Рабыня Вавилона Рабыня Вавилона Накануне свадьбы с дочерью богатого купца сын знатного вельможи теряет голову от любви к таинственной незнакомке. На одной чаше весов оказывается богатство, карьера, власть; на другой - любовь. Юноша готов следовать велению сердца, но неожиданно выясняется, что его возлюбленная - рабыня... Русич 978-5-8138-0939-2
72 руб.
Russian
Каталог товаров

Рабыня Вавилона

  • Автор: Джулия Стоун
  • Мягкий переплет. Крепление скрепкой или клеем
  • Издательство: Русич
  • Серия: Белая роза
  • Год выпуска: 2010
  • Кол. страниц: 336
  • ISBN: 978-5-8138-0939-2
Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре (1)
  • Отзывы ReadRate
Накануне свадьбы с дочерью богатого купца сын знатного вельможи теряет голову от любви к таинственной незнакомке. На одной чаше весов оказывается богатство, карьера, власть; на другой - любовь. Юноша готов следовать велению сердца, но неожиданно выясняется, что его возлюбленная - рабыня...
Отрывок из книги «Рабыня Вавилона»
ПРОЛОГ
На востоке поднималось светило. Быстро рассеивался ночной мрак. Тени, что приходят только ночью, убегали к Эрешкигаль, владычице Страны без возврата. С севера, из Сиппара, двигался торговый караван. Колокольчики на шеях верблюдов приглушенно позвякивали. С каждым шагом приближался великий Вавилон, центр мира, краса царства, гордость халдеев.
Солнце уже осветило воды Евфрата, и они синели вдали, как лазурит, что везли с собою купцы из восточных стран, из Афганистана и Персии, и мерцали бликами, как жемчуг.
Два часа назад караван покинул охранную крепость. Отдохнувшие верблюды шли быстро, и вот-вот на широкой и плоской равнине должны были показаться стены города и высокая башня храма Мардука.
Ветер шевелил длинные платья купцов, скрепленные разукрашенными поясами, наполнял их плащи. На рассвете воздух был еще свеж, путешественники дышали полной грудью, не надевая на лица покрывал.
И вот на горизонте, в дымке, показалась Нимитти-Бел — внешняя стена Врат бога, — и Имгур-Бел с грозными башнями, которую Набопаласар, царь Вавилона, избранник Набу и Мардука, отец Навуходоносора отстроил заново. Набопаласар, укрепляя и обновляя Вавилон, рассчитывал на вечное процветание города и своей династии, об этом он просил бога Мардука, глядя на творение своих рук — ступенчатую башню Этеменанки.
Солнце осветило великие стены, и путешественники в восторге воскликнули и вознесли молитвы богам.
Глава 1. СНАДОБЬЕ СТАРИКА
— … Из города Кимуху царь увел множество пленников, и было это в девятнадцатом году его правления.
Голос смолк. В комнате стояла тишина. Было слышно, как жужжит муха, попавшая в паутину. В глиняной лампе масло почти выгорело, и лампа чадила. Черный дым тонкой витой струйкой поднимался к потолку, которого никогда не касались ласковые лучи Шамаша, бога Солнца.
Шел четвертый час занятий. Еще немного, и жара станет невыносимой. Уже и теперь трудно дышать, платье липнет к спине, а учитель словно ничего не замечает. Ему важно только, чтобы знаки на табличке были выдавлены правильно.
Адапа наклонил голову и краем глаза уловил движение на циновке слева — Бирас пытается растереть больное колено. А учитель все молчит. Кажется, старик уснул, неосвещенная часть лица тонет в темноте. Адапа столько раз уже это видел: морщины, которые начертало время своим мечом на пергаментной коже старика; седые кудри, вылезающие из-под шапки; руки, сцепленные в замок, с длинными ногтями, похожие на лапы Зу.
Адапа обернулся и встретил умоляющий взгляд Бираса. И тут учитель открыл глаза. Его кожистые веки складками собрались под бровями. Никогда нельзя сказать точно, на кого учитель смотрит. Он медленно обвел взглядом всех, и круг этот замкнулся где-то в глубинах разума старика.
— Царь наш мудр, ибо он, как и отец его, избран богами. И правление его мудро. Письмена его исполнены силы, и нет никого, кто дерзнул бы противиться его воле. Мы же, рабы его, преклонимся перед его величием и будем надежной опорой царской власти. Ваше служение царю, дети, состоит в вашем труде, ваших прилежных занятиях, дабы стать писцами, достойными царской службы и царского жалованья.
Бирас снова положил руку на колено, сжимая и разжимая пальцы. Не меняя выражения лица, учитель схватил палку и с размаху ударил по этой руке. Бедный юноша вскрикнул, и слезы полились из его глаз.
Адапа нахмурился. Столь зависимое положение давно раздражало его. А уж силу и ловкость старика он знает. Учительская палка не раз ходила и по его плечам.
Старик бросил палку и зашелся кашлем. Кашлял он надсадно, глухо, словно выталкивая из себя больные легкие. Бирас плакал. Надин, Ахувакар, Син-Нан сидели, уткнувшись в таблички. Адапа поднялся с циновки и, отряхнув платье, поспешил в прихожую, где в красном тростниковом ларе стояли маленький кувшин с носиком и чаша, полные лечебного снадобья.
Все последние дни он только и думал о празднике начала года, что стоял уже пред дверями. Природа была в полном расцвете. Просыпалась и торжествовала новая жизнь. Близился первый день нисанну[1].
Весь город стечется к храму Мардука и великим ступеням Этеменанки. Все одиннадцать дней сердце Вавилона будет биться здесь, у ног владыки Мардука и его блистающей супруги владычицы Царпанит.
Думая о новогодних празднествах, Адапа улыбался и потягивался, разводя в стороны руки.
— Ты похож на орла, — сказала однажды его мать. — Ты красив и смел, сын мой. Когда смотрю на тебя, мне кажется, ты так же открыт миру, как эта гордая птица, когда распахивает свои крылья, даруя себя небу.
От нее всегда пахло молоком и хлебом, в ее холодных ладонях он находил успокоение в дни своих детских болезней. Для Адапы мать была лучшей из женщин. Иногда ему казалось, что только один он знает ее. Но она была скрытной, она была загадкой — невероятно трудно было читать в ее черных глазах. Мать была единственным человеком, которого Адапа любил. Она часто улыбалась, так же, с улыбкой, ушла за львиноголовой Ламашту в Страну без возврата, обширную страну, где правит свирепый Нергал… О, как тяжело, как горько было думать об этом.
Адапа вытер ладонью лоб. Старик все никак не мог успокоиться. От его кашля, похожего на уханье ночной птицы, становилось душно, словно самому Адапе перекрыли доступ воздуха. Он откинул крышку ларца. Чаша была полна, и юноша стал осторожно вынимать ее, держа обеими руками.
Внутренний двор был залит солнцем. Даже здесь, в полутемной прихожей, ощущался его божественный жар. У порога, на известняковых плитах, лежали короткие тени, не приносящие прохлады. Двор был пуст. Адапа уже хотел повернуться и пойти к учителю, как что-то мелькнуло перед ним.
По двору прошла женщина в желтом платье, подпоясанном на талии. Прозрачный платок не скрывал ее лица, косы черными змеями лежали на груди. В руках она держала сосуд для воды. Адапа окаменел. Женщина быстро скрылась в проеме двери, но поворот головы, походка, — Адапа мог бы поклясться, что это его мать.
Испуганный, опустошенный, стоял он и глядел в прямоугольник двора, в солнечную кипящую лаву. «Это не может быть правдой, — сказал он себе, — это наваждение, козни демоницы лилиту… А если это все-таки, правда, то лучше мне самому умереть». Но женщина появилась снова. Прижимая к груди кувшин, другой рукой она держалась за дверь, с любопытством заглядывая в прихожую. Глаза ее были черны, брови расходились дугами, полные губы слегка приоткрыты, розовый кончик языка прижат к зубам. Серебряные запястья и тонкие медные браслеты над локтями украшали ее голые руки, тяжелый узорный обруч охватывал лодыжку.
Адапа отшатнулся, пораженный. Сходство незнакомки с его покойной матерью было очевидно. В нем как будто что-то остановилось, замерло, и весь мир замедлился, — он рассматривал ее.
Это была девушка лет пятнадцати, уже вступившая в брачный возраст, невысокая, тоненькая, с маленькой, еще не оформившейся грудью. Она смотрела на Адапу без улыбки; юноше показалось, что прошло много времени, тогда как на самом деле минуло всего несколько мгновений.
Девушка поставила на порог кувшин, мелькнула в лучах ее накидка, тоненькая рука; едва слышно зазвенели подвески. Она исчезла.
Адапа повернулся и на деревянных ногах пошел в комнату, боясь споткнуться, упасть, разлить лекарство учителя, боясь обернуться.
Глава 2. ВЕРХОВНЫЙ ЖРЕЦ ЭСАГИЛЫ
С рассвета у Варад-Сина было дурное настроение. Вот уже несколько дней его донимал больной зуб. Десны распухли и кровоточили, изо рта шел отвратительный запах, так что противно было есть. В довершение разболелась печень. Лекари не слишком помогли жрецу. В порыве бешенства Варад-Син расколотил все их глиняные горшочки с кошмарными смесями.
Несчастному Варад-Сину оставалось только уповать на милость Мардука и возносить молитвы богу мудрости Набу и Гуле, богине-врачевательнице.
Он вышел на террасу с северной стороны своих покоев, откуда открывался вид на ступенчатый садик, деревья которого давали тень и прохладу.
Стук сандалий громко раздавался на пустой, террасе. Широкое полотняное платье жреца касалось известняковых плит, а легкий полупрозрачный плащ, вышитый золотой нитью, при каждом шаге раздувался от колебания воздуха, словно парус.
Жрец опустился на деревянный стул. Пальцы его, унизанные кольцами, стиснули подлокотники. На отечном лице Варад-Сина запечатлелось страдание. Слегка опустив тяжелые веки; он посмотрел в сад. Сегодня зелень показалась Варад-Сину слишком яркой, а запах цветов чересчур насыщенным.
Сколько он так просидел, прислушиваясь к боли, жрец не знал. Он желал лишь одного — облегчения, избавления от этих изнуряющих душу мук. Временами ему казалось, что сидит он не на террасе, а на уступе скалы, откуда так хотелось ринуться вниз.
За спиной раздалось сдержанное покашливание, и молодой голос произнес:
— Господин мой…
— Знаю, — отозвался Варад-Син, с трудом разлепив губы. — Знаю, что ты здесь. Ты научился ходить бесшумно, как леопард, но я чувствую твой запах, этот аромат юной кожи, что сравнима лишь с лотосом.
— Господин мой, — продолжил человек после некоторой паузы. — Близятся празднества начала года, а служители Мардука еще не слышали твоих распоряжений, мудрейший.
— Что ты говоришь мне, Энлиль! Ты думаешь, я забыл о приближении нисанну, о божественной чете! Проклятие! Энлиль, что за вздорные мысли вкладывают в твою голову? Опомнись!
— Прости, господин! Но, служители волнуются.
— Пусть поволнуются, это пойдет им на пользу.
Варад-Син застонал, закрыв лицо ладонью. Молодой человек прошел вперед, расстелил на плитах тонкую циновку и уселся напротив верховного жреца, скрестив ноги.
— О, боги, за что так караете? — простонал Варад-Син. — Неужели же я самый большой грешник из всех грешников? Видишь, Энлиль, вот он, червяк, которому не нашлось пищи под солнцем, и теперь он сосет кровь из моих зубов! О, боги, дайте облегчение.
Энлиль молчал. Из сада доносилось щебетание птиц. Где-то неподалеку завыла собака, по-видимому, за воротами храма. Варад-Син открыл глаза. Он всегда с удовольствием смотрел на этого молодого писца. В нем жило что-то порочное, смертельная лихорадка, дыхание которой Варад-Син чувствовал.
Энлиль пользовался черной краской для подведения бровей и ресниц, как женщина, рисовал на теле изящные узоры, и — как женщина — носил на маленьком кольце туалетные вещицы. В нем была девичья мягкость, застенчивость невесты. Случалось, он становился как камень, жестокосердие его поражало, и тогда Варад-Сйн уже не называл его именем Владыки земли. Имя Эрры, бога войны и чумы, подходило тогда юноше больше всего.
— Ты принес с собой таблички и палочки для письма? — слабым голосом спросил жрец. — Хорошо. Тебе придется потрудиться. Пиши так, Энлиль. — Он перевел дух, погладил щеку. — Аби-эшу и судьям Борсиппы, и жрецам Набу скажи: так говорит Варад-Син, верховный жрец храма Эсагилы…
Он замолчал, прикрыв глаза. За спиной Энлиля ветер шевелил листву, нес на террасу горячий воздух. Шли минуты, а жрец все молчал. Тогда юноша отложил табличку, поднялся с циновки и, подойдя сзади к жрецу, положил руки ему на плечи. Варад-Син вздрогнул.
— Нет, Энлиль, — сказал он. — Не теперь. Уходи.
Поклонившись, юноша бесшумно удалился. Тогда верховный жрец поднялся и, постанывая, направился к бассейну для омовений. Он опустил в теплую изумрудно-зеленую воду пальцы, смочил бороду и нос, провел по щекам. Все тело горело. Становилось невыносимо душно, — близился полдень.
— Эй, кто там, — крикнул он. — Подайте воды! Варад-Син чувствовал, что у него начался жар.
Навязчивые образы преследовали его. Виделись воды Евфрата с отраженным Вавилоном в волнах, перламутровые раковины моллюсков на берегу, хруст гальки под босыми стопами рабов. Далее — сеть каналов, по которым все шли и шли, повторяясь, корабли из дерева с высокими штевнями, искусными изваяниями кабанов и морских змеев, мачтами с марсом посередине.
Ветра почти нет, полотняные паруса провисают, и корабельщики отталкиваются шестами. На зеленых полях белеют фигурки мушкенумов — царских слуг, усердно возделывающих царскую землю, как будто она и впрямь принадлежит им. Женщины разгибают спины и, заслонив глаза от солнца ладонью, смотрят вслед удаляющимся кораблям. Каналы, каналы, сходящиеся в одну точку; серебряный Евфрат; бешеный, яркий день: синий плащ Ану-ма — владыки небес — над миром.
Подошел старый слуга с запотевшим кувшином. Варад-Син обернулся к нему с гримасой страдания. Слуга опустил голову.
— Что это? — резко спросил жрец.
— То, что ты просил, господин, — отозвался слуга. У того была плохая дикция, и сложные звуки вырывались наружу с каким-то шипением, словно у него внутри сидела ядовитая змея.
Варад-Син быстро пошел и, подобрав плащ, сел, широко расставив ноги. Почему ему видятся именно эти картины? Такие невозможно яркие, каких не бывает на самом деле. Что это значит? Быть может, это боги говорят с ним? Это почти сон, и это — реальность. Может ли это вообще что-нибудь означать?
Да, Варад-Син поговорит со жрецами-заклинателями. Пусть те скажут ему, пусть дадут наставление. Неужто злые духи овладели им? И когда! В канун новогоднего праздника!
Слуга ковылял следом, и Варад-Сину было невыносимо слушать шарканье сандалий по плитам. Старик подошел, в поклоне протягивая кувшин. Варад-Син хотел было принять его, но пальцы случайно коснулись влажных пальцев старика, и верховный жрец брезгливо отдернул руки.
— Пойди от меня прочь! — закричал он. — От тебя несет смертью.
Слуга поклонился, хрустнул какой-то сустав. Верховный жрец зарычал, сдавливая распухшую челюсть.
— Взываю к вам, боги ночи, — простонал он. — С вами зову я невесту под покрывалом — черную ночь. И вечерние сумерки зову я, полночь и утреннюю мглу, ибо колдунья опутала меня чарами. Моего бога и мою богиню отдалила от меня, нет мне покоя ни днем, ни ночью, маюсь я страшными болями. И веселье мое — плач, а радость — печаль. Подойдите ко мне, великие боги, выслушайте мои жалобы, облегчите мне ношу мою.
Боль где-то затаилась, и Варад-Син с тревогой прислушивался, не почувствует ли ее шевеление, ее лежбище в собственном теле? А колдунья? Какая колдунья? Он упомянул о ней в своей молитве? О, горе, горе! Хорошо, что не назвал он имени той, что околдовала его своим взглядом.
Это произошло в прошлые новогодние празднества. Целла бога судеб Набу в Эсагиле уже была украшена лентами и дорогим покрывалом с тончайшими золотыми нитями, все ожидали прибытия великого бога из Борсиппы. И на шестой день по Дороге процессий Набу вступил в Вавилон, где еще свежа была кровь белого быка и распахнуты настежь Ворота Иштар.
И именно там, в роскошной свите, Варад-Син и увидел молодую жрицу из Борсиппы, что бросила на него взгляд, исторгла сердце у него из груди и возвращать не хочет. А случилось это в Вавилоне, в шестой день месяца нисанну, в сорок первый год правления Навуходоносора, могучего царя-строителя.
Варад-Син ходил по краю террасы, заложив руки за спину. Прибудет ли она в этот раз, упадет ли взгляд ее черных глаз на него, верховного жреца храма Мардука, человека, обладающего богатством и властью, пожелает ли она видеть его?
Ах, душа женщины — это мрак. Разве можно понять, чего хочет женщина? Почему она любит или ненавидит? Ведь женщине дана сила, она может возвеличить мужчину, а может втоптать в грязь. И то, и другое — с одинаковой легкостью. Случается, что нищий бродяга становится счастливее визиря, и лишь благодаря любви.
— Нет, пора успокоиться, — сказал себе жрец. — Я вполне могу с собой справиться.
Варад-Син неподвижно стоял, обратив невидящий взгляд на заросли сада; стоял так долго, что у него заныли ступни. Потом резко повернулся и негромко позвал:
— Энлиль!
Юноша появился почти сразу и легкой походкой приблизился к жрецу.
— Мой нежный мальчик, — сказал Варад-Син, и ему мучительно захотелось положить ладонь на его голову. Сердце ухнуло от жгучего желания совокупления с ним. Но верховный жрец совладал с собой. Ни один мускул не дрогнул на его лице. — Сегодня тебе не придется писать. Нет, нет, Энлиль, никаких писем! У меня к тебе просьба иного характера.
Варад-Син увидел, как глаза юноши блеснули, совсем как у кошки, а гладкие щеки покрылись румянцем. В душе жрец усмехнулся.
— Тебе лучше, господин? — ровным голосом спросил писец.
— Да, хвала и слава Мардуку, — отозвался Варад-Син. — Боль отступила, и я буду молиться, чтобы она не вернулась.
— Я радуюсь вместе с тобой, господин.
Верховный жрец приблизился к Энлилю, посмотрел на него долгим взглядом, затем двумя пальцами оттянул ожерелье на его шее.
— Ты добрый юноша.
— Чего ты желаешь, господин? — прошептал он.
— Ты хорошо выполняешь свои обязанности, ты учен. Со временем из тебя получится достойный служитель божества.
— Так, верховный жрец.
Энлиль покраснел еще больше. Варад-Син не сводил с него глаз, и юноша, сам не зная зачем, коснулся испачканными глиной кончиками пальцев своего ожерелья.
— Я хочу, чтобы ты почитал мне поэму, — сказал Варад-Син, прикусив губы, чтобы не улыбнуться.
— Какую ты хочешь, господин?
— Ты ведь знаешь их много…
— Да, это так.
— Прочти мне о Нергале, владыке подземного царства. Сегодня у меня такое настроение. Хочу о Нергале послушать.
Энлиль обошел жреца, уклонившись от его руки. Сел на свою циновку. Знойный ветер, накатывающий, словно прибой, сушил кожу на спине, и Энлилю казалось, что она горит.
— Я готов услаждать твой слух, господин, прекрасными словами поэзии.
— Хорошо, — Варад-Син кивнул. — Начинай.
— О, могучий владыка обширной страны, — заговорил нараспев молодой писец красивым голосом декламатора. — Величайший из воинов, в двух мирах обитающий, Зноем своим, как тростинки, спалил ты врагов…
Энлиль воодушевленно читал поэму. Он сопереживал героям, и это отражалось на его чувственном лице, — мимика Энлиля была слишком выразительной.
Он долго читал поэму, ничего не замечая вокруг. И только произнеся последние слова, посмотрел на верховного жреца. Развалившись на стуле, Варад-Син спал.
Содержание
ПРОЛОГ
Глава 1. СНАДОБЬЕ СТАРИКА
Глава 2. ВЕРХОВНЫЙ ЖРЕЦ ЭСАГИЛЫ
Глава 3. БАШНЯ ВАВИЛОНА
Глава 4. ПОДАРОК НИНГАЛЬ
Глава 5. ЖРИЦА ИЗ БОРСИППЫ
Глава 6. АДАПА ТЕРЯЕТ ГОЛОВУ
Глава 7. ДВОРЕЦ НАВУХОДОНОСОРА
Глава 8. НАЙТИ ОПОРУ
Глава 9. СУМУКАН-ИДДИН
Глава 10. ВИСЯЧИЕ САДЫ
Глава 11. СРАЖЕНИЕ
Глава 12. ЛАМАССАТУМ
Глава 13. ПОМОЛВКА
Глава 14. ПЯТОЕ НИСАННУ
Глава 15. КОРАБЛИ И НОЧНЫЕ ПАВЛИНЫ
Глава 16. КОРАБЛЬ ПРОЦЕССИЙ
Глава 17. ВПЕРЕДИ — НОЧЬ
Глава 18. ВРЕМЯ ОТКРОВЕНИЙ
Глава 19. СЧАСТЛИВЫЕ ВЛЮБЛЕННЫЕ
Глава 20. ВОЗВРАЩЕНИЕ
Глава 21. ОБМАНУТЫЕ НАДЕЖДЫ
Глава 22. ТАБЛИЦЫ СУДЕБ
Глава 23. ОЖИДАНИЕ
Глава 24. ЖАЖДА МЕСТИ
Глава 25. НАВАЖДЕНИЕ
Глава 26. КУПЕЦ И РАБЫНЯ
Глава 27. АДАПА СМИРЯЕТСЯ
Глава 28. ПИСЬМО
Глава 29. ЛОВУШКА
Глава 30. ПРОЩАЙ, МИЛЫЙ
Глава 31. ЧЕКАННЫЙ БРАСЛЕТ
Глава 32. ДВАДЦАТЬ МИН СЕРЕБРА
Глава 33. ЗАТМЕНИЕ
Глава 34. ПРЕКРАСНЫЙ И ЖЕСТОКИЙ ГОРОД
Штрихкод:   9785813809392
Бумага:   Газетная
Масса:   150 г
Размеры:   165x 114x 15 мм
Тираж:   11 000
Литературная форма:   Роман
Сведения об издании:   Переводное издание
Тип иллюстраций:   Без иллюстраций
Переводчик:   Даль Мона
Отзывы Рид.ру — Рабыня Вавилона
5 - на основе 1 оценки Написать отзыв
1 покупатель оставил отзыв
По полезности
  • По полезности
  • По дате публикации
  • По рейтингу
5
08.11.2010 10:26
Купила эту книгу, скорее следуя интуиции, так как несколько предвзято отношусь к подобным сериям в мягких обложках. В результате получила большое удовольствие от чтения. Прекрасно описан древний Вавилон времен царя Навуходоносора, религия, обычаи, сражения. Любовная история, стоящая в центре повествования, показалась трогательной и увлекательной. Роман написан великолепным, образным языком, перевод отличный. В общем была приятно удивлена и наверняка прочитаю еще что-нибудь из этой серии.
Нет 0
Да 3
Полезен ли отзыв?
Отзывов на странице: 20. Всего: 1
Ваша оценка
Ваша рецензия
Проверить орфографию
0 / 3 000
Как Вас зовут?
 
Откуда Вы?
 
E-mail
?
 
Reader's код
?
 
Введите код
с картинки
 
Принять пользовательское соглашение
Ваш отзыв опубликован!
Ваш отзыв на товар «Рабыня Вавилона» опубликован. Редактировать его и проследить за оценкой Вы можете
в Вашем Профиле во вкладке Отзывы


Ваш Reader's код: (отправлен на указанный Вами e-mail)
Сохраните его и используйте для авторизации на сайте, подписок, рецензий и при заказах для получения скидки.
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить