Щелкни пальцем только раз Щелкни пальцем только раз Посещение родственницы в доме для престарелых оборачивается для почтенной пары Бересфордов неожиданными и опасными приключениями. Из приюта пропадает странная старушка, твердящая о каких-то зловещих преступлениях, и неугомонная Таппенс Бересфорд отправляется на ее поиски... Эксмо 978-5-699-38205-7
165 руб.
Russian
Каталог товаров

Щелкни пальцем только раз

Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре (1)
  • Отзывы ReadRate
Посещение родственницы в доме для престарелых оборачивается для почтенной пары Бересфордов неожиданными и опасными приключениями. Из приюта пропадает странная старушка, твердящая о каких-то зловещих преступлениях, и неугомонная Таппенс Бересфорд отправляется на ее поиски...
Отрывок из книги «Щелкни пальцем только раз»
Агата Кристи

ЩЕЛКНИ ПАЛЬЦЕМ ТОЛЬКО РАЗ

Книга первая

«Солнечный кряж»

1. Тетя Ада

Мистер и миссис Бересфорд сидели за столом и завтракали. Они были самой заурядной супружеской четой. В этот миг по всей Англии сотни таких же пожилых пар сидели за завтраком. И день был самый заурядный, таких дней бывает в неделе пять из семи. Вроде собирался дождь, да только никак не мог собраться.

Когда-то волосы у мистера Бересфорда были огненно-рыжие. Рыжина и сейчас еще проглядывала, но в целом они приобрели тот песочно-седоватый оттенок, какой часто приобретают огненно-рыжие волосы людей в среднем возрасте. Миссис Бересфорд некогда была чернявой и носила прическу, похожую на пышную курчавую копну. Ныне же в черных локонах появились беспорядочные и аляповатые седые пряди, причем выглядели они на удивление мило. Когда-то миссис Бересфорд даже подумывала покрасить волосы, но потом решила, что все-таки больше нравится сама себе в естественном обличье. Волосы она не окрасила, но в качестве самоутешения стала пользоваться губной помадой другого оттенка.

Пожилая пара за завтраком. Милая пара, но в них нет ничего примечательного, как сказал бы посторонний человек, увидев их. А если бы этот посторонний оказался молодым, он непременно добавил бы: «О да, весьма приятная пара, но до смерти скучна, как и все старики, разумеется».

Однако мистер и миссис Бересфорд еще не причисляли себя к старикам. И они даже представления не имели о том, что их, как и многих других, записывают в «до смерти скучные» исключительно из-за этого. Записывают, разумеется, только молодые, но ведь молодежь, снисходительно подумали бы они, понятия не имеет, что такое жизнь. Бедняжки, они же постоянно переживают из-за экзаменов или интимной жизни, покупают себе какую-то странную одежду или вытворяют чудеса со своими волосами, чтобы привлечь к себе внимание. С точки зрения самих мистера и миссис Бересфорд, они едва миновали пору расцвета. Они нравились самим себе и нравились друг другу, и каждый день приносил им тихую радость.

Бывало, конечно, и по-другому.

Мистер Бересфорд вскрыл письмо, пробежал его глазами и положил на стол, на небольшую стопку под левой рукой. Взял следующее, но вскрывать не стал, а так и застыл, глядя не на письмо, а на тостер.

— Что случилось, Томми? — спросила жена.

— Случилось? — рассеянно отозвался он. — Случилось?!

— Именно так я и сказала, — подтвердила миссис Бересфорд.

— Ничего не случилось, — ответил мистер Бересфорд. — А что должно случиться?

— Ты о чем-то подумал, — укоризненно сказала Таппенс.

— Едва ли.

— Нет, подумал. Что-нибудь случилось?

— Да нет, разумеется, нет. Что может случиться? — Потом он добавил:

— Пришел счет от водопроводчика.

— О-о, — протянула Таппенс с видом человека, которого просветили. — Вероятно, он заломил больше, чем ты ожидал.

— Естественно, — подтвердил Томми, — как всегда.

— И почему только в свое время мы не пошли в слесари-водопроводчики? — сказала Таппенс. — Если бы ты пошел по этой стезе, я была бы подручной слесаря, и мы каждый день загребали бы деньги лопатой.

— Как же это мы проглядели такую возможность?

— Ты только что смотрел на счет от водопроводчика?

— Нет, это было всего лишь обращение.

— Малолетние преступники… расовая интеграция?

— Нет, всего лишь еще один Дом, который открывают для престарелых.

— Это, во всяком случае, нечто более земное, — сказала Таппенс, — но я не понимаю, почему ты так встревожился.

— О, я думал совсем о другом.

— Ну, тогда о чем же ты думал?

— Вероятно, обращение навело меня на такие мысли, — ответил мистер Бересфорд.

— На какие? — спросила Таппенс. — Знаешь ведь, что все равно расскажешь.

— Да ничего особенно важного. Я просто подумал, что, возможно… ну это тетя Ада.

— О-о, понятно, — ответила Таппенс, мгновенно все уяснив. — Да, — добавила она мягко, как бы размышляя, — тетя Ада.

Их взоры встретились. Увы, приходится признать, что в наши дни почти в каждой семье есть своя «тетушка». Имена разные — тетя Амелия, тетя Сузи, тетя Кейти, тетя Джоан. Это могут быть бабушки, состарившиеся кузины и даже внучатые тетушки. Но они существуют и являют собой житейскую проблему, которую нужно решать. Приходится много хлопотать, осматривать дома для престарелых в поисках подходящего, наводить всякого рода справки с помощью врачей и друзей, у которых есть свои «тети Ады», которые бывают «совершенно счастливы», пока не умрут где-нибудь в «Лаврах», в «Бексхилле» или в «Счастливых лугах Скарборо».

Давно уже прошли те времена, когда тетя Элизабет, тетя Ада и остальные счастливо доживали свой век в собственных домах, где за ними ухаживали преданные, хотя порой несколько назойливые старые слуги, где их вкусно кормили три раза в день и укладывали баиньки. Либо же за ними присматривали бедные родственницы и полоумные кузины из старых дев. Теперь же все по-другому.

К сожалению, тети Ады доставляют гораздо больше хлопот, чем люди, находящиеся на противоположном конце возрастной шкалы. Детей можно устроить в приют, сбагрить родственникам или отправить в приличные школы, где они остаются на каникулы; можно договориться о поездках на пони или об отправке в лагеря, и обычно дети почти не возражают против того, что им предлагают. Совсем не так обстоит дело с тетями Адами. Родная тетя Таппенс Бересфорд — двоюродная бабушка Примроуз — была известной скандалисткой. Угодить ей никак не удавалось. Не успевала она появиться в каком-нибудь заведении, предоставляющем жилье с удобствами и чуткий уход, и написать несколько в высшей степени хвалебных писем своей племяннице, как вдруг в следующем письме та читала, что тетушка ни с того ни с сего в гневе покинула заведение.

«Там невыносимо. И я минуту там больше не могла оставаться».

За год тетушка Примроуз перебывала в одиннадцати подобных заведениях и наконец написала, что она повстречала довольно милого молодого человека. «И впрямь очень преданный мальчик. Он лишился матери в юном возрасте, и он очень нуждается в уходе. Я сняла квартиру, и он переедет ко мне. Все устроилось к нашему обоюдному удовольствию. Мы родственные души. Тебе больше не придется из-за меня тревожиться, дорогая Пруденс. Мое будущее устроено. Завтра я встречаюсь со своим адвокатом, поскольку мне следует оставить кое-что Мервину на тот случай, если я отойду в мир иной раньше, чем он, что, само собой, вполне естественно, хотя уверяю вас, что в данный момент я чувствую себя отлично».

Таппенс поспешила на север, в Абердин. Но так уж вышло, что полиция прибыла туда раньше и забрала пленительного Мервина, которого уже давно разыскивала по обвинению в мошенничестве. Тетушка Примроуз была страшно возмущена и называла это преследованием, однако, побывав на судебном разбирательстве, где рассматривалось сразу 25 пунктов, была вынуждена изменить мнение о своем протеже.

— Пожалуй, мне следует съездить проведать тетю Аду, Таппенс, — сказал Томми. — Давненько я к ней не заглядывал.

— Пожалуй, да, — без особого воодушевления ответила Таппенс. — Сколько уж прошло?

Томми задумался.

— Да уже почти год, — сказал он.

— Ты что, — возразила Таппенс. — Я думаю, больше.

— О боже, — сказал Томми, — время и впрямь летит, правда? Просто не верится. И все же, Таппенс, ты, пожалуй, права. — Он принялся подсчитывать. — Плохо, что забыли старушку. Даже на душе как-то тяжело.

— А это ты зря, — не согласилась с ним Таппенс. — В конце концов мы посылаем ей вещи и шлем письма.

— Оно, конечно, так. Ты молодчина, Таппенс. И все же иногда бывает, что читаешь и расстраиваешься.

— Ты вспомнил об этой жуткой книге, что мы взяли в библиотеке? — спросила Таппенс. — И о том, как ужасно было бедным старикам, как они страдали?

— Я полагаю, это было взято из жизни.

— О да, — ответила Таппенс, — такие места наверняка есть. И есть люди, которые ужасно несчастны, которые просто не могут не быть несчастными. Но что еще можно сделать, Томми?

— Что можно сделать? Только быть как можно осмотрительнее при выборе заведения, все о нем разузнать и удостовериться, что за нею присматривает хороший врач.

— Ты должен признать, что лучше доктора Марри не найти.

— Да, — согласился Томми, и озабоченное выражение сошло с его лица. — Марри первоклассный парень. Добрый, терпеливый. Если бы что-нибудь было не так, он бы сообщил нам.

— Так что, я думаю, нечего тебе переживать, — сказала Таппенс. — Сколько ей уже?

— Восемьдесят два, — ответил Томми. — Нет, нет, я думаю, восемьдесят три, — поправился он. — Мерзкое ощущение, наверное, когда ты всех пережил.

— Это нам так кажется, — сказала Таппенс. — У них такого чувства нет.

— Как знать.

— Ну, твоя тетя Ада уже не чувствует этого. Разве ты не помнишь, с какой радостью она перечисляла нам старых друзей, которых пережила? А закончила, сказав: «Ну, а что касается Эми Морган, так я слышала, что больше полугода она не протянет. Она всегда, бывало, говорила, что, дескать, я такая хрупкая. А теперь почти наверняка я ее переживу. Причем переживу на много лет». Она прямо ликовала.

— И все же… — заговорил Томми.

— Я знаю, — перебила его Таппенс. — Знаю. И все же ты считаешь это своим долгом, поэтому тебе следует съездить.

— По-твоему, я не прав?

— К сожалению, — ответила Таппенс, — я и впрямь думаю, что ты прав. Совершенно. Я тоже с тобой поеду, — добавила она с едва заметной ноткой героизма в голосе.

— Нет, — сказал Томми. — Зачем это тебе? Она не твоя тетя. Нет, я поеду один.

— Как бы не так, — сказала миссис Бересфорд. — Я тоже люблю страдать. Будем страдать вместе. Удовольствия от этого ты не получишь, я тоже не получу, и я нисколько не сомневаюсь в том, что не получит его и тетя Ада. Но я совершенно четко понимаю, что не сделать этого просто нельзя.

— Нет, я не хочу, чтобы ты ездила. В конце концов вспомни, как она грубила тебе в последний раз.

— Да мне это, в общем-то, было нипочем, — сказала Таппенс. — Возможно, за весь наш приезд старушка хоть раз потешилась вволю.

— Ты всегда была мила с ней, — сказал Томми, — даже при том, что она тебе не очень нравится.

— Тетушка Ада никому бы не понравилась, — сказала Таппенс. — По-моему, она в жизни никогда никому не нравилась.

— Когда люди стареют, невозможно не испытывать к ним жалости, — заметил Томми.

— А я могу, — возразила Таппенс. — У меня не такая славная натура, как у тебя.

— Поскольку ты женщина, ты более безжалостна, — сказал Томми.

— Наверное, в этом-то все и дело. Видишь ли, из-за нехватки времени женщинам во всем приходится быть суровыми реалистками. Я хочу сказать, мне очень жаль людей, если они стары, хворы или еще что-нибудь такое, только они должны быть славные. Если же они не славные — ну это уж совсем другое дело, ты не можешь не согласиться. Если ты противен в двадцать лет, так же гадок в сорок, еще мерзостнее в шестьдесят, а в восемьдесят — и вовсе сущий дьявол, тогда я, право, просто не понимаю, почему нужно испытывать особую жалость к людям только потому, что они старые. Измениться фактически невозможно. Я знаю нескольких самых что ни на есть душечек, которым семьдесят и восемьдесят. Старая миссис Бичем, Мэри Карр, бабушка булочника, славная старушка миссис Поплетт, которая была у нас приходящей прислугой. Они все были дорогуши, такие милые, и для них я бы сделала все, что в моих силах.

— Ладно, ладно, — сказал Томми, — будь реалисткой. Но если ты и впрямь хочешь проявить благородство и поехать со мной…

— Я хочу поехать с тобой, — сказала Таппенс. — В конце концов я вышла замуж, чтобы делить с тобой радость и горе, а тетя Ада — это определенно горе. Так что я поеду с тобой. И мы повезем ей букет цветов, коробку конфет с мягкой начинкой и, может, пару журналов. Ты мог бы и написать этой мисс… как там ее… и предупредить, что мы приезжаем.

— Как-нибудь на той неделе? Я мог бы поехать во вторник, — сказал Томми, — если это тебя устраивает.

— Во вторник значит во вторник, — согласилась Таппенс. — Как фамилия этой женщины? Я забыла — этой матроны или надзирательницы, или кто она там? Начинается с буквы П.

— Мисс Паккард.

— Совершенно верно.

— Возможно, на этот раз все будет по-другому, — сказал Томми.

— По-другому? В каком смысле?

— Ну, не знаю. Может произойти что-нибудь интересное.

— Мы можем попасть в железнодорожную катастрофу по пути туда, — сказала Таппенс, несколько оживляясь.

— За каким чертом тебе хочется попасть в железнодорожную катастрофу?

— Да нет, не хочется, разумеется. Просто…

— Просто что?

— Ну, все-таки было бы приключение, правда? Возможно, мы могли бы спасти несколько человек или сделать что-нибудь полезное. Полезное и в то же время волнующее.

— Ну и мысли у тебя, — сказал мистер Бересфорд.

— Да уж, — согласилась Таппенс. — Просто иногда такое в голову лезет.

2. «Это было ваше бедное дитя?»

Трудно объяснить, откуда взялось название «Солнечный кряж». Ничего сколько-нибудь похожего на кряж тут не было. Местность ровная, что очень подходило престарелым обитателям. Дом окружал просторный; хотя и ничем не примечательный сад. Сам пансионат размещался в довольно большом викторианском особняке, хорошо отремонтированном. Рядом росло несколько тенистых красивых деревьев, одна стена дома была увита диким виноградом, а две араукарии придавали зданию экзотический вид. В удобных местах на солнышке было расставлено несколько скамеек, два-три шезлонга, а на крытой веранде старушки могли сидеть, не боясь восточных ветров.

Томми нажал на кнопку звонка, и вскоре их впустила несколько утомленная молодая женщина в нейлоновом халате. Она провела их в маленькую гостиную и едва слышно сказала:

— Я сообщу мисс Паккард. Она ждет вас и сейчас спустится. Подождите немного, хорошо? У нас снова проблемы с этой миссис Каррэвей. Понимаете, опять проглотила наперсток.

— А как же она могла сделать такое? — в удивлении спросила Таппенс.

— А она делает это ради хохмы, — кратко объяснила прислуга. — Постоянно.

Она ушла, а Таппенс села и задумчиво сказала:

— Не думаю, что проглотить наперсток — удовольствие. Его, наверное, бросает то вверх, то вниз по пищеводу. Ты так не думаешь?

Ждать им пришлось недолго: дверь открылась, и вошла мисс Паккард с извинениями. Это была крупная женщина лет пятидесяти, с волосами песочного цвета. Вокруг нее витала какая-то аура спокойной деловитости, которой Томми всегда восхищался.

— Прошу прощения, если заставила вас ждать, мистер Бересфорд, — сказала она. — Здравствуйте, миссис Бересфорд, я так рада, что и вы приехали.

— Я слышал, кто-то что-то проглотил, — сказал Томми.

— Ах, так значит, Марлен вам сказала? Да, это старая миссис Каррэвей. Она постоянно глотает всякие вещи. Трудно с ними, знаете ли, за всеми не уследишь. Одно дело, когда этим занимаются дети, но если такое хобби обнаруживается у старушенции, это кажется смешным. Год от года все хуже и хуже. И самое смешное в том, что ей это, похоже, нипочем.

— Возможно, ее отец был шпагоглотателем, — предположила Таппенс.

— Весьма интересная мысль, миссис Бересфорд. Возможно, именно этим все и объясняется. Я сообщила мисс Фэншо, что вы приедете, мистер Бересфорд, — продолжала она. — Не знаю, право, дошло ли до нее. Вы знаете, до нее не всегда доходит.

— Как она последнее время?

— Боюсь, довольно быстро сдает, — участливо сказала мисс Паккард. — Право, никогда не знаешь, что до нее доходит, а что нет. Я сказала ей вчера вечером, а она ответила, что я наверняка ошибаюсь, поскольку семестр еще не кончился. Она, похоже, думала, что вы еще учитесь. Бедные старушки, у них все так перепутывается в головах, особенно когда речь идет о времени. Однако сегодня утром, когда я напомнила ей о вашем визите, она заявила, что это совершенно невозможно, поскольку вы умерли. Ну что ж, — бодро продолжала мисс Паккард, — она узнает вас, когда увидит.

Оставить заявку на описание
?
Содержание
Книга первая
1. Тетя Ада
2. «Это было ваше бедное дитя?»
3. Похороны
4. Дом на картине
5. Исчезновение одной старушки
6. Таппенс идет по следу
Книга вторая
7. Дружелюбная ведьма
8. Саттон Чанселлор
9. Утром в Маркет Бейсинге
Книга третья
10. Конференция и после конференции
11. Бонд-стрит и доктор Марри
12. Томми встречает старого друга
13. Рассуждения Альберта о ключах к разгадке
Книга четвертая
14. Мыслительное упражнение
15. Вечер в доме приходского священника
16. На следующее утро
17. Миссис Ланкастер
Штрихкод:   9785699382057
Аудитория:   18 и старше
Бумага:   Газетная
Масса:   376 г
Размеры:   205x 132x 23 мм
Оформление:   Тиснение цветное
Тираж:   6 100
Литературная форма:   Роман
Сведения об издании:   Переводное издание
Тип иллюстраций:   Без иллюстраций
Переводчик:   Салье В.
Отзывы Рид.ру — Щелкни пальцем только раз
Оцените первым!
Написать отзыв
1 покупатель оставил отзыв
По полезности
  • По полезности
  • По дате публикации
  • По рейтингу
3
09.04.2011 23:10
Хочу отметить для тех, кто будет покупать книжку, что в других переводах название звучит как "Пальцы чешутся. К чему бы?", это цитата из "Макбета". В принципе название вообще не имеет никакого отношения к произведению, а произведение связано с Макбетом тоже весьма отдаленно.
Это четвертый роман из серии о Томми и Таппенс Бересфорд. Они уже пожилая пара, но по-прежнему любят друг друга. персонажи гораздо менее яркие и обаятельные чем Пуаро или мисс Марпл. Да и роман я бы отнесла к числу достаточно слабых произведений писательницы.
Непонятная завязка, с чего вдруг Таппенс решает броситься в расследование, ведь нет никакого убийства, всего лишь фраза брошенная полоумной старушкой в доме престарелых.... Роман нелогичен, был бы интересен, если был бы лучше обработан, тут появляется и банда грабителей и пропавшие дети....Хочется отметить, кто смотрел фильм не так давно вышедший по мотивам этого произведения, он гораздо логичнее, хотя зачем-то к пару к Таппенс приплетает мисс Марпл.
Таппенс тут переживает два покушения, но смысл первого вообще непонятен, так как совершено оно явно положительным персонажем.
В общем, резюмируя, роман прочитать стоит, как и всю Агату Кристи, хотя он мог бы быть гораздо интереснее, чем является....
Роман впервые был опубликован в 1968 году.
Нет 0
Да 0
Полезен ли отзыв?
Отзывов на странице: 20. Всего: 1
Ваша оценка
Ваша рецензия
Проверить орфографию
0 / 3 000
Как Вас зовут?
 
Откуда Вы?
 
E-mail
?
 
Reader's код
?
 
Введите код
с картинки
 
Принять пользовательское соглашение
Ваш отзыв опубликован!
Ваш отзыв на товар «Щелкни пальцем только раз» опубликован. Редактировать его и проследить за оценкой Вы можете
в Вашем Профиле во вкладке Отзывы


Ваш Reader's код: (отправлен на указанный Вами e-mail)
Сохраните его и используйте для авторизации на сайте, подписок, рецензий и при заказах для получения скидки.
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить