Страсть к игре Страсть к игре Имя Марии, леди Уинтер, окружено мрачными слухами. Мужья этой роковой красавицы погибли при загадочных обстоятельствах, и молва обвиняет Марию в их смерти. Никаких доказательств ее вины не существует, и королевские судьи предлагают томящемуся в тюрьме капитану пиратов Кристоферу Сент-Джопу сделку... С него снимут все обвинения, если он сумеет соблазнить леди Уинтер, женится на ней, а потом передаст в руки правосудия. Кристофер соглашается на опасную игру, но вскоре понимает, что игра в любовь может превратиться в любовь настоящую... АСТ 978-5-17-052865-3
130 руб.
Russian
Каталог товаров

Страсть к игре

  • Автор: Сильвия Дэй
  • Твердый переплет. Целлофанированная или лакированная
  • Издательство: АСТ
  • Серия: Очарование
  • Год выпуска: 2008
  • Кол. страниц: 320
  • ISBN: 978-5-17-052865-3
Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре
  • Отзывы ReadRate
Имя Марии, леди Уинтер, окружено мрачными слухами. Мужья этой роковой красавицы погибли при загадочных обстоятельствах, и молва обвиняет Марию в их смерти.
Никаких доказательств ее вины не существует, и королевские судьи предлагают томящемуся в тюрьме капитану пиратов Кристоферу Сент-Джопу сделку...
С него снимут все обвинения, если он сумеет соблазнить леди Уинтер, женится на ней, а потом передаст в руки правосудия.
Кристофер соглашается на опасную игру, но вскоре понимает, что игра в любовь может превратиться в любовь настоящую...
Отрывок из книги «Страсть к игре»
Глава 1

– Если бы все ангелы смерти были столь же очаровательны, как ты, мужчины выстраивались бы в очередь, чтобы найти свою смерть.
Мария, леди Уинтер, со стуком захлопнула крышку изящной коробочки для мушек. Она увидела в зеркале отражение мужчины, и от нахлынувшего отвращения ее передернуло. Сделав глубокий вдох, Мария продолжала внимательно смотреть на сцену, но, увы, все ее внимание было сосредоточено на красавце, расположившемся в глубине театральной ложи.
– И твоя очередь придет, – тихо ответила Мария, сохраняя невозмутимое выражение лица перед множеством биноклей, направленных в ее сторону. В этот вечер леди Уинтер блистала в платье из темно-красного шелка, украшенном изящными черными кружевами, Мария всегда отдавала предпочтение этому цвету. Не только потому, что он подчеркивал ее испанское происхождение – темные волосы, черные глаза и оливкового цвета кожу. Красный цвет оповещал окружающих о том, что она опасна. Цвет крови. Не подходи.
– Черная Вдова, – шептались за ее спиной. – Двоих мужей похоронила...
Ангел смерти. А ведь правду говорили люди. Вокруг нее все умирали. И только один человек, которого Мария ненавидела больше всего на свете, сумел избежать печальной участи.
От зловещего сдавленного смеха, раздавшегося за спиной, у Марии по спине побежали мурашки.
– Дорогая доченька, одной тебя мало, чтобы удовлетворить все мои аппетиты.
– Мой кинжал в твоем сердце вознаградит тебя за все, – прошипела леди Уинтер.
– В таком случае ты никогда не найдешь свою сестру, а она скоро станет совершеннолетней.
– Не пытайся запугать меня, Уэлтон. Как только Амелия выйдет замуж, я сразу узнаю, где она. И живой ты нам уже не будешь нужен. Так что подумай хорошенько, прежде чем сотворить с ней то же, что и со мной.
– Я могу продать ее в рабство, – нарочито медленно ответил Уэлтон.
– Я ждала от тебя угроз. – Мария невозмутимо поправила кружева на платье и даже выдавила из себя улыбку, пытаясь скрыть охвативший ее ужас. – Я об этом обязательно узнаю. И тогда ты умрешь. – Она увидела, как Уэлтон напрягся, и фальшивая улыбка на ее лице стала искренней. Марии было всего шестнадцать, когда Уэлтон разрушил ее жизнь. Лишь непреодолимое желание отомстить заставляло Марию идти вперед в то время, когда отчаяние и страх за сестру сковывали ее волю и лишали последних сил.
– Сент-Джон. – В воздухе повисла напряженная тишина.
У леди Уинтер перехватило дыхание.
– Кристофер Сент-Джон? – Ее давно уже нельзя было ничем удивить. В свои двадцать шесть лет Мария имела огромный опыт за плечами и перевидала на своем веку многое. – Этот сэр, конечно, богат, но брак с ним разрушит мою репутацию. После этого замужества я стану бесполезной для тебя.
– В этот раз замуж выходить не обязательно. Я еще не до конца выкачал имущество твоего покойного супруга, лорда Уинтера. Мне просто нужна информация. Насколько мне известно, кто-то собирается провернуть с Сент-Джоном одно дельце. Я хочу, чтобы ты узнала, зачем он кому-то понадобился, а главное, кто его освободил из тюрьмы.
Мария расправила на коленях кроваво-красный шелк. Оба ее несчастных супруга были агентами королевской секретной службы, и тем самым были в высшей степени полезны ее отчиму. Оба были пэрами, обладавшими солидными состояниями, большую часть которых они завещали ей в случае своей непредвиденной кончины.
Подняв голову, она огляделась вокруг, скользя рассеянным взглядом по золоченой лепнине, освещенной мягким светом тысячи свечей. Сопрано на сцене мужественно боролась за внимание зрителей. Но все ее усилия были напрасны. Пэры собирались в театре лишь с одной целью – покрасоваться друг перед другом.
– Интересно, – промурлыкала Мария, вспоминая все, что слышала о знаменитом пирате. Этот редкой красоты мужчина был таким же опасным, как и она сама. Его подвиги широко обсуждались в свете, а некоторые истории из жизни Сент-Джона звучали настолько неправдоподобно, что больше походили на легенду. О пирате всегда сплетничали с большим воодушевлением и часто гадали,- как долго он сможет скрываться от правосудия и виселицы. – Наверное, сложилась какая-то совсем отчаянная ситуация, если его решились отпустить на свободу. Все эти годы власти пытались найти доказательства его виновности, и теперь, когда они, наконец, их получили, с пиратом хотят заключить сделку. Не думаю, что обе стороны от этого в восторге.
– Меня не волнуют их чувства, – отрезал Уэлтон. – Мне просто надо знать, из кого я могу выжать деньги, и сделать это по-тихому.
– Ты так уверен в моих чарах, – заметила Мария, чувствуя, как в ней поднимается горечь. Подумать только, сколько ей пришлось испытать и совершить, исполняя приказы человека, которого она ненавидела... Она упрямо вскинула подбородок. Нет, она служила не отчиму. Живым он ей нужен был лишь для того, чтобы найти Амелию.
Уэлтон сделал вид, что не заметил ее вызывающего жеста, и прошипел:
– Ты хоть представляешь, сколько может стоить такая информация?
Мария едва заметно кивнула, зная, с каким пристальным вниманием за ней следят окружающие. Все в высшем обществе прекрасно знали, что оба ее супруга умерли не своей смертью. Но доказательств на этот счет ни у кого не было. И поэтому, несмотря на то что Марию практически считали убийцей, лучшие дома всегда были рады видеть ее своей гостьей. Ибо ничто так не оживляло вечера в высшем обществе, как человек со скандальной репутацией.
– Как я его найду?
– У тебя наверняка есть свои способы. – Уэлтон поднялся. Его силуэт угрожающе возвышался на фоне неровного света свечей. Но Мария его не боялась. В этой жизни ее теперь уже ничто не волновало, кроме сестры.
Уэлтон провел рукой по волосам Марии.
– У Амелии волосы такие же. Даже пудра не может скрыть их блеска.
– Пошел прочь.
Смех Уэлтона еще долго отдавался эхом в ушах Марии, когда отчим уже исчез за портьерами театральной ложи. Сколько же лет ей придется терпеть этого человека? Нанятые ею сыщики не могли выйти на след сестры.
Много раз Марии казалось, что она наконец нашла ниточку, ведущую к Амелии... Но всякий раз Уэлтон опережал ее на шаг.
А душа Марии тем временем все больше погружалась во мрак.
– Пусть тебя не обманывает ее внешность. Под личиной хрупкой и миниатюрной женщины скрывается ядовитая кобра, всегда готовая к прыжку.
Кристофер Сент-Джон поудобнее устроился в кресле, не обращая внимания на слова агента секретной службы, сидящего с ним в одной театральной ложе. Взгляд пирата был прикован к даме в алом платье в ложе напротив. Проведя всю свою сознательную жизнь среди бандитов и убийц, Сент-Джон сразу мог распознать в человеке родственную душу.
Несмотря на алое платье и яркую внешность знойной испанки, леди Уинтер была холодна, словно оправдывала свою фамилию. Сент-Джону предстояло растопить ледяное сердце красавицы, завоевать ее доверие, а затем, выведав всю подноготную, сдать леди Уинтер в руки правосудия и в награду – самому избежать виселицы.
Сделка была грязной, но, по мнению Кристофера, вполне честной. Жертва Кристофера – кровожадная мегера, охочая до денег, – была ничем не лучше своего охотника – грабителя и пирата.
– На нее работают порядка дюжины людей, – произнес виконт Седжуик. – Одни рыскают по городу, другие прочесывают сельскую местность. Ее интерес к секретной службе очевиден и смертельно опасен. С твоей репутацией закоренелого преступника ты для нее просто находка. Я уверен, что она согласится принять твою помощь.
Кристофер тяжело вздохнул. Перспектива оказаться в постели с Ледяной Вдовой его совсем не радовала. Он хорошо знал таких женщин – красавицы, которых волнует лишь то, как они выглядят в кровати, а не то, что в ней происходит. Все усилия подобных дамочек бывают направлены на то, чтобы собрать вокруг себя как можно больше богатых поклонников, чтобы и потом выжимать из них деньги. Они не ведают, что такое страсть, и не желают перенапрягаться, и уж тем более потеть в постели. Это может испортить их идеальные прически... Коротко зевнув, Кристофер произнес:
– Милорд, кажется, настало время мне удалиться. Седжуик отрицательно покачал головой:
– Ты должен приступить к делу немедленно, иначе упустишь прекрасную возможность познакомиться с ней.
Сент-Джон с трудом удержался, чтобы не ответить агенту грубостью. Скоро ищейки короля поймут, что он всегда плясал только под свою дудку.
– Я предпочел бы действовать по своему усмотрению. Вы хотите, чтобы мы стали с леди Уинтер партнерами и, любовниками, – я это сделаю. – Кристофер встал, небрежным движением накинул пальто и добавил: – Эта женщина принимает ухаживания только богатых поклонников, которые, в конце концов, предлагают ей руку и сердце вместе со своими кошельками. И у меня, как у закоренелого холостяка, нет шансов сразу затащить ее в постель. Поэтому сначала мы станем деловыми партнерами, а уже потом скрепим наши отношения сексом. Обычно это так делается.
– А ты страшный человек, – сухо заметил Седжуик. Кристофер бросил презрительный взгляд через плечо:
– Что ж, с вашей стороны было бы разумно всегда помнить это.
Чей-то пристальный взгляд заставил Марию обернуться. Она внимательно оглядела театральные ложи, но ничего подозрительного не обнаружила. Тем не менее внутренний голос, не раз спасавший ей жизнь, говорил, что за ней наблюдают. И явно не из праздного любопытства.
Приглушенный гул мужских голосов, раздавшийся в коридоре рядом с ложей, отвлек Марию от бесполезных поисков. Многие вряд ли смогли бы расслышать что-нибудь в мешанине звуков, заглушаемых надрывным голосом певицы. Но Мария обладала натренированным слухом настоящего охотника.
– Ложа Ледяной Вдовы.
– А-а... – понимающе отозвался чей-то голос. – Я бы рискнул померзнуть у нее пару часиков. Красивейшая из женщин, просто богиня!
Мария тяжело вздохнула. Красота была ее проклятием. Детская радость от осознания своей исключительной внешности испарилась в тот же день, когда отчим заявил, что на ней он заработает состояние.
Это было разочарованием в длинной цепочке утрат, которые Мария успела пережить за свою недолгую жизнь.
Первой тяжелой утратой для девушки стала смерть любимого отца. Она помнила его шумным и веселым человеком, пышущим здоровьем и жизнелюбием. Отец обожал свою жену, знойную испанку. Но вскоре он неожиданно, заболел и умер. Гораздо позже Мария стала прекрасно разбираться в различных ядах и признаках отравления. В ту же пору она ничего не понимала. И испытывала лишь глубокий страх и растерянность. Эти чувства усилились, когда мать познакомила ее с темноволосым красавцем, который должен был заменить ей родного отца.
– Мария, доченька, – произнесла тогда мать сладким голосом с мягким южным акцентом, – это виконт Уэлтон. Мы собираемся пожениться.
Мария уже слышала это имя раньше. Виконт был близким другом отца. Но зачем вдруг матери понадобилось выходить за него замуж, было выше понимания девочки. Неужели отец так мало для нее значил?
– Уэлтон хочет отправить тебя в самую лучшую школу для девочек, – продолжала мать. – Отец всегда мечтал о таком будущем для тебя.
Ее отсылают из дома. Это все, что отложилось тогда в голове Марии.
После свадьбы владения родителей перешли в распоряжение лорда Уэлтона. Виконт быстро, избавился от новоприобретенной семьи, отправив жену с падчерицей в мрачный дом, больше похожий на средневековый замок. Располагался «замок» на болотах, Мария сразу возненавидела это место. Новый дом – холодный и пугающий – совсем не походил на их солнечное поместье.
Вскоре мать родила от Уэлтона дочь, после чего виконт вообще перестал проявлять интерес к новой семье. Марию отправили в школу, а Уэлтон проводил все свое время в городе, проматывая полученное наследство, тратя деньги на азартные игры и на женщин. Мать же девочки худела и слабела день ото дня, а вскоре у нее начали выпадать волосы. Тяжелый недуг виконтессы скрывали от Марии до самого последнего момента.
И лишь когда конец был неминуем, девочку привезли обратно домой, попрощаться. Мария не могла узнать мать. Виконтесса Уэлтон казалась бледной тенью той женщины, которой она была еще несколько месяцев назад. Вместе со здоровьем матери на глазах таяло их состояние. Умирая, виконтесса призвала к себе Марию и заплакала:
– Прости меня. Уэлтон был так добр ко мне после смерти твоего отца. Я... я не смогла распознать его истинную натуру.
– Все будет хорошо, мама, – соврала Мария. – Ты поправишься, и мы уйдем от него.
– Нет, ты должна...
– Пожалуйста, не говори больше ничего. Тебе надо отдохнуть.
Неожиданно мать крепко ухватила Марию за руку.
– Ты должна защитить от него сестру. Уэлтон все равно, что она его плоть и кровь. Он использует Амелию так же как и меня. И тебя тоже. Только твоей сестре нет той силы, что досталась тебе от отца.
Слова матери привели, девочку в смятение. За те десять лет, что Уэлтон прожил в их семье, Мария узнала много плохого об этом человеке, но было чудовищно осознавать, что под маской блистательного красавца лорда Уэлтона скрывается сам дьявол.
– Но я еще маленькая. – Слезы брызнули из глаз девочки. Все это время она провела в закрытом пансионе, где из нее должны были воспитать светскую даму, которую бы отчим смог, использовать в будущем. Однако в те редкие моменты, когда ее привозили из школы домой, навестить родных, Мария видела, с какой грубостью Уэлтон обращался с женой. Слуги рассказывали о постоянных семейных скандалах, которые заканчивались женскими слезами и криками. А на следующий день виконтесса скрывала синяки под одеждой и не поднималась с постели неделями после того, как Уэлтон наконец уезжал.
Пока отчим находился дома, семилетняя Амелия пряталась у себя в комнате, скованная страхом и одиночеством. Гувернантки долго не задерживались в их семье.
– Нет, ты уже достаточно взрослая, – с трудом продолжала Сесиль бледными, пересохшими, губами. – Когда меня не станет, вся оставшаяся во мне сила перейдет к тебе; И сила отца тоже. Мы всегда будем рядом с тобой.
Позже слова матери станут единственным якорем, удерживающим Марию в этой жизни.
– Она умерла? – невозмутимо спросил Уэлтон. Его зеленые глаза ничего не выражали.
– Да, – прерывающимся от слез голосом ответила девочка. Ее руки мелко дрожали.
– Организуй все, что полагается в таких случаях.
Кивнув, она повернулась и направилась к себе, шурша шелковыми юбками в мертвой тишине дома.
– Мария, – раздался ей вслед вкрадчивый, обольстительный голос.
Девушка замерла. Обернувшись, она посмотрела на отчима новыми глазами. Только сейчас она осознала, насколько он был красив: широкие плечи, узкие бедра с длинными, стройными ногами заставляли сердца женщин биться сильнее при его появлении. А зеленые глаза Уэлтона в сочетании с темными волосами и бесстыдной улыбкой, невзирая на холодную красоту, действовали на окружающих гипнотически. Дьявол подарил этому человеку внешность бога в обмен на черную душу.
– Скажи Амелии о смерти матери, хорошо? У меня нет времени, я опаздываю.
Амелия.
Мария пришла в отчаяние при мысли, что ей предстояло сообщить ужасную новость младшей сестренке. Неожиданная смерть самого близкого человека и циничная просьба отчима лишили Марию последних сил, и она чуть не упала к его ногам. Однако предсмертные слова матери и природное мужество удержали девочку от очередного унижения, заставив ее выпрямиться к гордо вздернуть подбородок.
Напускная храбрость Марии заставила Уэлтона от души рассмеяться.
– Я знал, что из тебя получится превосходная женщина. Пожалуй, вся эта возня с твоей матерью окупится сторицей. – С этими словами отчим спокойно направился к лестнице, казалось, навсегда забыв о том, что у него когда-то была жена.
Что Мария могла сказать сестренке, чтобы облегчить удар? У Амелии не было даже счастливых детских воспоминаний, которые не раз помогали самой Марии пережить тяжелые моменты в жизни. А теперь. Амелия осталась сиротой при живом отце, который, казалось, просто забыл о существовании младшей дочери.
– Привет, малышка, – с нежностью произнесла Мария, раскрывая объятия бросившейся к ней маленькой девчушке.
– Мария!
Крепко обняв сестру, Мария села на кровать, покрытую синим шелком. Глубокий цвет покрывала резко контрастировал с нежно-голубой парчой, в которую были затянуты стены детской, и бледными лицами девочек, которые, тесно прижавшись друг к другу, горько плакали. Они остались совсем одни в этом мире.
– Что же нам делать? – нежным голоском прошептала Амелия.
– Выживать, – спокойно ответила старшая сестра, – и держаться друг друга. Я о тебе позабочусь. Всегда помни об этом.
Они уснули, а когда на следующее утро Мария проснулась, Амелии уже не было.
С тех пор жизнь Марии Уинтер изменилась навсегда.
Мария больше не могла сложа руки чинно сидеть на месте. Бездействие ее убивало. Она отбросила в сторону портьеру и вышла из ложи. Два лакея, охранявшие вход от любопытных взглядов, встали по стойке «смирно».
– Подайте карету, – обратилась леди Уинтер к одному из них. Лакей учтиво кивнул и исчез из виду. И вдруг Мария почувствовала сильный толчок сзади и, не удержавшись на ногах, начала падать. В ту же секунду чьи-то сильные мускулистые руки подхватили ее и бесцеремонно прижали к крепкому телу.
– Извините, – прошептал восхитительно хрипловатый голос так близко к уху, что она почувствовала горячее дыхание мужчины.
Завораживающий тембр заставил Марию замереть. Все чувства девушки обострились. Она сразу отмстила широкую грудь, к которой се так беспардонно прижали, ухоженную руку, обхватившую ее под грудь, и другую руку, нагло обнимавшую за талию. Легкий аромат бергамота, смешанный с запахом кожи, щекотал ей ноздри. Незнакомец не отпускал Марию; напротив, объятия с каждой секундой становились крепче.
– Отпустите меня, – приказала леди Уинтер не терпящим возражений тоном. – Как вы смеете?!
– Отпущу, когда захочу.
Рука мужчины плавно переместилась к горлу. Горячая ладонь незнакомца обжигала кожу. Умелыми движениями он начал ласкать шею, не обращая никакого внимания на онемевшего от удивления лакея и возмущенную Марию. Незнакомец вел себя так, словно имел полное право прикасаться к леди Уинтер в любое время, когда только пожелает. Однако, несмотря на властность и бесцеремонность поведения, мужчина был на удивление нежен. Крепкие объятия незнакомца не давали Марии спокойно дышать. Она могла в любую минуту легко вырваться из его рук, но почему-то ей не хотелось этого делать. К тому же предательская слабость в ногах исключала всякую возможность двигаться самостоятельно.
Мария посмотрела на лакея, приказывая взглядом помочь ей в этой неловкой ситуации. Слуга, посмотрев круглыми глазами поверх Марии, нервно сглотнул и быстро отвел глаза в сторону.
Девушка тяжело вздохнула. Похоже, ей придется выкручиваться самой. Впрочем, к этому ей было не привыкать.
В следующую минуту Мария положила ладонь на руку наглеца так, чтобы он почувствовал острый шип, спрятанный в кольце, которое ювелир сделал для нее по специальному заказу. Незнакомец застыл, а затем рассмеялся:
– Я люблю приятные сюрпризы.
– А я нет.
– Вы испугались?
– Чего? Крови на моем платье? Да, – спокойно, ответила Мария. – Это мое любимое платье.
– А, но тогда оно будет сочетаться с кровью на ваших руках, – с этими словами наглец провел кончиком языка по краю нежного ушка, отчего девушку охватила дрожь, а щеки залил жаркий румянец, – а также и с моей.
– Кто Вы?
– Я тот, кто вам нужен.
Мария судорожно вздохнула, чувствуя, как грудь упирается в крепкую руку мужчины. Ее голова лихорадочно работала – один вопрос сменялся другим с молниеносной быстротой.
– У меня все есть. Мне никто не нужен.
Наконец мучитель отпустил свою жертву, напоследок проведя рукой по глубокому декольте Марии, отчего оливковая кожа леди Уинтер затрепетала и покрылась мурашками.
– Когда вы поймете, что это не так, – голос мужчины звучал хрипло, – дайте мне знать.
Незнакомец отступил назад, и Мария, наконец, смогла повернуться к нему лицом. Благодаря долгой практике девушке задалось скрыть глубокое удивление. Все описания этого человека блекли в сравнении с тем, что она увидела воочию. Светлые волосы, отливающие золотом, загорелая кожа и пронзительно-голубые глаза в сочетании с правильными чертами лица и изящной линией губ делали его похожим на ангела. Красота этого человека обезоруживала. Ему хотелось доверить все свои секреты, чего, судя по его холодному взгляду, делать явно не стоило никому.
Пока Мария изучала внешность стоящего перед ней мужчины, от ее внимания не ускользнуло, что их возмутительная для общественного сознания встреча не осталась незамеченной и вызвала легкое возбуждение в ложах напротив. Однако Мария никак не могла заставить себя отвести взгляд от самоуверенного наглеца, которому удалось так быстро смутить, ее.
– Септ-Джон. – Незнакомец согнулся в насмешливом поклоне и улыбнулся. Но его взгляд оставался холодным, как сталь. Глубокие тени под пронзительно-голубыми глазами говорили о том, что этот человек мало спал в последнее время. Как ни странно, бледность его совсем не портила, а, наоборот, лишь подчеркивала красоту. – Мне приятно, что вы меня сразу узнали.
– И чего же, по-вашему, мне не хватает? – Мария, надменным взглядом окинула пирата, стараясь сохранять спокойствие.
– Возможно, того, кого ваши люди так безуспешно ищут.
На этот раз леди Уинтер не смогла скрыть изумления.
– Что вы об этом знаете?
– Достаточно, – коротко ответил Сент-Джон, смотря на Марию изучающим взглядом. Чувственные губы пирата скривила усмешка. – Однако мне нужно больше информации. Думаю, что вместе мы смогли бы достичь наших целей.
– И какова же ваша цель? – Странно, что Сент-Джон столкнулся с ней сразу после ухода Уэлтона. На совпадение это не было похоже.
– Месть, – просто ответил пират, без тени эмоций. Кажется, он тоже не был способен на проявление каких-либо чувств, как и Мария. Судя по всему, Сент-Джон вел жизнь настоящего преступника, где не существовало понятий совести, жалости и сожаления. – Королевские ищейки сильно испортили мне жизнь.
– Я не понимаю, о чем вы говорите.
– Разве? Какая жалость! – С этими словами Сент-Джон откланялся. – Я буду рядом, когда вы сочтете нужным со мной увидеться.
Мария изо всех сил старалась не смотреть ему вслед. Однако ее силы воли хватило лишь на несколько минут. Быстро обернувшись, она уставилась ему вслед. Ничто не ускользнуло от ее внимательного взгляда: ни высокий рост, ни ширина плеч, ни дорогой материал, из которого были сшиты его камзол и панталоны. В таком виде пират выделялся бы из любой толпы. Светло-желтый цвет, прекрасно сочетающийся с его золотистыми волосами, резко контрастировал с темной одеждой окружающих. Сент-Джон походил на бога солнца, который своим сиянием освещал серый мир вокруг. Мягкая походка пирата, словно у хищного зверя, таила в себе опасность. И люди, включая пэров, старались не попадаться ему на пути, когда тот выходил из театра.
После этой неожиданной встречи Мария осознала всю силу магнетизма Сент-Джона.
Тут она вспомнила о лакее и его позорном бездействии и, нахмурившись, поманила парня пальцем:
– А ну-ка поди сюда.
– Миледи! – жалостно воскликнул несчастный. – Прошу вас, простите меня.
Казалось, юноша готов был расплакаться. Каштановая прядь упала на взмокший от пота лоб, подчеркивая совсем юные черты лица. Если бы не ливрея, то Мария решила бы, что перед ней подросток. Каковым он, наверное, и являлся.
– За что? – Девушка удивленно подняла брови.
– Я... я не помог вам.
Взгляд леди Уинтер смягчился. Она коснулась руки юноши, отчего тот окончательно смутился.
– Я не сержусь на тебя. Ты просто испугался. Это естественно для человека.
– Правда?
Мария вздохнула и ободряюще сжала его локоть, прежде чем отпустить его.
– Правда.
От благодарной улыбки, появившейся на мальчишеском лице лакея, у нее защемило сердце. Неужели... и она когда-то была такой же открытой? Иногда Мария чувствовала, что окружавший ее мир с его простыми радостями и человеческими эмоциями закрыт для нее.
Месть. Это все, что ее интересовало. Мария просыпалась и засыпала лишь с одной мыслью: как отомстить человеку, которого она ненавидела больше всего на свете. Только это чувство заставляло кровь бежать по венам быстрее и наполняло смыслом каждый новый день.
А Кристофер Сент-Джон мог оказаться весьма полезным для осуществления ее замыслов.
Еще несколько минут назад он представлял собой обычного ухажера, от которого Марии хотелось как можно скорее избавиться. Однако после его слов ситуация резко изменилась. Леди Уинтер была заинтригована. Она понимала, что надо действовать край не осторожно, чтобы использовать пирата в своих целях. Но леди Уинтер преуспела в искусстве манипулировать людьми и была уверена в своих силах.
Впервые за долгое время на лице Марии заиграла улыбка.
Кристофер шагал прочь, чувствуя спиной пристальный взгляд леди Уинтер. Сент-Джон пребывал в прекрасном расположении духа. Изначально он не планировал разговаривать с Ледяной Вдовой, а лишь хотел взглянуть на нее поближе и проверить, насколько она заботится о своей безопасности. И пока он размышлял, как можно было бы с ней встретиться, судьба ему улыбнулась – леди Уинтер одновременно с ним решила покинуть театральную ложу. Они не только встретились, но Сент-Джону удалось дотронуться до нее, подержать в своих объятиях ее восхитительное тело и вдохнуть аромат кожи.
После того как он ощутил укол спрятанного в кольце шипа, Кристофер больше не боялся долгих и скучных часов в спальне. Более того, неожиданно для себя Сент-Джон осознал, что эта женщина вызвала в нем не только плотский интерес. Леди Уинтер оказалась гораздо моложе, чем он предполагал. Под плотным слоем пудры и румян скрывалась нежная кожа без единой морщинки, а живые темные глаза смотрели на него со смесью настороженности и любопытства. Леди Уинтер совсем не походила на циничную и пресыщенную охотницу за тугими кошельками. Что казалось невероятным, учитывая ее репутацию вдовы, сжившей со свету двоих мужей.
Сент-Джон был преисполнен решимости разобраться в загадочном противоречии. Тайная полиция желала заполучить леди Уинтер сильнее, чем его самого. Уже один этот факт заинтриговал Кристофера.
Покинув театр, Сент-Джон увидел черный лакированный экипаж, на котором красовался герб Уинтеров. Пират поравнялся с каретой и сделал едва уловимое движение рукой. В ответ послышался тихий птичий свист. Это означало, что, по крайней мере, один из его людей находился поблизости и за каретой леди будут следить до тех пор, пока пират не отменит приказа. Куда бы ее светлость ни направилась, она будет под присмотром. Сент-Джон хотел знать о ней все.
– Эту субботу я проведу на приеме у Харвиков, – обратился Кристофер к кучеру леди Уинтер, который с ужасом смотрел на пирата. – Позаботься, чтобы твоя хозяйка узнала об этом.
Когда кучер испуганно кивнул, на лице Сент-Джона появилась довольная улыбка.
Впервые за долгое время Кристоферу не казалось смертельно скучным его ближайшее будущее.

Глава 2

– Существует большая вероятность того, что ее продали в рабство. – Мария резко остановилась перед камином и посмотрела тяжелым взглядом на информатора, а по совместительству – бывшего любовника. У Саймона Куинна, облаченного в шелковый разноцветный халат, были ярко-голубые глаза, резко выделявшиеся на темной загорелой коже и удачно контрастировавшие с черными волосами. Типичный ирландец. Являя собой полную противоположность златовласому Сент-Джону, Саймон был моложе пирата, но обладал столь же харизматичной и яркой внешностью.
Несмотря на врожденную природную сексуальность, Саймон выглядел вполне невинно и безобидно. Лишь внимательный и напряженный взгляд выдавал в нем человека, который не понаслышке знал, что такое опасность. На протяжении всего времени, что Мария знала его, Саймон успел нарушить практически все законы, действовавшие в Англии.
Впрочем как и она сама.
– Странно, что ты сегодня мне об этом сказал, – задумчиво произнесла девушка. – Уэлтон мне тоже об этом говорил в театре.
– Ничего хорошего нам это не сулит, верно? – Его приятный баритон, как всегда, ласкал слух Марии.
– Саймон, предположения меня не интересуют. Мне нужны доказательства. Тогда мы сможем убить Уэлтона и начать поиски. – Огонь в камине быстро нагрел платье девушки, и материал начал обжигать кожу ног, как раскаленный металл. Но она этого не замечала. Внутри у нее все похолодело от ужаса. От мыслей, которые мучили ее последнее время, ей становилось плохо. Как она сможет найти сестру, если ее продали в рабство? Амелия могла оказаться в любой точке земного шара.
Саймон нахмурил брови:
– Если твою сестру придется искать за пределами Англии, это сильно уменьшит наши шансы на успех.
Мария подняла рюмку и залпом выпила содержимое, надеясь хоть немного успокоиться. Она обвела комнату блуждающим взглядом, невольно любуясь обшивкой из дорогого дерева и темно-зеленой драпировкой. Кабинет был выполнен совершенно в мужском стиле. При его оформлении Мария преследовала две цели. Во-первых, подобная мрачная обстановка не подходила к пустым светским разговорам и настраивала исключительно на деловой лад. А во-вторых, она давала Марии ощущение уверенности и контроля над своей жизнью, которых ей отчаянно не хватало. Леди Уинтер чувствовала себя щенком на поводке у Уэлтона. Но здесь, в этом кабинете, она была хозяйкой.
Мария передернула плечами и вновь беспокойно зашагала по комнате, вздымая полы черного шелкового платья.
– Ты так говоришь, Саймон, как будто у меня в жизни есть еще что-то, ради чего мне стоило бы жить.
– Я уверен, что у тебя в жизни есть другая цель, которую ты хотела бы достичь. – Саймон вплотную приблизился к девушке. – Что-то более приятное, чем смерть.
– Все, чего мне хочется, – это найти Амелию. Больше меня ничто не интересует.
– Тебе надо попытаться. Если ты будешь мечтать еще о чем-то, это не сделает тебя слабее.
Мария смерила его таким холодным взглядом, что на месте Саймона любой бы растерялся. Но тот лишь рассмеялся. Было время, когда он делил с этой женщиной постель и хорошо знал ее характер. Подобные словесные перепалки были частью их практически семейной жизни. Мария вздохнула и перевела взгляд на портрет своего первого мужа. Картина висела в самом центре стены на толстой перекладине и изображала упитанного мужчину с розовыми щечками и небесно-голубыми глазами.
– Я скучаю по Дэйтону, – призналась леди Уинтер со вздохом. – Он всегда поддерживал меня и защищал.
Граф Дэйтон спас Марию от полного крушения. За это сердобольному графу пришлось заплатить Уэлтону высокую цену – он женился на девушке, годившейся ему во внучки, но никак не в жены. Граф обучил Марию многим премудростям выживания, среди которых было и владение разными видами оружия.
– Мы отомстим за него, – тихо произнес Саймон. – Я тебе обещаю.
Мария устало потерла шею, безуспешно пытаясь избавиться от напряжения, сковавшего ее тело. Подойдя к письменному столу с креслом, она обессиленно упала на мягкое кожаное сиденье и вытянула ноги.
– А что там с Сент-Джоном? Он нам может быть чем-нибудь полезен?
– Конечно. С его-то опытом и связями он нужен веем. Но бесплатно он палец о палец не ударит, поверь. Благотворительность – это не его песня.
Мария задумчиво водила пальцем по деревянным завитушкам, украшавшим кресло.
– Секс ему не нужен. С такой внешностью пират может заполучить любую женщину, которая ему понравится.
– Это правда. Сент-Джон известен своим разгульным образом жизни. – Саймон подошел к буфету и, налив себе бокал, небрежно прислонился к деревянным дверцам. Несмотря на кажущуюся беззаботность, молодой человек ни на секунду не терял бдительности и в любой момент готов был отразить неожиданное нападение. Мария знала об этом и очень ценила Саймона за его качества.
– Я думаю, что смерть твоих мужей и их связь с королевской секретной службой заинтересовали Сент-Джона.
Мария кивнула – она разделяла предположения Саймона. Скорее всего он мог использовать ее, как и Уэлтон, в качестве красивой приманки для своих мерзких делишек. Но у пирата наверняка были свои девушки для подобных целей.
– Как же удалось поймать его? Он столько лет успешно скрывался от правосудия, Сент-Джон все-таки допустил какую-то ошибку. Интересно, какую...
– Насколько я знаю, он не совершал никаких промахов. Просто нашли какого-то свидетеля, и тот согласился выступить с показаниями против него.
– Подлинного, внушающего доверие свидетеля? – Взгляд Марии затуманился при воспоминании о короткой встрече с пиратом. Он был абсолютно уверен в себе, как человек, который не боялся ничего на свете. И в то же время Сент-Джон принадлежал к той породе людей, с которыми было очень опасно иметь дело. – Или же какого-то несчастного силой заставили дать липовые показания против пирата?
– Скорее всего последнее. Я это узнаю.
– Да уж, пожалуйста. – Мария задумчиво смотрела на янтарную жидкость в бокале Саймона. Затем она невольно перевела взгляд на его широкие плечи и крепкие руки.
– Я бы очень хотел тебе помочь.
Искренность, с которой говорил молодой человек, тронула леди Уинтер.
– Ты, случайно, не знаешь какую-нибудь девушку, которой можно доверять и которая могла бы втереться в доверие к Уэлтону?
Рука Саймона с бокалом застыла в воздухе, а на лице появилась кривая усмешка.
– Ты просто чудо. Дэйтон хорошо тебя обучил.
– Надеюсь. Кажется, Уэлтон предпочитает блондинок. – Жаль, что мать об этом не знала.
– Я быстро найду подходящий вариант.
Мария откинулась на спинку кресла и закрыла глаза.
– Мария?
– Да? – Леди Уинтер услышала, как Саймон поставил стакан и уверенным, спокойным шагом подошел к ней. Она глубоко вздохнула, почувствовав, как, несмотря на внутреннее сопротивление, ее охватывает блаженное чувство безопасности.
– Тебе пора спать. – Широкая мужская ладонь легла на руку Марии. Легкий аромат сандалового дерева защекотал ноздри. Так пахла кожа молодого ирландца.
– Надо обсудить еще много моментов, – вяло запротестовала Мария, слегка приоткрыв глаза.
– Дела могут подождать до утра. – Саймон осторожно поставил ее на ноги и крепко прижал к себе. – Ты же знаешь, что я не отстану, покаты не послушаешься меня.
Мария зажмурилась, пытаясь справиться с истомой, разливавшейся по телу от нежных объятий.
Она не могла отделаться от воспоминаний прошлого, когда Саймон делил с ней постель и заставлял кричать от экстаза. Это было год назад. Потом Мария сама положила конец их отношениям. Как только она почувствовала, что прикосновения юноши превратились в нечто большее, чем просто чувственное удовольствие, то сразу оборвала их связь. Леди Уинтер не могла позволить себе роскошь любить и быть слабой. Тем не менее, Саймон по-прежнему жил у нее в доме. Она не хотела любить его, но и избавиться насовсем от красавца ирландца у девушки не хватило сил. Мария обожала этого смуглого юношу и ценила его дружбу, а еще больше – его знание психологии людей и общества.
– Я знаю твои правила. – Саймон нежно провел рукой по девичьей спине.
Мария понимала, что эти правила ему не нравились. Ирландец по-прежнему ее хотел. Сейчас она в этом не сомневалась – в живот ей упиралось недвусмысленное доказательство желания Саймона. Загорался он, как всякий юноша чуть старше двадцати, очень быстро.
– Если бы я была разумной женщиной, я бы заставила тебя уйти.
Саймон зарылся лицом в волосы Марии и еще крепче прижал ее к себе.
– Неужели за все эти годы ты так и не поняла, что тебе ни за что не удастся меня прогнать? Ведь я обязан тебе жизнью.
– Ты преувеличиваешь, – мягко возразила Мария, невольно вспоминая время, когда она увидела Саймона в первый раз. В глухом переулке он дрался один против двенадцати человек, дрался с такой яростью, что это испугало Марию и в то же время неожиданно возбудило. Сначала она не собиралась вмешиваться в чужую драку. В тот раз она шла по горячему следу Амелии и надеялась, наконец, найти свою сестру. Но, в конечном счете, совесть не позволила ей проигнорировать нечестный бой.
Размахивая шпагой и пистолетом, в окружении слуг, она смогла убедить противников Саймона, что с ней лучше не иметь дела. И нападающие предпочли ретироваться. Когда Саймон остался один, окровавленный и еле державшийся на ногах, он продолжал отчаянно размахивать руками и кричать, что ему не нужна была ничья помощь.
После чего он без сознания рухнул к ее ногам.
Поначалу Мария просто хотела помочь ему немного прийти в себя, отмыть и отпустить с Богом. Но когда юноша вышел из ванны, она увидела перед собой восхитительный образчик мужской красоты, от которой захватывало дух. И Мария решила оставить его у себя.
Саймон сделал шаг назад, на его лице появилась кривая усмешка.
– Я б еще раз встретился лицом к лицу с дюжиной врагов, с тысячью, если бы это помогло мне вернуть тебя.
Мария с усталой улыбкой покачала головой:
– Ты неисправим и к тому же излишне возбужден.
– Мужчина не может быть чересчур возбужденным, – рассмеялся ирландец, и, обхватив Марию за талию, повел к двери. – Тебе не удастся перевести разговор на другую тему. Я все равно отведу тебя в постель. Тебе нужно хорошенько выспаться, а мне – пожелать тебе сладких снов.
– Ты так ничего и не понял насчет меня? – спросила леди Уинтер, поднимаясь по лестнице на второй этаж, где располагалась ее спальня. – Я предпочитаю не видеть снов. После них просыпаешься в ужасной депрессии.
– В один прекрасный день все образуется, – убежденно сказал Саймон. – Я тебе это обещаю.
Мария сладко зевнула и от неожиданности охнула, оказавшись в руках Саймона, а затем в постели. Лишь после того, как Саймон, нежно поцеловав ее в лоб, вышел из спальни, Мария смогла по-настоящему расслабиться.
Прежде чем заснуть, она вспоминала пронзительный взгляд голубых глаз, которые принадлежали совсем другому человеку...
– Добрый вечер, сэр. Кристофер кивнул дворецкому. Из гостиной слева сквозь открытые двери доносился хриплый смех, заполняя прихожую.
– Пришли ко мне Филиппа, – мягко приказал Сент-Джон, бросив дворецкому шляпу и перчатки.
– Да, сэр.
На пути к лестнице Кристофер прошел мимо буйной компании его товарищей. Его окликнули, и Кристофер задержался на пороге, окинув взглядом собравшихся. Эти люди заменяли ему семью. Все сегодня праздновали его освобождение – дьявольскую удачу, как они выражались. Но Кристофера ждала работа. Слишком многое ему предстояло выяснить и проделать, чтобы реально обеспечить и гарантировать свой нынешний статус свободного человека.
– Развлекайтесь без меня, – посоветовал он, поднимаясь по лестнице, и категорическим жестом остановил протестующие крики и возгласы.
Сент-Джон добрался до своих апартаментов на втором этаже. Камердинер Томпсон помог ему раздеться. Кристофер расправил плечи, освободившись от жилета, и сделал несколько физкультурных упражнений, прогоняя усталость.
В дверь тихонько постучались, вошел молодой человек. Сент-Джон невольно взглянул на часы и усмехнулся про себя: Филипп пришел ровно в назначенное время. Минута в минуту. Видимо, ждал за дверью, чтобы соблюсти такую точность.
– Ну и что тебе удалось узнать? – спросил Кристофер без долгих церемоний.
– Ровно столько, сколько можно было выяснить за один день. – Филипп сдернул галстук и принялся расхаживать по комнате большими шагами, его светло-зеленые куртка и бриджи резко контрастировали с обитыми коричневой кожей стенами.
– Сколько раз я должен тебе повторять, что не следует показывать свое волнение? – упрекнул его Кристофер. – Это выдает твою слабость, и другие могут этим воспользоваться.
– Приношу мои извинения. – Молодой человек поправил очки на носу и кашлянул.
– И не надо извиняться. Просто исправься. Стой прямо, не сутулься и смотри мне в глаза, как равный.
– Но я вам неровня! – запротестовал Филипп, застыв на полушаге. Какое-то мгновение он был похож на обиженного, незаслуженно наказанного пятилетнего малыша.
– И то верно, – согласился Кристофер, махнув рукой. – Но ты должен стараться, прилагать хоть какие-то усилия, чтобы держаться со мной наравне. Уважение зарабатывается здесь и сейчас, и далее – каждую минуту. В окружающем тебя мире никто не будет относиться ж тебе с должным респектом, если сам ты будешь просто услужливым и исполнительным. Знаешь, зачастую круглый дурак добивается успеха и преуспевает, просто потому, что ведет себя нагло и уверенно, доказывая, что он в своем праве.
– Да, сэр. – Филипп расправил плечи и вскинул подбородок.
Кристофер улыбнулся. Парнишка еще станет мужчиной. Он будет твердо стоять на ногах и противостоять всяческим пакостям, которыми кишит жизнь.
– Отлично. А теперь говори.
– Леди Уинтер двадцать шесть лет, она дважды вдова, ни с одним из мужей не провела в постели больше двух лет.
Кристофер покачал головой:
– Не мог бы ты начать с чего-нибудь такого, что мне не известно?
Филипп вспыхнул.
– Не стоит так волноваться. Просто помни, что время ценно и ты хочешь, чтобы другие ценили твое время тоже. Ты всегда должен начинать с сути дела, с самого ценного, что реально может заинтересовать собеседника, а уж затем переходить к деталям.
Сделав глубокий вдох, Филипп выпалил:
– У нее есть постоянный любовник.
– Хорошо... – Кристофер замер, перед глазами возник образ размягченной леди Уинтер, возбужденной и разгоряченной страстной игрой. – Вот это уже похоже на новость.
– Пока что мне не удалось выяснить ничего, кроме того, что этот любовник ирландец по происхождению и что он находится среди ее челяди с момента кончины лорда Уинтера два года тому назад.
– Два года, – задумчиво повторил Сент-Джон.
– Кроме того, я обнаружил кое-что любопытное в ее отношениях с отчимом, лордом Уэлтоном.
– Любопытное? – переспросил Кристофер.
– Да, слуга, с которым я беседовал, упомянул о его частых визитах к леди Уинтер. Мне это кажется странным.
– Возможно, потому, что твои отношения с отчимом были не слишком доверительными?
– Возможно.
Кристофер засунул руки в рукава камзола, который камердинер держал перед ним.
– Томпсон, приведи Бет и Анджелику ко мне. Камердинер с легким поклоном поспешил выполнять просьбу, а Кристофер направился в гостиную.
– А что нам известно о ее финансовом положении? – бросил он через плечо.
– Пока недостаточно, – ответил Филипп, следуя за ним. – Но утром это будет исправлено. Похоже, леди Уинтер порядком напугана, и мне удивительно, зачем ей надо добывать деньги таким ужасным способом.
– И ты пришел к выводу, что у нас имеются основания считать ее виновной?
– Ну... пожалуй, нет.
– Я не могу обходиться догадками и предположениями, Филипп. Добудь мне доказательства.
– Да, сэр.
Кристофер задумался. Два года – это срок, свидетельствующий о том, что она способна испытывать привязанность. Женщина не будет делить плотские радости с мужчиной на протяжении столь долгого времени, не питая к нему хотя бы каких-то нежных чувств.
– Расскажи мне об Уэлтоне, Филипп.
– Мот и развратник, который тратит большую часть времени на азартные игры и шлюх.
– Излюбленные места?
– Клуб «Уайтс» и бордель Бернадетт.
– Предпочтения?
– Риск, азарт и блондинки.
– Отличная работа. – Кристофер улыбнулся. – Приятно, что ты собрал столько информации всего за несколько часов.
– На карту поставлена ваша жизнь, – сказал Филипп просто. – На вашем месте я бы взял в помощники кого-нибудь более опытного.
– Ты вполне готов.
– Это весьма спорно, но в любом случае спасибо. Подойдя к ряду графинов, выстроившихся на столике орехового дерева, Кристофер налил себе стакан воды.
– А потом, как я смогу использовать тебя, если ты останешься зеленым юнцом?
– Да, эксплуатация человека остается вашей единственной целью, – сухо произнес Филипп, прислонившись к каминной доске, – Боже упаси, если мое благосостояние обязано мгновенному приступу вашего великодушия.
Кристофер фыркнул и осушил свой стакан.
– Пожалуйста, воздержись от подобной клеветы на мой характер. Весьма невежливо с твоей стороны так порочить меня.
Филипп нахально закатил глаза.
– Ваша устрашающая репутация была заработана тяжким трудом и многократно доказана. Спасение заблудших овец и помощь бездомным не поднимет из океанских глубин потопленные корабли, не возместит разграбленные грузы и не оживит глупцов и безумцев, рискнувших встать на вашем пути. Вам незачем утруждать себя. Моя безграничная благодарность не уменьшит вес ваших дурных деяний и прегрешений.
– Наглый мерзавец.
Филипп улыбнулся, и тут минутная тишина была нарушена тихим стуком в дверь.
– Войдите, – отозвался Кристофер и слегка склонил голову в приветствии при появлении стройной блондинки и миниатюрной, очень сексуальной брюнетки. – Как это мило! Мне как раз нужны вы обе.
– Мы скучали без вас, – сказала Бет, соблазнительно тряхнув копной распущенных светлых волос. Анджелика просто подмигнула. На первый взгляд она казалась более спокойной, чем Бет, но только не во время любовных игрищ. Тут уж она изрыгала проклятия не хуже заправского моряка.
– Простите, – встрял Филипп, нахмурившись. – Откуда вам известно, что Уэлтону нравятся рыжие девицы?
– А, почему ты думаешь, что они пришли не ради меня? – парировал Кристофер.
– Потому что мы сейчас ведем деловую беседу, а вы никогда не смешиваете работу и удовольствия.
– А может, удовольствие – это и есть самое главное дело, мой юный Филипп.
Серые глаза Филиппа сузились за стеклами очков, что было очевидным признаком его умственных усилий. Именно эта склонность все продумывать заранее и привлекла к нему внимание Кристофера. Свежие мозга не следовало растрачивать понапрасну.
Отставив стакан в сторону, Кристофер опустился в кресло.
– У меня есть просьба к вам обеим.
– Все, что угодно, – промурлыкала Анджелика, – мы все обеспечим, будьте уверены.
– Благодарю, – любезно ответил Сент-Джон, уверенный, что они согласятся на все его условия. Верность и преданность в его доме считались нормой. Кристофер был готов драться до последней капли крови за любого из своих людей, любого, кто служил ему или просто находился под его покровительством. И люди отвечали ему взаимностью. – Завтра придет модистка и снимет мерку с вас обеих, чтобы пошить новые наряды. – Хищный блеск в глазах девушек заставил его улыбнуться. – Бет, вам придется стать самой близкой, доверенной наперсницей лорда Уэлтона.
Блондинка кивнула. От движения чуть колыхнулись ее большие, не слишком прикрытые голубым платьем груди.
– А я? – спросила Анджелика. Ее ярко накрашенные губы искривились в нетерпеливом ожидании.
–А ты, моя черноокая красотка, послужишь отвлекающим моментом, когда это потребуется.
Кристофер не был уверен, тугой ли кошелек леди Уинтер или ее красота привлекают молодого любовника. Используя минимальный шанс, Сент-Джон всей душой надеялся, что экзотические черты лица Анджелики, тщательно подобранный наряд и макияж богатой женщины смогут соблазнить его соперника. Конечно, Анджелика даже близко не была столь утонченной и рафинированной, как Ледяная Вдова, но она выглядела моложе и на лицо были признаки испанского происхождения. Значит, есть шанс, что она понравится чертову ирландцу.
Потирая след укола, оставленный на его запястье кольцом леди Уинтер, Кристофер вдруг признался себе, что ему ужасно хочется вновь оказаться в обществе пресловутой соблазнительницы. Очень уж тонкая штучка. Хрупкая внешность и сумасшедший, заводной темперамент. Сент-Джон не сомневался, что очень скоро его жизнь станет намного интереснее, чем была в последнее время. И его просто угнетала необходимость переждать несколько дней до новой встречи с леди Уинтер.
Последнее время сексуальные аппетиты Сент-Джона возросли из-за отсутствия женского общества. В течение долгого времени он находился в заключении, в тюрьме. Конечно же, это было единственной причиной, отчего Кристофер вспоминал о Ледяной Вдове с вожделением. Он жаждал просто переспать с ней, и ничего больше.
Девушки уже собрались уходить, когда Кристофер вдруг в последний момент заявил:
– Анджелика, я хочу, чтобы ты осталась. А остальным спокойной ночи.
Филипп и Бет попрощались и вышли. Анджелика облизнула губы.
– Затвори дверь, дорогая. А теперь погаси свет.
Кристофер вздохнул, когда свет потускнел. Это, конечно, не леди Уинтер. Но в темной комнате сойдет и она.
Перевод заглавия:   Passion for the Game
Штрихкод:   9785170528653
Аудитория:   18 и старше
Бумага:   Газетная
Масса:   272 г
Размеры:   207x 135x 20 мм
Оформление:   Тиснение золотом
Тираж:   7 000
Литературная форма:   Роман
Сведения об издании:   Переводное издание
Тип иллюстраций:   Без иллюстраций
Переводчик:   Цареградский Г.
Негабаритный груз:  Нет
Срок годности:  Нет
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить