Желание под солнцем Желание под солнцем Еще вчера Джослин Сан-Пьетро считал себя благородным британским джентльменом, а сегодня он бесправный раб в колониях Нового Света, собственность юной Лайлы Реми. Но Джослин поднимает жестокий бунт на невольничьем корабле и становится главарем мятежников, намеренных отныне заниматься пиратством в Южных морях. Теперь Лайла - его пленница, он волен делать с ней что пожелает. Сгорая от мучительной страсти, пиратский капитан сдерживает данную себе клятву: Лайла будет принадлежать ему не только телом, но и душой. И случится это, если она сама полюбит похитителя... АСТ 978-5-17-054163-8
75 руб.
Russian
Каталог товаров

Желание под солнцем

  • Автор: Карен Робардс
  • Твердый переплет. Целлофанированная или лакированная
  • Издательство: АСТ
  • Серия: Шарм
  • Год выпуска: 2008
  • Кол. страниц: 316
  • ISBN: 978-5-17-054163-8
Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре
  • Отзывы ReadRate
Еще вчера Джослин Сан-Пьетро считал себя благородным британским джентльменом, а сегодня он бесправный раб в колониях Нового Света, собственность юной Лайлы Реми. Но Джослин поднимает жестокий бунт на невольничьем корабле и становится главарем мятежников, намеренных отныне заниматься пиратством в Южных морях. Теперь Лайла - его пленница, он волен делать с ней что пожелает. Сгорая от мучительной страсти, пиратский капитан сдерживает данную себе клятву: Лайла будет принадлежать ему не только телом, но и душой. И случится это, если она сама полюбит похитителя...
Отрывок из книги «Желание под солнцем»
Карен Робардс Желание под солнцем
Глава 1
– Мисс Реми… Дилайла… вы в моих мыслях дни и ночи! Вы волшебница, вы чаровница, и вы пленили мое сердце. Я…

– Молю, не говорите больше ничего, мистер Калверт, – пробормотала Лайла, пытаясь высвободить руку. Словно лишившийся рассудка, мистер Калверт упрямо цеплялся за ее пальцы, опустившись перед ней на колени. Она в отчаянии смотрела на курчавую каштановую голову, склонившуюся к ее руке.

Майкл Калверт был еще почти мальчик, на год или около того моложе ее самой, а ей исполнилось двадцать один. Она была влюблена в него не больше чем в Геркулеса, избалованного спаниеля двоюродной бабушки, который в данный момент довольно свернулся рядом с ней на качелях веранды, и его короткая рыжая шерсть обильно усеивала тонкий белый шелк ее платья. Но убедить мистера Калверта в отсутствии у нее интереса к нему до сих пор представлялось не более возможным, чем обескуражить Геркулеса. Ни тот ни другой, похоже, не были склонны понять вежливые намеки. Мистер Калверт упорно ухаживал за ней на протяжении всех трех месяцев ее пребывания в гостях у своей двоюродной бабушки Аманды Бартон в Боксхилле. И теперь он явно вознамерился высказаться до конца. Если он и услышал ее тихим голосом высказанную мольбу, то не обратил на это внимания.

Лайла вздохнула, даже не делая попытки приглушить вздох. У нее, пойманной, словно в ловушку, в темном углу веранды и не желающей устраивать сцену, не оставалось иного выхода, кроме как выслушать его.

– Я люблю вас! Я хочу, чтобы вы стали моей женой!

До этого было еще много всего сказано, но она пропустила большую часть. Теперь он вновь завладел ее вниманием, прижавшись лицом к ее руке и целуя тыльную сторону ладони влажным ртом.

– Вы оказываете мне слишком большую честь, мистер Калверт, – проговорила она сквозь стиснутые зубы.

Соблюдению правил приличия не придавалось такого большого значения у нее дома, на острове Барбадос, где при всей гордости его жителей тем, что у них больше британского, чем в самой Британии, нравы были гораздо свободнее, чем здесь, в колониальной Виргинии.

В Боксхилле манеры имели огромное значение. Хотя колонии официально освободились от британского господства более десяти лет назад и в настоящее время, в 1792 году, переживали пылкую и страстную любовь ко всему французскому, в сфере этикета колонии оставались такими же по-британски консервативными, как всегда.

Поэтому Лайла благоразумно воздерживалась от своего вполне естественного желания вознаградить мистера Калверта за его самозабвенную любовь хорошим пинком, от которого тот бы приземлился на мягкое место, ибо прекрасно понимала, что такая выходка будет воспринята крайне неодобрительно старыми матронами, бесспорным лидером которых являлась ее двоюродная бабка. За время своего визита у Лайлы развилось здоровое уважение к ядовитому язычку Аманды Бартон. И если какие-нибудь крайние обстоятельства не вынудят ее к этому, она бы предпочла избежать еще одного нагоняя. Хотелось бы прожить оставшиеся три недели своего визита, не нарушив больше ни одного священного догмата Аманды относительно поведения, ожидаемого от приличных юных леди.

– Оказать вам слишком большую честь было бы невозможно, – продолжал разглагольствовать мистер Калверт, дерзко прижимаясь губами ближе к запястью. – Как моей жене вам будут оказываться все возможные почести!

Лайла смотрела на мальчишку, стоящего перед ней на коленях, и раздраженно хмурилась. В самом деле, это уже становится нелепым! Холостые джентльмены графства Мэтьюз находили сочетание ее изысканной красоты и богатства сахарной плантации Барбадоса исключительно неотразимым, как, разумеется, и должно быть. Еще ни разу в жизни она не испытывала недостатка в мужском внимании и не ждала, что колониальные мужчины окажутся другими. За четыре года после своего дебюта на ее счету было около двух дюжин предложений о браке, каждое из которых она не колеблясь отклонила. Предложение мистера Калверта было третьим из полученных ею за время своего пребывания в Боксхилле, и еще два джентльмена усердно ухаживали за ней, но пока что ей удавалось удерживать их от перехода к существу дела.

Она снова вздохнула. Правда заключалась в том, что ей никто из них не нравился настолько, чтобы выйти замуж. Но она не становится моложе, она единственный ребенок у отца, и он не упускал возможности напомнить, что ей пора выйти замуж и родить наследников для «Услады сердца». Ей уже начинало казаться, что лучшее, что она может сделать, – это принять предложение племянника своей мачехи Кевина Толботта, которое он впервые сделал, когда ей было семнадцать, и с тех пор регулярно повторял, а она с такой же регулярностью отклоняла. Кевин был выбором ее отца, а отец при всех его недостатках самый умный человек из всех, кого она знала. По крайней мере брак с Кевином позволит ей продолжать жить в «Усладе сердца», которую она любит преданной любовью, и в то же время обеспечить плантацию компетентным управляющим на многие годы. В качестве ее мужа Кевин продолжит свою работу в должности управляющего вплоть до смерти отца. Затем он и она унаследуют «Усладу сердца», и жизнь на обширной сахарной плантации потечет как всегда. Ее отец, похоже, считал эту мысль весьма разумной. Лайла находила ее более чем огорчительной.

Она лелеяла такие надежды на этот визит, так мечтала, что в этом новом и, как она думала, волнующе отличном от Барбадоса месте она может встретить мужчину, который поразит ее, вскружит ей голову и заставит влюбиться. Но как предупреждала ее мачеха перед отплытием, мечты – они и есть мечты, а суровая реальность – вот этот нелепый мальчишка у ее ног. Глядя на него сверху, Лайла на мгновение представила, как ложится с ним в постель в их первую брачную ночь, и ее передернуло. Уж лучше Кевин, который, несмотря на его грубоватость, по крайней мере знаком. В этом отец, как всегда, прав. Любовь – это не что иное, как выдумки глупцов, и если она воспользуется данными ей Богом мозгами, то выйдет замуж по здравым, разумным причинам.

– …скажите, что будете моей!

Несмотря на ее невнимательность, мистер Калверт продолжал объясняться в неумирающей любви и целовать ее руку с преданностью щенка. Язвительный ответ, который так и вертелся у нее на кончике языка, был подавлен в пользу вежливых фраз, предназначенных для подобных ситуаций. Она, конечно же, не могла сказать ему, что со своим писклявым голосом и курчавыми волосами он напоминает ей пса Геркулеса! По крайней мере до тех пор, пока эти слюнявые лобызания ее руки не перейдут грань, которую она может стерпеть.

– Прошу вас, отпустите мою руку, мистер Калверт. Я не могу выйти за вас замуж. – Голос слегка выдавал ее раздражение. Свободная рука так и чесалась надрать ему уши. Но она потерпит еще немножко, и, возможно, мистер Калверт образумится прежде, чем она вынуждена будет так основательно запятнать свою репутацию. Было бы неплохо, если б ей удалось оставить свой образ сахарной принцессы в сознании мистера Калверта невредимым. Но если его рот проберется еще выше по руке…

Мистер Калверт, захваченный силой страсти и, очевидно, помимо этого пораженный еще и глухотой, начал осыпать поцелуями каждый палец. После еще одной безрезультатной попытки вырвать руку Лайла окинула отчаянным взглядом темную веранду, чтобы убедиться, что этой нелепой сцепы никто не видит.

Вечеринка на открытом воздухе давалась ее бабкой в се честь. Когда стемнело, вся компания перешла в дом на танцы, которые являлись традиционным завершением такого увеселительного мероприятия. Веселая музыка доносилась из открытых окон, оглашая веранду, зеленые бархатные лужайки и тщательно ухоженный розарий.

Свет лился из длинных окон, делая уголок террасы, в котором она оказалась запертой, еще темнее по контрасту. Стоял июль, и ночь была теплой. Нестройное стрекотание цикад и запах жимолости, растущей вокруг террасы, в сочетании с музыкой и смехом образовывали нелепо романтические декорации к се затруднительному положению. Весь вечер она танцевала, не пропуская ни одного танца, и во время последнего перерыва в музыке почувствовала, что более чем увлажнилась (леди никогда не потеют!). Поэтому уступила настойчивому предложению мистера Калверта выйти и посидеть на качелях, чтобы перевести дух.

– О, Лайла, если вы согласитесь выйти за меня замуж, то сделаете меня счастливейшим из мужчин! – Мистер Калверт, вдохновленный страстью на несвойственную ему дерзость, зашел настолько далеко, что дотронулся языком до ее ладони. Шокированная, Лайла сильно дернула руку, ее легкое недовольство переросло в подлинное негодование. Геркулес, потревоженный ее резким движением, поднял голову. Его рассерженные глаза-бусинки переместились на мистера Калверта, и он тихо зарычал.

– Тише, Геркулес! – раздраженно бросила Лайла и вновь переключила внимание на мистера Калверта. – Нет, я не выйду за вас замуж, так что отдайте мою руку! – прошипела она, ее терпение в конце концов истощилось. Мистер Калверт поднял взгляд. Его карие глаза, которые почти не отличались от Геркулесовых, взирали на нее с пылкостью.

– Эта ваша застенчивость крайне привлекательна. Мне бы не хотелось, чтобы моя жена была чересчур смелой, – последовали раздражающие слова. Явно не замечающий выражения се лица, он поднес ее руку к своему рту и снова прижался языком к ладони. Это было уж слишком. Не на шутку разозлившись, Лайла подняла обутую в изящную туфельку ногу, поставила ее прямо на середину тощей груди мистера Калверта и со всех сил пихнула его, в то же время выдернув свою руку. Эффект получился неожиданным. Правда, мистер Калверт отпустил ее руку и повалился назад – но и она тоже! Сила толчка перевернула качели. Не успев понять, что происходит, она уже летела назад с веранды без перил, настолько ошеломленная этим неожиданным падением, что успела только хрипло вскрикнуть, повалившись на один из цветущих кустов жимолости. Шок удара вырвал у нее неподобающее леди ругательство. Геркулес, свалившийся с качелей вместе с ней, шлепнулся рядом на землю с негодующим взвизгом.

– Лайла! О Господи ты Боже мой! – Перепуганный возглас мистера Калверта был почти таким же пронзительным, как и визг Геркулеса.

Несколько мгновений Лайла лежала, растянувшись на поломанном кусте, потрясенная и оглушенная. Острые веточки втыкались в кожу, но она уже чувствовала, что больший ущерб был нанесен ее достоинству, чем ей самой. Ее злость, и без того уже вспыхнувшая, вышла из-под контроля. Ужасная уверенность, как нелепо она должна выглядеть, распластавшись лицом вниз на поломанном кусте, с запутавшимися вокруг ног юбками, отнюдь не служила для нее успокаивающим бальзамом.

Лайла стала лихорадочно извиваться в попытке выбраться из куста, но ветки зацепились за платье, и она обнаружила, что попалась. Если она попытается встать, то порвет платье с бог знает какими катастрофическими последствиями для ее скромности. Она судорожно силилась отцепить ветку, зацепившуюся за корсаж.

– Пожалуйста, позвольте помочь вам… Смех, который он тщетно пытался сдержать, исказил его голос. Его явное веселье подействовало на ее злость, как алкоголь на огонь. Зад ее был поднят, в то время как голова висела лишь в нескольких дюймах от земли. Она оказалась в ловушке – в ловушке! – со своими молотящими воздух ногами в подвязках и белых чулках, выставленными на его обозрение! Коричневая земля, усеянная дождем опавших цветков, – вот все, что она видела, не считая застилающей глаза красной пелены! Она была так зла, что с радостью убила бы хихикающего идиота! Она протянула руку назад и безуспешно попыталась отыскать край платья и одернуть его вниз до уровня приличия. К своему ужасу, она почувствовала, как его рука сделала то, что не смогла она. Костяшки пальцев при этом коснулись ее бедер!

– Убери от меня свои руки, негодяй ты этакий! Как ты смеешь дотрагиваться до меня?! Как ты смеешь смеяться?! Это все из-за тебя, дурья башка, бесхребетный болван, и позволь тебе сказать, что я бы не вышла за тебя, даже если!.. Прекрати смеяться, черт бы тебя побрал! Прекрати смеяться, ты слышишь?

Несдерживаемый мужской смех, который стал лишь громче в ответ на ее тираду (или нелепую картину, которую она представляла, дергаясь и извиваясь в попытке выпутаться из куста!), разъярил Лайлу до такой степени, что она уже не могла думать ни о чем, кроме мести. Дернувшись вверх под аккомпанемент треска рвущейся материи, Лайла вылетела из куста, как ядро из пушки, и нацелила совсем не подобающий леди, но вполне заслуженный удар наотмашь в голову этого негодяя. Но всего за пару дюймов до того, как удар достиг цели, се кулак был пойман железной хваткой. К своему ужасу, Лайла обнаружила, что джентльмен, который имел наглость одернуть ей юбки, чьи глаза все еще весело блестели, даже после того, как он не дал ей угодить ему внос, вовсе не мистер Калверт. Над ней смеялся совершенно незнакомый ей мужчина.

Оставить заявку на описание
?
Штрихкод:   9785170541638
Аудитория:   Общая аудитория
Бумага:   Газетная
Масса:   270 г
Размеры:   207x 134x 18 мм
Тираж:   6 000
Литературная форма:   Роман
Сведения об издании:   Переводное издание
Тип иллюстраций:   Без иллюстраций
Переводчик:   Комцян М.
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить