:

– Стыдно смотреть, как пропадает добро. В любом случае будем надеяться, что лорд Корделл встанет на дороге с пистолетами, и тогда мы его быстро обнаружим.

– Почему бы ему этого не сделать?

– Из того, что я слышал о леди Диане, следует, что если ей нe понравится предложенный им маршрут, она сама возьмет в руки вожжи.

Темпл внимательно посмотрел на Элтона. Откуда, интересно, он так хорошо знает леди Диану?

– Ты уверен, что не ошибаешься?

– Просто она леди Диана, и все тут. Все знают, что она бесстыдная нахалка. Желчи в ней больше, чем в драной кошке моей тетки.

Вряд ли Темпл мог что-то на это возразить. За прошедшие годы Диана прогнала нескольких поклонников, и было известно, что она не проявила при этом ни капли деликатности, свойственной женщинам.

Элтон пожал плечами:

– Она слишком долго прожила без мужчины. От этого Женщины грызут простыни, как любила говорить мама.

– Да уж, твоя мама – легендарный оратор, – хмыкнул Темпл. – И каков ее рецепт от такого расстройства?

– Замужество. – Элтон кивнул с убежденностью, которая встревожила Темпла. – После заключения брака любая дама сразу становится правильной и осмотрительной. Разумеется, надо хорошенько обработать ее в постели, и вот уже она нежна, словно дождик.

– Да что ты вообще знаешь про женитьбу? – Темпл скрестил руки.

– Ну, знаю, что правильная женщина встречается порядочному человеку… всего два раза в жизни, так что тут лучше не зевать. – Элтон залихватски сплюнул.

– Пусть так, но я сильно сомневаюсь, что брак с таким типом, как Корделл, улучшит умственные способности леди Дианы.

Элтон сделал жест, видимо, означавший, «время покажет», и Темплу стало особенно неуютно при мысли о последней эскападе Дианы. По правде говоря, у него всегда появлялось чувство ответственности, когда он слышал, как треплют ее имя, но это было так глупо – не он же виноват в крахе помолвки Дианы!

Он сделал глубокий вдох. Возможно, и правда все проблемы Дианы мог бы выправить… правильный мужчина – вот только ему-то зачем начинать думать, как кузен Колин, как Элтон, и, хуже того, как мать Элтона, старая карга!

– Все-таки я не понимаю, почему она сбежала с таким типом, как Корделл, – отчего-то сказал он вслух, и тут же карета свернула на обочину.

Обернувшись, Элтон кивнул на представшую перед ними картину. Впереди стояла осевшая набок карета, ее сломанное колесо валялось поблизости, а в стороне бродили распряженные лошади.

– Похоже, теперь вы сможете спросить у нее самой, милорд.

В этот момент из тени кареты выступила златокудрая женщина; ее волосы сияли на солнце, как цветы калужницы, росшей вдоль дороги.

Диана, гибкая, прелестная, держа в руке соломенную шляпку с голубыми лентами, вышла и встала у них на пути.

Хотя лондонские острословы высмеивали ее как старую деву, Темпла охватил трепет. «Помоги мне Господи, до чего соблазнительная!» – подумал он. Пусть остальное общество довольствуется волоокими красотками со свежими личиками – по мнению Темпла, в леди Диане Фордем было нечто куда более искусительное, и в свои двадцать девять лет она влекла его больше, чем в те времена, когда вместе с такими же юными леди стояла в зале «Олмака».

Тогда, увидев ее снова – как он подсчитал, в первый раз на несколько месяцев, – Темпл не знал, радоваться ли, что нашел ее благополучной, или предложить себя на роль шафера, а затем наблюдать; как она выходит замуж за Колика и навсегда исчезает из его жизни.


Увидев приближающуюся карету, Диана присмотрелась внимательнее и разглядела одноглазого кучера. Элтон! Так, знаачит, за ней послали Темпла.

Что ж, на меньшее она и не рассчитывала.

Тут она заметила, что Элтон продолжает гнать лошадей и, кажется, не собирается останавливаться.

Ее как будто ударило: Темпл не намерен помогать ей! Этот противный человек думает оставить ее на обочине с неким подобием…

Диана глянула на лорда Корделла, который разлегся на единственном пятачке травы, на единственном одеяле каре-ил и накрыл лицо влажным платком. Она глубоко вздохнула. Неужели это ее жених?

А теперь еще Темпл хочет оставить ее наедине с ним…

– Ну уж нет, – пробормотала она и решительно вышла па середину дороги, встав на пути мчащихся лошадей.

Элтону ничего не оставалось, как остановить карету, пока она не оказалась в таком же бедственном положении, что и карета Корделла, хотя он не сомневался, что Диана вряд ли думала заходить так далеко, пытаясь задержать собою не-сколько тысяч фунтов лошадиной плоти, металла, дерева и кожи, которые ударились бы в нее с той же непреклонностью, которой было переполнено сердце старой девы.

– А, лорд Темплтон. Надеюсь, вы не собираетесь меня спасать? – Диана, подбоченившись, наблюдала за тем, как Темпл вылезает из все еще содрогающейся кареты. – Мы с виконтом на пути истинной любви и намерены пожениться.

Приподнявшись с одеяла, Корделл тоже вытаращился на Темпла, его взгляд выражал ненависть и изумление, а лимонно-желтый плащ почти совпадал по цвету с шевелюрой, подстриженной а-ля Брут. При всей своей склонности к рассеянной жизни Корделл мог бы быть красавцем, но из-за пьянства и участия в оргиях его лицо обрюзгло, глаза потухли, и бесь он выглядел каким-то помятым.

Маркиз засмеялся:

– Миледи, вы никак шутите? Кто говорит о спасении? Дорогой лорд Корделл не имеет ни малейшего повода для жалобы, поскольку я не похищаю чужих невест. – Он мотнул головой в сторону Элтона, который совещался с кучером Корделла по вопросу ремонта пострадавшей кареты. – Хотя, возможно, вам следует опасаться моего кучера – Элтон очень чувствителен, и он поклонник истинной любви.

Корделл бросил ошеломленный взгляд на Темпла и вернулся к игре в карты с самим собой, щелчком бросая их в перевернутую шляпу.

С каким удовольствием Темпл заехал бы этому типу кулаком в лицо! Увы, любимец светского общества не может вести себя как герой французских романов.

В этот момент Элтон, подойдя к хозяину, объявил, что карета Корделла безнадежна.

– Тогда я настаиваю, чтобы вы поехали с нами, – сказал Темпл, открывая дверцу просторной кареты герцога. – Я спешил на прием в частном доме, но с моей стороны было бы попросту бесчеловечно не подвезти вас до ближайшего города, где вы сможете получить помощь.

– Вы очень добры, Темплтон. – Корделл быстро поднялся и направился к карете, не оглядываясь на будущую невесту, ее компаньонку и багаж.

Наблюдая затем, как Диана потопала за ним с саквояжем в руке, Темпл улыбнулся. Он поддержал даму под руку, помогая забраться в карету, и на мгновение их глаза встретились.

Как он мог забыть, что на солнце ее глаза становятся синими и сверкают наподобие драгоценных камней!

Когда-то из-за них он забывал дышать…

Диана выжидательно посмотрела на него, как будто хотела, чтобы маркиз осудил ее поступок, потребовал объяснений, предъявил на нее права…

Ну уж нет! Из всех людей на Земле меньше всего этого можно ждать от него, и она это знает.

В этот момент из кареты донесся голос Корделла:

– Темплтон, у вас не найдется чего-нибудь выпить? Полдень давно прошел, и у меня уже горло пересохло!

– Сожалею, сэр, – сказал Темпл. – У меня правило – до вечера ни капли спиртного.

– Это правило надо исправить, – проворчал Корделл.

– Пустите, милорд! – Диана выдернула пальцы из руки Темпла и сама залезла в карету.

Скрывая досаду, Темпл решил обратиться к миссис Фостон – компаньонке Дианы, которая тростью указывала Элтону, какие сумки привязать на крышу кареты Сетчфилда.

– Мадам, можно вас на минутку?

– Да? – Миссис Фостон – высокая, угловатая женщина с острым взглядом, от которого ничто не могло укрыться, – являлась прекрасной компаньонкой для своевольной молодой дамы. Вот только как она допустила, чтобы под ее надзором приключился такой конфуз?

– Почему вы это не предотвратили? – строго спросил Темпл. – Как вы могли позволить Диане бежать с этим пьяницей?

Миссис Фостон. покачала головой:

– А что мне было делать, милорд? Дать ей сбежать одной? Попробуйте, поспорьте с ней. А так у нее по крайней мере есть я.

Темпл провел рукой по волосам. Не такой ответ ему хотелось услышать.

– Я считал, мадам, что вы достаточно разумны, чтобы предпринять все необходимые меры…

Миссис Фостон выпрямилась во весь свой немалый рост.

– А как насчет вас, милорд? То же самое можно сказать о вас! – Она решительно зашагала к карете, орудуя трость как посохом, и уселась рядом с Дианой.

Темпл с досадой почесал в затылке. Ну почему все счи-тают, будто именно он несет ответственность за Диану?

– Ладно, теперь уже недолго осталось, – пробормота он еле слышно и вздохнул.


Примерно через час пути Темпл оторвал глаза от книги и навел лорнет на Корделла, который тяжело привалился к стенке кареты; при этом лицо виконта приобрело мертвенно-серый цвет.

– Что-то не так, сэр? Вы выглядите совершенно больньм.

– Я в порядке, – процедил Корделл сквозь зубы.

– А по-моему, нет. У вас вид человека, который готов немедленно извергнуть свои накопления.

– Виконту противопоказаны путешествия, – раздраженно заметила Диана. – Так что отстаньте от него. – Она вскинула голову и мрачно уставилась на Темпла.

– Возможно, в этом виновата компания, которая ему досталась, – заметил Темпл и снова уткнулся в книгу, игнорируя убийственный взгляд Дианы.

Он как будто видел, как крутятся колесики в ее голове когда она придумывает и отвергает одно за другим презри тельные опровержения, однако вмешательство компаньонки спасло его от язвительного язычка Дианы.

– Что вы читаете, милорд? – спросила миссис Фостон, пытаясь придать их беседе подобие благопристойности.

Темпл протянул ей книгу.

– Учу персидский язык.

– Это учебник сэра Джона? – поинтересовалась Диана.

– Да, верно. Автор – сэр Джон Саттон.

– Что? – внезапно подключился к разговору Корделл. – Вы сказали, Саттон? Не тот ли это тип, который оказался предателем и повесился?

– Да, он. Тем не менее, несмотря на его бесславный конец, книга пользуется большим успехом.

– Бред, – фыркнул Корделл. – Мне кажется, вы вообще любите общество предателей, Темплтон. Этот Саттон, да еще ваш кузен Данверз – изрядный трус, скажу я вам.

При имени бывшего жениха Диана кашлянула.

– Ах да, вы же были помолвлены с Данверзом! – Корделл фыркнул. – Печально. Хорошо хоть вы сумели от него избавиться.

«Лучше бы Диана как-нибудь избавилась от своего последнего избранника», – подумал Темпл.

– И все-таки что это за вздор, Темплтон, – учить персидский язык? Неужели вы решили превратиться в синий чулок?

Темпл покачал головой:

– Я? Вовсе нет. Просто Элтон стареет, и я подумываю нанять вместо него перса. Говорят, персы – очень преданные слуги. – Темпл покосился на Диану: – А вы, миледи? Что вы читаете?

Диана опустила глаза на книгу, лежащую на коленях.

– Эту книгу заказал мой отец. «Античные памятники Англии» мистера Теониуса Т. Биллингсуорта, довольно известного историка. Возможно, вы о нем слышали?

– Не уверен.

– Чертовски интересно. – Корделл скрестил руки, присклонился к стенке кареты и закрыл глаза.

Диана пожала плечами:

– Автор книги очень умен, он составил перечень всех памятников и достопримечательностей вдоль дорог Англии и паже включил в список главное имение вашего деда в Суссексе, а также более мелкие владения. – Она полистала тонкую книжицу. – Замок лорда Нетлстоуна тоже удостоился упоминания.

Корделл вскинул голову и поморщился:

– Забавно, что вы упомянули Нетлстоуна: я видел его вчера вечером в «Уайтсе» вместе с вашим отцом, миледи.

– С отцом? – удивилась Диана.

– Граф поднял большой шум, – спокойно заметил Темпл.

– Он что, расстроился? Разозлился? Он не угрожал? – Корделл даже привстал на сиденье.

И такого человека Диана выбрала себе в мужья! Да она просто взбалмошная дура, и правы те, кто считает ее таковой.

– А какие он принял меры? Постарайтесь вспомнить. Мне надо знать. – Левый глаз виконта странно задергался.

– Вы спрашиваете, какие меры? – Темпл принялся постукивать лорнетом по стенке кареты, и с каждым стуком глаз Корделл а дергался все сильнее. – Кажется, он послал за вами двух лихих парней, вот только я забыл их имена.

Корделл подался вперед, однако Диана продолжала сохранять спокойствие, и единственным признаком волнения была легкая складка над ее бровями.

– Имена, имена… Кажется, это два ваших последних поклонника, Диана. Черт, как же их зовут?

– Вы имеете в виду лорда Гарри и барона Нетлсома?

– Да-да, Нетлстоуна, – поправил Темпл. – Еще их называют Иголка с Булавкой, вот как. Что ж, мне нравится молодой Пенхем.

Диана прищурилась, и Темпл обрадовался, что сидит в карете, а не стоит на дороге. Элтон, конечно, верен ему, но у леди Дианы столько денег, что она и стойкого приверженца сможет подкупить, чтобы тот задавил хозяина.

– Да, хороший парень, – продолжил он. – Такое свежее лицо, полон гонора. И Нетлстоун – тоже диковина. Зато он хорошо управляется со скотом и со всеми тварями, имеющими упрямый характер. Не представляю, как это мы нашли вас первыми. – Темпл покачал головой. – А вы кого бы предпочли увидеть здесь первым? Заметьте, Ламден обещал руку Дианы тому, кто привезет ее обратно в Лондон.

– Обещал что?! – Диана так и подскочила.

– Вашу руку тому, кто спасет вас от Корделла. – Темпл в упор посмотрел на виконта: – Не в обиду вам будь сказано.

– Никаких обид. – Глаза виконта заметались, как флаги на ветру.

– На вашем месте, мой дорогой виконт, я бы предпочел, чтобы вас нашел Нетлстоун, а не Пенхем. Видите ли, Пенхем – превосходный стрелок, и когда он вызовет вас на дуэль, – а он это сделает как честный человек, – то, без сомнения, убьет. Один выстрел, и готово.

– О, Боже, нет! – Миссис Фостон так вцепилась в свою трость, что у нее побелели пальцы. – Как это страшно! Ужасная смерть! И как я слышала, это очень больно.

Корделл побледнел, а Диана возвела глаза к небесам, хотя Темпл сильно сомневался, что она молится о спасении жизни своего избранника.

– А что лорд Нетлсом? – наконец спросила она, и в ее тоне слышался намек на то, что она не хочет знать ответ.

– Нетлстоун, – снова поправил Темпл.

– Да-да. Вы же не думаете, что Нетлстоун вызовет лорда Корделла на дуэль?

– Обязательно вызовет, – непреклонно сказал Темпл. – И он тоже метко стреляет. Но Нетлстоун настолько твердолоб, что от него все отскакивает, как от глыбы мрамора. Да уж, Корделл, барон постарается надежно вас угробить, в то время как Пенхем – просто вспыльчивый щенок. Убивать совсем не в характере лорда Гарри, но, боюсь, он охвачен любовью. Подстрелит вас, как куропатку, и затопчет в грязь. – Последнюю фразу Темпл подчеркнул особо и мысленно добавил: «Как ты того и заслуживаешь, ублюдок».

Этого оказалось достаточно, чтобы Корделл наконец расстался со своим завтраком. Он повернулся к будущей невесте, и его вырвало прямо ей на колени.

Темпл поджал ноги, пряча ярко начищенные ботинки под сиденье.

– Э-э… я же говорил, что вы нездоровы. – Он похлопал Корделла по плечу лорнетом, который Диана тут же вырвала у него из рук и выбросила в окно.

– Поздравляю с избавлением, – сказала она и только после этого перенесла внимание на Корделла и испорченное платье.

– Да, вот она, истинная любовь, – прокомментировал Темпл и постучал Элтону, чтобы тот остановился.

Едва карета остановилась, Корделл нашарил ручку дверцы и вывалился на дорогу лицом в грязь. Он даже не сделал попытки встать, когда его снова вырвало.

Темпл вздохнул и, подав руку Диане, помог ей выйти.

– Истинная любовь, – повторил он. – По-моему, вы что-то говорили насчет препятствий на пути любви? Кажется, вам достался самый ухабистый участок.

Оставить заявку на описание
?
Штрихкод:   9785170357734, 5170357737
Аудитория:   18 и старше
Бумага:   Газетная
Масса:   270 г
Размеры:   206x 134x 16 мм
Оформление:   Тиснение золотом
Тираж:   7 000
Литературная форма:   Роман
Сведения об издании:   Переводное издание
Тип иллюстраций:   Без иллюстраций
Переводчик:   Челнокова В.
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить