Ты лишила меня сна Ты лишила меня сна Юная и наивная Катриона Херст хотела всего лишь помешать легкомысленной сестре-близняшке женить на себе лэрда Маклейна, а вместо этого сама оказалась женой его младшего брата Хью. Более того, этот мужественный шотландец уверен, что похитил именно ее сестру, и переубедить его невозможно! На ком же женился Хью Маклейн? И о ком не может забыть ни днем, ни ночью?.. Так начинается потрясающая история веселых приключений, забавных недоразумений и, конечно, любви - романтичной и страстной, чувственной и искренней, любви, о которой может мечтать каждый мужчина и каждая женщина... АСТ 978-5-17-066951-6
114 руб.
Russian
Каталог товаров

Ты лишила меня сна

  • Автор: Карен Хокинс
  • Твердый переплет. Целлофанированная или лакированная
  • Издательство: АСТ
  • Серия: Очарование
  • Год выпуска: 2010
  • Кол. страниц: 317
  • ISBN: 978-5-17-066951-6
Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре
  • Отзывы ReadRate
Юная и наивная Катриона Херст хотела всего лишь помешать легкомысленной сестре-близняшке женить на себе лэрда Маклейна, а вместо этого сама оказалась женой его младшего брата Хью. Более того, этот мужественный шотландец уверен, что похитил именно ее сестру, и переубедить его невозможно! На ком же женился Хью Маклейн? И о ком не может забыть ни днем, ни ночью?.. Так начинается потрясающая история веселых приключений, забавных недоразумений и, конечно, любви - романтичной и страстной, чувственной и искренней, любви, о которой может мечтать каждый мужчина и каждая женщина...
Отрывок из книги «Ты лишила меня сна»
Глава 1

Нет ничего хуже мужчины, считающего себя всегда правым, если не считать женщины, которая думает так же.
Старая Нора — своим трем любимым внучкам холодным зимним вечером

— Запрещаю тебе уезжать. — Несмотря на то что Уильяму Херсту было всего двадцать лет, он считал, что в отсутствие отца отвечает за дела в Уитберне, усадьбе викария. — Я тебя предупредил, Триона, — добавил он самым грозным тоном. — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы поставить точку в этом безумии!

Его старшая сестра не подняла головы и не прервала своего занятия. Она копалась в гардеробе, откуда пыталась выудить поношенный саквояж. Катриона, а для близких Триона, поставила саквояж на свою кровать, щелкнула замочком, открывая его, и принялась укладываться.

— Ты меня поняла? — спросил Уильям, повышая голос. — Я запрещаю…

— Что? О, конечно, дорогой. Но кто-то ведь должен поехать в Лондон. Надо поговорить с Кейтлин и вразумить ее.

— Да, но…

— Раз отец с матерью задерживаются у дяди Трэверса еще на две недели, а ты занят подготовкой к экзаменам, то этим «кем-то» стану я.

Уильям нахмурился. Будучи красивым молодым человеком внушительного роста, он привык к особому вниманию. Все в графстве считались с ним, кроме членов семьи.

— Ты не опекунша Кейтлин.

— Но я ее сестра-близнец, и потому на меня падает эта миссия — помочь ей выпутаться из хаоса, который она сама же и создала.

— Уильям, оставь Триону в покое, — подал голос восемнадцатилетний Роберт.

Он стоял у двери с толстой книгой в руках, и с усмешкой глядел на старшего брата.

— Отец, уезжая, оставил Триону за старшую и выразился достаточно ясно. Я слышал.

Уильям снова нахмурился.

— Но отец вовсе не имел в виду, что она помчится в Лондон. Я старший из мужчин и потому должен поехать сам.

Триона попрочнее пристроила очки на носу и рассмеялась:

— Ах! Понимаю. Ты не хочешь дать мне развлечься. Но я обещаю, что буду вести себя разумно.

Она скрестила пальцы и подняла руку, торжественно произнося:

— Даю твердое слово. И обещаю проявлять осторожность. Я ведь единственная, к чьим словам Кейтлин прислушается. Поэтому ехать должна я.

— Да, но хорошо ли подумала?

— Уильям!

Семнадцатилетняя Мэри отложила вязанье с раздраженным вздохом.

— Это исключительный случай, критическая ситуация! Кейтлин повела себя так скверно, что бедная тетя Лавиния была вынуждена обратиться к нам за помощью! — Губы ее дрожали: — После этого тетя Лавиния никогда не пригласит никого из нас провести сезон в ее доме!

Уильям вздохнул:

— Я не говорю, что мы не должны спасать Кейтлин, несмотря на ее шалости. Я только хочу узнать мнение отца насчет того, как нам поступить.

— Нет, ты не должен ей препятствовать, — решительно вмешался Майкл, сидящий у огня, завернувшись в одеяло. В комнате было прохладно. Тонкий и бледный слабогрудый мальчик в свои пятнадцать лет обладал не по годам острым умом. Подцепив ту же лихорадку, что и Триона, помешавшую ей провести вместе с Кейтлин этот сезон в Лондоне, он еще не оправился от нее, и на его худых щеках горел нездоровый румянец. — Отец последний, кому следует это сообщать. Если он узнает, как скверно ведет себя Кейтлин, то никогда не разрешит ни одному из нас навестить тетю Лавинию.

Мэри тут же поддержала его:

— Потребовались месяцы на то, чтобы добиться его согласия отпустить Кейтлин и Триону, а когда Триона заболела, он попытался вообще отменить эту поездку, и матушке пришлось вмешаться.

— Помню! — сказал Уильям, сильно раздосадованный. — Я ведь тоже здесь был.

— В таком случае ты должен знать, что сообщать отцу дурные вести — колоссальная ошибка.

Майкл кивнул:

— Мэри права. Отец бы…

Он закашлялся с такой силой, что, казалось, его сейчас вывернет наизнанку.

Триона замерла, перестала складывать свою шаль, вышитую серебром, и с тревогой посмотрела на брата. Усадьба викария в Уитберне представляла собой дряхлый, продуваемый сквозняками дом, который издавал таинственные скрипы и давал течь в разных местах. В дополнение к покосившимся лестницам и вздыбленным доскам пола, которые не могли заставить лежать, ровно никакие гвозди, сколько бы их ни вбивали, порывы холодного ветра сотрясали двери и окна, и от этого самые сырые уголки дома никогда не просыхали.

Она нахмурилась, глядя на своего младшего брата:

— Ты не забываешь принимать лекарство?

— Оно действует на меня усыпляюще.

— Сон тебе полезен.

— Я только и делаю, что сплю. Уже достаточно отдохнул.

Уильям нахмурился:

— Я слышал, как ты кашлял рано утром.

Триона указала на флакон, стоящий возле локтя Майкла:

— Прими лекарство!

— Но…

Она уперлась руками в бока:

— Майкл Джон Херст, не вынуждай меня принимать крутые меры. Я могу начать петь!

Уильям повернулся к брату:

— Майкл, делай, что тебе говорят.

— Пожалуйста! — с жаром взмолилась Мэри.

Роберт, продолжая сжимать свою книгу, тоже указал на флакон:

— Ради нас всех!

Майкл отозвался слабым смехом, и тело его сотряс новый приступ кашля. Когда снова обрел способность дышать, он взял в руки бутылку и ложку:

— Ладно, но только потому, что мне вас жаль. Я не возражаю, если Триона споет для меня.

— И ты на это соглашаешься? — ужаснулась Мэри. Он усмехнулся:

— От этой лихорадки у меня заложило уши. Ваши слова доносятся до меня будто издалека.

Триона выждала, чтобы убедиться, что он принял всю положенную дозу, потом продолжила укладываться.

— Если все пойдет хорошо, я вернусь из Лондона до возвращения отца. И если мне удастся убедить тетю Лавинию молчать, он и не узнает ничего.

Мэри просияла:

— Тогда он не станет возражать против того, чтобы еще кто-нибудь из нас навестил тетушку в следующий сезон!

Триона кивнула. Если бы Мэри не злоупотребляла тортами с кремом, то когда-нибудь смогла бы соперничать красотой с Кейтлин. А та расцвела и превратилась в очаровательную девушку.

Хотя Триона и Кейтлин были двойняшками и между ними существовало некоторое сходство, имелось и много различий. Кейтлин была мала ростом и стройна. Волосы ее были золотыми, а чуть раскосые глаза — темно-карими, и двигалась она с такой завораживающей грацией, а скорее даже плыла по комнате, что мужчины останавливались и долго стояли с раскрытыми ртами.

Триона была высокой и обладала более округлыми формами. Волосы же ее были скорее рыжеватыми, чем золотыми, а глаза орехового цвета прятались под очками.

Но было и еще кое-что: Кейтлин умела по-особому смеяться и очаровывать и еще много такого, чего не выразить словами. Как не могли бы сделать это и десятки влюбленных в Кейтлин молодых мужчин, пытавшихся разгадать секрет ее обаяния.

— До того как Триона уедет, нам следует сделать одну вещь, — сказал Майкл, и тон его был непререкаемым. — Мы все должны поклясться, что ни слова не пророним отцу о ее поездке.

Он многозначительно посмотрел на Роберта.

— Да, — тотчас же согласился Уильям, тоже буравя Роберта взглядом. — Дадим слово держать рты на замке.

Роберт слегка покраснел:

— Не стану я давать такой клятвы! Отец не хотел, чтобы у нас были от него тайны.

Роберт добился отцовского расположения и одобрения успехами в науках, и успехи эти были таковы, что его братья и сестры с изумлением и почтением взирали на него с разных концов стола, когда он на безупречном греческом или латыни отвечал на самые заковыристые вопросы отца с самым самоуверенным видом.

— Возможно, ты не сознаешь, в каком положении мы оказались, — сказала Триона, взяла с постели письмо и вручила Роберту: — Тетя Лавиния в затруднении. Она не знает, как повлиять на нашу сестрицу. Я должна вам напомнить, какой иногда бывает Кейтлин и как трудно с ней справиться. Вам всем это известно.

Мэри кивнула:

— Нет большей упрямицы!

— Ее не удержишь в узде. — Голос Майкла был уже немного сонным, потому что лекарство начало действовать.

Роберт прочел послание и презрительно фыркнул:

— Тетя Лавиния не может придумать, как заставить Кейтлин подчиняться. Но приказы тут не помогут! Это может только все усугубить, и она станет вести себя еще хуже.

Уильям вздохнул:

— Как бы скверно ни вела себя Кейтлин, у нас нет средств поехать в Лондон всем вместе.

— Но взгляните на все это с иной точки зрения, — сказала Мэри серьезно. — Если Кейтлин удачно выйдет замуж, то сможет пригласить нас погостить у нее в Лондоне, сможет вывозить нас на балы и в театры и развлекать всеми возможными способами!

Триона усмехнулась:

— Пусть лучше Кейтлин выйдет замуж за человека с очень, очень большим домом, чтобы мы все в нем поместились.

— И конечно же, она позволит нам жить с ней, потому что очень добра, — сказала Мэри.

— И глуповата, — добавил Роберт. — И импульсивна к тому же.

Видя, что руки Уильяма сжались в кулаки, он поспешил исправить оплошность:

— Да, это так. Ну впрочем, это не ее вина. Поведение Кейтлин — следствие растлевающего влияния лондонского общества…

— О, пожалуйста! Не будь таким занудой.

Триона аккуратно укладывала ночную рубашку:

— Кейтлин всегда была порывистой и легкомысленной, даже когда жила здесь, в деревне.

— Но не была такой вертихвосткой, — продолжал гнуть свою линию Роберт.

— Была, — сказала Триона с сожалением. — Бедный мистер Смит-Лафтон впал в уныние, когда она укатила в Лондон, а ведь еще был мистер Линдон и лорд Хавершем-старший. И… да их всех и не перечесть.

— Их были десятки, — согласилась Мэри, не в силах скрыть зависть. — Отец несколько раз предостерегал ее. Я слышала, как он говорил матушке, что Кейтлин не сознает, какое действие оказывает на мужчин. Он считает ее склонность к флирту безобидной, но не может скрыть беспокойства.

Роберт фыркнул:

— Отец был к ней слишком снисходителен.

— Не премину сообщить ему твое мнение, — пообещала Триона сухо.

— Пожалуйста, не делай этого! — попросил Роберт так пылко, что она рассмеялась. Брат усмехнулся в ответ.

— Возможно, я слишком сурово сужу, но ты должна согласиться, что Лондон оказывает на Кейтлин нежелательное воздействие.

Правду сказать, она и здесь флиртовала напропалую, но никогда не придавала такого значения внешнему блеску и, уж конечно, не заявляла прилюдно на балу, что «любой ценой выйдет замуж до конца года».

— Нет, если только ее не подначивали, — заметил Майкл. — Кейтлин обидчива, и скорее всего причина в том, что сказал или сделал Александр Маклейн.

Триона завернула в коричневую бумагу пару туфель и уложила в саквояж.

— Бабушка постоянно твердит нам о гордости Маклейнов. Иногда мне кажется, что было бы лучше, если бы она предостерегала нас от гордости, свойственной Херстам. Наша гордость порой просто чудовищна.

— Мамушка любит поговорить о проклятии Маклейнов, — сказала Мэри, имея в виду их бабушку, которую они ласково называли именно так. — Вся природа из-за этого проклятия начинает бушевать, как только их что-нибудь разгневает! Подумать только!

Глаза Уильяма заблестели, он сложил ладони так, что пальцы его стали похожи на когти, сгорбился и заговорил, имитируя голос и шотландский акцент старой женщины:

— Не забывайте, мои дорогие, что на Маклейнах проклятие! Проклятие, говорю я вам, и все это из-за таинственной белой ведьмы! И как только они выходят из себя, начинается буря!

Рассмеялись все, кроме Мэри.

— Нечего высмеивать Мамушку. Она мудрая старая женщина. Отец говорит, что полдеревни бы вымерло, если бы не ее знания и умение обращаться с целебными травами. К тому же кто станет утверждать, что не существует такой вещи, как проклятие?

— Отец один из первых, — возразил Роберт. — Он убежден, что все это чепуха, а ведь Мамушка приходится ему матерью. Думаю, уж он-то кое-что понимает в этом.

Майкл беспокойно зашевелился на диване:

— Да Бог с ними, с Маклейнами, зачем Кейтлин устраивает публичные спектакли?

Триона поставила свой саквояж у двери, потом взяла плащ, шарф и изящную шляпку:

— Слышу, к парадному входу подъехал экипаж, и, полагаю, Нянюшка уже ждет меня.

Майкл сонно улыбнулся:

— Удачи, Триона. И помни, что отец должен вернуться через неделю, считая от пятницы.

— Вот почему я и собираюсь вернуться домой по крайней мере двумя днями раньше. И отец никогда не догадается, если мы все будем держать рты на замке, — сказала она, обращаясь к Роберту.

— А если ты проговоришься, — добавила Мэри сурово, — я расскажу ему, кто пролил молоко на его любимое издание «Одиссеи».

Роберт вздрогнул:

— Откуда ты узнала, Мэри…

При виде ее загадочной улыбки, он покраснел.

— Поэтому или держи язык за зубами, или тебе придется принять на себя его гнев, — предупредила она.

Роберт поднял руку:

— Отлично! Но если это путешествие окажется неудачным, я скажу отцу, что пытался отговорить Триону.

Триона вытащила пару перчаток из кармана плаща и надела.

— О, Роберт, не будь таким мрачным. Ничего дурного не случится. К тому же отец обещал мне поездку в Лондон, как только вернется. Можно сказать, что это произойдет немного раньше, чем было запланировано.

— Отец собирался сопровождать тебя.

— Так и будет в следующий раз. — Триона посмотрелась в зеркало и заправила под шляпку выбившуюся прядь: — Пора.

Уильям наклонился взять ее саквояж:

— Если бы я не был уверен, что мистер Олсон доложит отцу, что я пропустил назначенные занятия с ним, я сам бы поехал с тобой.

Триона улыбнулась брату:

— Мое сердце греет мысль о том, что ты готов принести такую жертву.

Уильям усмехнулся:

— Это было бы потрясающим приключением.

Триона рассмеялась и повернулась к Роберту:

— Перестань ворчать и обними меня на прощание. Я буду скучать по тебе!

Выражение его лица утратило суровость, и он подчинился.

Следующим был Майкл. Она склонилась к нему и обняла особенно крепко.

— Не выходи на улицу и принимай лекарство. За тобой присмотрит доктор Фелтерс.

Майкл сморщился. На его худом лице карие глаза казались огромными.

— Если это необходимо…

— А ты сомневаешься?

Она посмотрела на Мэри, та, в свою очередь, обняла Триону и прошептала:

— Я присмотрю за Майклом. Не беспокойся о нем.

— Благодарю тебя.

Триона улыбнулась младшей сестре и сказала вслух:

— Ты несешь за них ответственность, Мэри. Позаботься о том, чтобы Уильям не пропустил встречу с наставником, Майкл принимал лекарство, Роберт не разливал молоко на книги и…

Мэри рассмеялась, слыша заверения братьев:

— Так и сделаю. Слушаюсь.

— Блестяще! Прощайте, мои дорогие. Вернусь, как только немного приведу в чувства Кейтлин.

Триона начала спускаться вниз по лестнице. Уильям следовал за ней с саквояжем.

Она приветствовала улыбкой Нянюшку и поспешила к экипажу, уже предвкушая поездку в Лондон. Несмотря на бодрые слова, обращенные к братьям и сестре, Триона не могла справиться с беспокойством.

Самое первое воспоминание Трионы о Кейтлин было связано с тем, что та пыталась съехать с лестницы вниз по перилам, хотя ей настоятельно рекомендовали не делать этого. Позже, когда нога Кейтлин уже была надежно упакована в гипс, она сказала отцу с матерью, что все-таки рада, что не послушалась их: ведь это было так весело и забавно.

Даже в возрасте пяти лет Кейтлин была сущим наказанием. А вот Триона отличалась послушанием и никогда не давала родителям повода беспокоиться за нее. Родители даже не представляли, сколько раз Триона удерживала Кейтлин от неприятностей.

Триона лучше всех понимала свою сестру-двойняшку. Она знала, насколько беспокойным характером обладает та и к чему может привести ее тяга к приключениям. И разумеется, саму маленькую Кейтлин любили, несмотря на то что, где бы ни появлялась девочка, как по мановению волшебной палочки, вызывала неразбериху и хаос.

Оставить заявку на описание
?
Штрихкод:   9785170669516
Аудитория:   18 и старше
Бумага:   Газетная
Масса:   275 г
Размеры:   207x 133x 18 мм
Оформление:   Тиснение золотом
Тираж:   5 000
Литературная форма:   Роман
Сведения об издании:   Переводное издание
Тип иллюстраций:   Без иллюстраций
Переводчик:   Желоховцева Людмила
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить