Метро 2033. Мраморный рай Метро 2033. Мраморный рай \"Метро 2033\" Дмитрия Глуховского - культовый фантастический роман, самая обсуждаемая российская книга последних лет. Тираж - полмиллиона, переводы на десятки языков плюс грандиозная компьютерная игра! Эта постапоклиптическая история вдохновила целую плеяду современных писателей, и теперь они вместе создают \"Вселенную Метро 2033\", серию книг по мотивам знаменитого романа. Герои этих новых историй наконец-то выйдут за пределы Московского метро. Их приключения на поверхности Земли, почти уничтоженной ядерной войной, превосходят все ожидания. Теперь борьба за выживание человечества будет вестись повсюду! Роман, не похожий ни на одну другую книгу \"Вселенной Метро 2033\". Сюжет, выстроенный так, что способен запутать даже самого опытного читателя. История мощная и трогательная. Герой, который войдет в анналы постъядерного мира, изменив его навеки. Сергей Кузнецов писал, ни на кого не оглядываясь. Получилась настоящая Книга. АСТ 978-5-17-068914-9
69 руб.
Russian
Каталог товаров

Метро 2033. Мраморный рай

Временно отсутствует
?
  • Описание
  • Характеристики
  • Отзывы о товаре (8)
  • Отзывы ReadRate
"Метро 2033" Дмитрия Глуховского - культовый фантастический роман, самая обсуждаемая российская книга последних лет. Тираж - полмиллиона, переводы на десятки языков плюс грандиозная компьютерная игра! Эта постапоклиптическая история вдохновила целую плеяду современных писателей, и теперь они вместе создают "Вселенную Метро 2033", серию книг по мотивам знаменитого романа. Герои этих новых историй наконец-то выйдут за пределы Московского метро. Их приключения на поверхности Земли, почти уничтоженной ядерной войной, превосходят все ожидания. Теперь борьба за выживание человечества будет вестись повсюду!
Роман, не похожий ни на одну другую книгу "Вселенной Метро 2033". Сюжет, выстроенный так, что способен запутать даже самого опытного читателя. История мощная и трогательная. Герой, который войдет в анналы постъядерного мира, изменив его навеки. Сергей Кузнецов писал, ни на кого не оглядываясь. Получилась настоящая Книга.
Отрывок из книги «Метро 2033. Мраморный рай»
Когда-то давно, много лет назад, здесь был город.
Обыкновенный областной городишко не из крупных. Простые его жители, культурные и не очень, вели размеренную, несуетную жизнь, умели радоваться и огорчаться, растили детей, работали и бездельничали, пили и воздерживались… Они, как могли, строили свою жизнь и свой город. Кто-то находил занятие здесь, другие ездили на работу в Москву, костеря на чем свет стоит расписание электричек и переполненные вагоны, тратя ежедневно на дорогу помногу часов.
Летом город утопал в зелени и радовал глаз уютом дворов, скверов и палисадников; был очень красив бабьим летом, укутанный во все оттенки желтого и красного; поздней осенью и зимой серел, скучнел, но все равно сохранял свою особую теплоту и неторопливость. В зимние длинные вечера в домах зажигались огни, на улицах медленно разгорались гирлянды фонарей, и город с высоты птичьего полета виделся большой новогодней елкой.
Теперь…
Теперь города не было. Осталось лишь нелепое нагромождение коробок жилых домов с покинутыми квартирами, выбитыми стеклами, оторванными дверьми; провисшие провода между покосившимися, а иногда поваленными столбами электропередач; разрушенные здания с разорванными стенами, с торчащими костями арматуры, все в лишайнике и зелено-буром мхе... Сквозь взломанный асфальт проросла трава и кустарник; детские площадки скрылись под высоким бурьяном. Летом в пыльной зелени рыжели ржавчиной брошенные легковые автомобили, автобусы, грузовики. Все, что могло сгнить, разрушиться, рассыпаться за эти годы – сгнило, разрушилось, рассыпалось.
Сейчас дома были укрыты тонким слоем выпавшего прошлой ночью первого снега. Странного снега – серо-голубого. Но и снег не скрадывал уродства мира.
У мертвого города появились новые, жуткие обитатели. Людей здесь давно уже не осталось. Кроме одного.
По городу-призраку, шатаясь, словно пьяный, шел человек.
Темно-синий костюм химзащиты на нем был серьезно поврежден: по спине три глубокие, обмазанные кровью борозды протянулись от плеч к пояснице, будто три остро отточенных клинка ударили разом, распоров костюм, теплую меховую куртку, свитер и добравшись до тела. На груди и на левом боку человека тоже были виднелись раны. Правое плечо и рука были залиты багровым, но, возможно, это была чья-то чужая кровь. Целым оставался только шлем из прочного пластика и респиратор – импортный, дорогой.
Человек дышал тяжело и прерывисто, брел странными зигзагами, и со стороны могло показаться, что он движется бесцельно. Однако цель была: как можно скорее покинуть это страшное место, добраться до военного института, на под-земных уровнях которого, как он слышал, могут оставаться люди. В этом было его спасение… Его единственное спасение.
Только бы дойти...
Человек пытался сосредоточиться, вспомнить, понять: кто на него напал? С кем он дрался?
Что-то огромное, стремительное и яростное, обладающее чудовищной силой… Один бросился на него сзади, располосовал когтями костюм, одежду и… черт, как болит спина! Кровь уходит... Самому такие раны не зашить. А если на когтях зверя был яд… Вторая тварь выбила из руки пистолет и следующим ударом обязательно оторвала бы башку, если бы не армейский нож – кей-кей, кинжал коммандос, размером чуть меньше мачете, с одним зазубренным краем, – который человек вогнал в монстра и провернул там пару раз. Кажется, после этого они поостыли и… отступили? Что произошло потом?
Он не помнил. Мысли путались.
Как он оказался в городе? Когда? Зачем?
Человек не мог ответить ни на один вопрос. Помнил схватку, но когда пытался восстановить в памяти облик тварей – лишь бессильно скрежетал зубами. После того, как твари ушли (Почему? Посчитали, что он не жилец? Почему не сожрали?) он, наверное, какое-то время был в беспамятстве. Осознал себя уже бредущим по городу.
Человек несколько раз падал от усталости, недолго лежал без движения, пытаясь перевести дух, но каждый раз, поднимаясь, тратил сил больше, чем накапливал за короткий перерыв.
На город опускались сумерки. Человек тревожно озирался.
Правая рука в изодранной перчатке скользнула под защитный костюм и легла на рукоять кей-кей, висевшего на поясе куртки в коротких ножнах. Ему слышались, а может быть, только чудились звуки, от которых кровь стыла в жилах: вой, поскуливание, рычание, а иногда чавканье и короткий яростный рык, словно неведомые звери дрались за добычу.
Человек оглядывался испуганно, но вокруг не было ни души.
Поднялся ветер, пошел снег.
С каждым шагом сил оставалось все меньше, но человек уже не мог позволить себе остановиться на пару минут, чтобы перевести дух – следовало спешить. Если еще час назад спину саднило, но теперь раны причиняли жгучую боль; временами ему казалось, что в них копошатся какие-то насекомые… Человек рычал и передергивал плечами. К тому же, с наступлением сумерек температура воздуха понизилась, и холод добирался до тела сквозь распоротый комбинезон.
Окружающие предметы плыли и двоились – отказывало зрение. Человек теперь едва волочил ноги, ставшие деревянными и не желавшие слушаться.
Он вдруг отчетливо услышал чью-то речь и как автомат повернул на голос… Лишь чтобы убедиться: никаких людей здесь нет и быть не может. Но сумрак вокруг шипел, рычал, скулил, и звуки эти становились все ближе.
Он почти выбрался из города.
Стемнело.
Рука сжала рукоять армейского ножа.
Человек оступился на вздыбленном асфальте и, неловко повернувшись, рухнул на спину. Звуки, окружавшие его, на мгновение замерли, и в этой тишине он услышал, как что-то противно хрустнуло в левой руке. Боль пришла с запозданием – тупая, усталая.
Сил не осталось. Несколько раз, как перевернутый на спину жук, он пошевелил конечностями, пытаясь подняться или хотя перевернуться, и тем израсходовал ничтожный остаток сил. Он не смог даже вытащить кей-кей, и это было обидно: можно попытаться утащить с собой хотя бы одну тварь…
Зрение туманилось, но он успел еще увидеть, как из ближайших зарослей, принюхиваясь, осторожно вышло большое серое животное с полукрысиной-полуволчьей мордой, оскалило клыки, зарычало и двинулось к нему.
Человек потерял сознание.
Глава первая
В этот раз караванщики нарушили главное правило: не приходить ночью.
Когда с той стороны ворот центрального шлюза раздался условный стук, означавший «пришел караван», бодрствующий часовой даже не сразу сообразил, что это за звук. Хронометра на посту не имелось, но у часового было собственное отличное чувство времени, которое подсказывало, что сейчас не более трех часов пополуночи, следовательно, никаких визитеров быть не должно.
Стук повторился.
Часовой толкнул напарника – тот дремал, сидя на ящиках и вытянув ноги, положив одну руку на автомат, едва слышно посвистывая во сне. Напарник открыл глаза.
– У нас гости, – сказал первый часовой.
– Ка… какие гости? Об эту пору? – обалдело спросил напарник, и тут оба они услышали другой позывной, означавший, что в караване раненый.
– Беги к старшему, – сказал первый часовой, – пусть дает команду впустить… Нештатная ситуация… На себя не возьмем…Ночью, да еще раненый… Черт их знает, какую заразу могут занести!..
Словно в ответ на его слова, с той стороны ворот морзянкой отстучали, что опасности для колонии нет.
– А если врут? – рассудительно сказал первый часовой. – Беги.
И стукнул в ответ: «ждите».
Вопрос решился быстро: визиты караванщиков были важны для Общины, так что старший смены принял решение впустить группу, пусть даже с раненым. На всякий случай он отрядил на пост, для сопровождения визитеров внутрь, двоих вооруженных людей: ситуация-то действительно была нештатная, ночью караваны никогда не приходили, да еще с раненым. Сделал он это скрепя сердце – мужчины колонии сильно уставали, разрываясь между работами на подсобном хозяйстве, вылазками на поверхность, дежурствами у ворот и прочими заботами, спали мало; теперь пришлось прервать отдых сразу двоих.
Сначала открылись внешние гермоворота, и в тесное шлюзовое помещение, с трудом поместившись, втиснулась группа людей. В шлюзовую дали неяркий свет, и часовые несколько минут через два больших застекленных глазка изучали визитеров. Удовлетворившись, открыли ворота внутренние. Охранники колонии, с автоматами наперевес, керосиновыми лампами подсвечивали караванщикам дорогу. В помещение потянулись люди: впереди – главный, в крепком, дорогом и надежном костюме химзащиты, в удобном шлеме, в новом респираторе. Следом остальные, в костюмах попроще. Почти все несли мешки, кофры, канистры; трое тащили носилки, на которых лежал крупный мужчина в порванном в нескольких местах и окровавленном костюме.
Караванщики с носилками в сопровождении охраны спустились по лестнице на административный уровень; в тусклом свете керосиновых ламп тени их плыли по стенам, колеблясь, то увеличиваясь в размерах, то исчезая вовсе.
На административном уровне, как и на остальных в это время, было тихо: колония спала. Войдя в длинный коридор, караванщики поставили носилки и прошли в комнату химической обработки, где их костюмы были очищены от радиации, принесенной с поверхности, специальным порошком. Порошок был здешней разработкой, местные химики трудились над ним не один год, зато теперь он пользовался у караванщиков спросом и приносил колонии неплохую прибыль.
Вернувшись в коридор, главный караванщик сказал, обращаясь к сопровождающему гостей офицеру:
– Раненого нужно немедленно в медицинский блок. Он плох, может долго не протянуть.
Тот, помедлив, отдал пару отрывистых команд. Процессия разделилась: двое караванщиков с носилками под присмотром сопровождающего двинулись к медицинскому сектору; остальные направились дальше по коридору – в Зал. Это просторное помещение служило тут для проведения всех торгов с караванщиками, для заседаний Совета и выступлений руководства колонии перед гражданами.
Сергею ужасно не хотелось будить жену, но выбора не было.
– Полина… – он осторожно погладил ее по плечу. – Милая, просыпайся…
Полина вздохнула во сне. Она уснула всего два часа назад, и больше за эти сутки ей спать не придется. Как несправедливо!
– Нужна твоя помощь… Пожалуйста…
– Папочка, что случилось? Почему ты будишь маму? – услышал Сергей и вздрогнул. Обернувшись, увидел сына – Денис стоял в двух шагах от их постели.
– Это еще что?! – грозным шепотом закричал Сергей, грозя сыну кулаком. – Немедленно в постель! Босиком на холодном полу! В школу с утра!..
Денис упрямо насупил брови. Видя, что он собирается повторить вопрос, Сергей понизил голос.
– Ничего не произошло. Заболел тут один, мама нужна в больнице.
Деловито кивнув, сын поплелся к своей постели.
– Иду, – сказала Полина. – Мне просто сон такой хороший снился... Про Ленинскую библиотеку.
Сергей смотрел на нее с нежностью. Никакого намека на то, что минуту назад она крепко спала: ясный взгляд и легкий румянец, как у давно бодрствующего человека.
– Прости, – сказал он. – Я отпирался, как мог, но Хирург требовал только тебя. Говорит, никто не может лучше…
– Приятно, когда так ценят, – сказала жена. – Кто болен?
Сергей наклонился к ее уху – так, чтобы не услышал Денис. Любопытства в мальчике столько же, сколько упрямства, а знать ему все это ни к чему.
– Пришли караванщики… Непонятно, как их впустили ночью… Принесли раненого… Подробностей не знаю, но, кажется, его порвали наверху… Хирург толковал, что с раненым что-то крепко неладно…
Он говорил едва слышно, косясь в сторону постели сына; мальчик лежал неподвижно, дышал ровно и, возможно, уже спал; но Сергей не стал бы ручаться, что Денис сейчас не прислушивается изо всех сил к разговору.
Полина кивнула, потом так же тихо спросила:
– Ты тоже идешь?
Сергей кивнул:
– Будет торговля…
Они быстро собирались, стараясь не шуметь. Чай в древнем побитом термосе был еще теплым, но времени не оставалось, и они решили позавтракать по возвращении.
Выйдя из бокса, расстались: Полина свернула вбок – поднявшись по ступеням, оказываешься у дверей медицинского блока; Сергей направился дальше по этажу, в сторону дальней лестницы, которая выводила к дверям Зала. Жилой уровень был темен и погружен в сон.
В просторном Зале, скудно освещенном керосиновыми лампами, вот-вот должна была начаться обычная процедура торгов. По одну сторону большого овального стола красного дерева, некогда ухоженного и богато инкрустированного, а ныне потрескавшегося и обшарпанного, сидели представители Совета Общины. Сергей обратил внимание, что Верховный, Петр Савельевич, отсутствует; собственно, в том, что его не стали будить посреди ночи, ничего удивительного не было: Верховному перевалило за семьдесят, он стал тяжел на подъем, спал плохо, а просыпался еще хуже.
Сергей знал, что Верховный все реже покидает свой блок и днем, предпочитая уединение… Шептались, что старик доживает последние деньки. Его место, пихая друг друга локтями, пытаются занять трое членов Совета. Каждый из них пытается склонить колонистов на свою сторону нехитрыми уловками... Все они сейчас были тут как тут. Половина стола с их стороны и пол вокруг были уставлены товаром и продуктами, производимыми в лабораториях, мастерских и парниковых хозяйствах колонии.
По другую сторону расположились четверо караванщиков. В центре сидел главный, имеющий прозвище Джедай – звучная кличка, почерпнутая из какого-то старого кино. О дальних походах его каравана и битвах с неведомыми чудовищами ходили легенды, но сам Джедай распространяться на эту тему не любил. Колонистов он терпеть не мог и называл их серыми крысами. О метро говорил презрительно либо с насмешкой, и всегда подчеркивал, что настоящий мужчина должен жить и умереть свободным, на земле, под небом… Даже таким, какое оно сейчас. Внешность его была под стать характеру: могучее тело, большая, наголо обритая голова, глаза темные, взгляд стальной, узкие губы, давний и глубокий шрам на левой щеке.
Справа от него сидели два его сына, такие же суровые, как отец – погодки, парни семнадцати и шестнадцати лет. Мать их умерла давно. Поговаривали, погибла, а Джедай не сумел ее спасти; впрочем, доподлинно никто ничего не знал.
По левую руку находился единственный друг и помощник Джедая, имевший незамысловатое русское имя Василий; внешне он выглядел простым, добродушным увальнем, рубахой-парнем. Но впечатление было обманчивым: те, кто Василию переходил дорогу, редко оставались живыми и здоровыми. «Этот мир жесток и страшен. И выжить в нем могут только люди жестокие и страшные». Из присказок Джедая.
Простые караванщики расположились вдоль стены прямо на полу. Тяжелый запах давно не мытых тел висел в воздухе. Сергей обвел ночных визитеров взглядом и вдруг задержался на одном: худой, щуплый; черные, грязные, свалявшиеся паклей волосы закрывают лицо. Он сидел на полу, подобрав ноги, в стороне от остальных, и только время от времени бросал на окружающих короткие взгляды исподлобья.
Стороны присматривались, примеривались друг к другу, молча оценивали товар. В торгах, как и в любом другом деле, была своя тактика, свои тонкости и хитрости. Фиксированных цен ни на один вид товара установлено не было, их определяли непосредственно в процессе торга. Колония предлагала синтетические продукты и овощи, выращенные в парниковых хозяйствах на обеззараженной почве, которую приносили с поверхности и подвергали очистке в лаборатории. Здесь же были разложены вещи из пошивочной мастерской (материалы для их изготовления стремительно таяли, так что цена росла) и холодное оружие из слесарного. Металла для его производства пока было в достатке, да только не каждый умеет из куска стали выточить мачете.
Караванщики выставили на продажу несколько костюмов химзащиты – не бог весть каких, но по виду еще вполне крепких, чекушки с керосином, огнестрельное оружие и патроны, несколько рулонов хлопчатобумажной ткани (последнее было очень кстати: вещи из пошивочного продавались хорошо). Кроме этого, на столе перед Джедаем маленькой горкой лежало несколько устрашающего вида фигурок из кости какого-то животного. Именно они в первую очередь привлекли внимание Валентина Валентиновича, бывшего полковника внутренних войск, человека, особенно рьяно рвавшегося занять место Верховного… когда оно освободится.
– Что это? – спросил он у Джедая, указывая на фигурки.
– Амулеты, – помолчав, коротко ответил тот.
– Из чего сделаны?
– Из клыка… – второе слово Сергей не разобрал – что-то связанное с удочкой.
– Действуют?
На этот раз ответа не последовало. Но напористый Валентин Валентинович не отставал:
– Продаете? – и снова молчание. – Если не продаете – зачем выставили?..
Джедай со скучающим видом отвернулся, Василий клевал носом (или делал вид), младший сын Джедая с интересом осматривался: в колонию он попал второй раз в жизни, а в Зал – вообще в первый. Старший же внезапно подался вперед и ткнул пальцем в аккуратно разложенные на небольшом куске ткани кубики коричневого цвета.
– Еда? – спросил он.
Вопрос был, скорее, риторическим: в этой части стола принимающая сторона разложила синтетические продукты, не только обладающие ничтожными вкусовыми качествами, но и весьма вредные для организма. Хотя кто в нашем мире позволит себе рассуждать о вреде пищи? Нечто, напоминающее хлеб, нечто, напоминающее масло, нечто, напоминающее макароны… Рядом с макаронами лежали кубики, вызвавшие любопытство парня.
Валентин Валентинович повернулся к соседу. Профессор Скрынников, химик, биолог, ученый, одним словом – это с первого взгляда по нему видно – высокий, с вечно взъерошенной копной седых, непослушных волос, в очках с одним треснутым стеклом и дужкой, замотанной в месте слома куском шнурка, мятый, неопрятный и пахнущий не лучше караванщиков (но они-то хоть бродяги, неделями в пути!) – с высокомерным выражением наклонил голову и нараспев произнес:
– Еда, мальчик.
– Какая?
Скрынников, держа паузу, ухмыльнулся одними уголками губ, слегка презрительно – дескать, ребенок, что с него возьмешь?За мгновение до ответа Сергей пригляделся к кубикам, догадался, что это и ощутил потрясение. Он не знал, что химики так далеко продвинулись… в отдельных областях. Ему захотелось закрыть ладонями уши, чтобы не слышать, что скажет Скрынников, но он не успел.
– Шоколад, – сказал Скрынников.
Он произнес короткое и страшное слово ровно тем тоном, каким следовало, чтобы на короткое время заставить всех в Зале замереть.
Конечно, что такое шоколад, знали все. Кое-кто из присутствующих – по рассказам, похожим на волшебные сказки или поэмы; но многие пробовали шоколад, да что там – пробовали… ели его. Было это очень давно, но воспоминания, как об одном из самых ярких чудес, бережно хранились в памяти людей.
Оба мальчика теперь не мигая глядели на темные кубики. Джедай косился на них; Василий открыл один глаз и уставился им на предмет общего интереса.
Надо отдать старшему сыну Джедая должное: он почти не выдал своих чувств. Только поинтересовался – как можно небрежнее, но ломающийся голосок предательски дрогнул:
– Настоящий?
– Ну что ты! – тут же вступил Аркадий Борисович, бывший банкир, ас торговли, хитрец, изворотливая бестия. – Откуда же тут взяться настоящему шоколаду? Для настоящего нужна Африка, плантации, негры, какао-бобы. А это обман, подделка...
Надеюсь, он знает, что делает, с легким беспокойством подумал Сергей.
– …но по вкусу, – подхватил Скрынников, и Сергей понял, что они заранее распределили роли, предполагая подобную ситуацию, – он очень похож на настоящий. Так похож, что… – и неопределенно покрутил в воздухе рукой.
Парень скривился презрительно и сделал вид, что утратил к товару всякий интерес, но… только слепец не увидел бы, подумал Сергей, как горят глаза парнишки, какие взгляды бросает он украдкой в сторону странного продукта, о котором столько слышал, но никогда не пробовал.
– Что вы хотите за шоколад? – спросил Джедай.
Три головы членов Совета Общины – военного, ученого и банкира – склонились друг к другу.
И в этот момент гудящий негромкими голосами караванщиков воздух зала прорезал новый звук: истерический плач.
Сергей поднялся первым; взгляд его метнулся по караванщикам, сидящим у стены и обеспокоено зашевелившимся (многие к тому моменту уже дремали) и остановился на маленьком человеке, сидевшем отдельно. С бесконечным удивлением Сергей наконец понял, что это женщина.
Она громко, с подвываниями, рыдала, закрыв лицо руками.
Сергей подался к ней.
– Заткнись! – прикрикнул на нее кто-то из караванщиков и грубо выругался.
Сергей опустился у стены на пол рядом с плачущей. Некоторое время собирался с мыслями, не зная, что сказать, как успокоить. Он вообще давно не видел женских слез, тем более – истерики, и это было так… странно…
– Послушайте… – наконец решился он, – не надо так, ну что ты…
– Отстань! – с неожиданной злобой, сквозь всхлипывания, низким хрипловатым голосом выкрикнула женщина.
Он совсем растерялся.
– Да я помочь хотел... Как-нибудь...
– Отвали, – сказала она глухо. – Тут тебе ничего не обломится.
Несколько караванщиков, прислушивающихся к их разговору, неприятно засмеялись.
– Да мне ничего и не нужно, – сухо сказал Сергей, поднялся и направился к своему месту.
Денис почти всегда спал без сновидений. Исключение составляли редкие тревожные полусны, на волнах которых он качался, порой погружаясь глубоко, порой выныривая к самой поверхности яви. В них были комнаты и бесконечные коридоры с серыми стенами; коридоры не имели ни начала, ни конца, по ним можно было бежать или плестись – но выбраться из них у Дениса никогда не выходило. Комнаты были большими, не в пример их жилому боксу, но мрачными, очертания стен в них скрывались неприятной белесой дымкой. То из одного, то из другого угла комнаты долетали негромкие, но такие страшные звуки, что от них леденела кровь. Вне зависимости от того, находился он в комнате или в коридоре в этом своем сне – мальчика не покидало ощущение опасности, смешанной с тоскливой безнадежностью: где бы ты ни находился, он отыщет тебя. Берегись.
Две недели назад мама вернулась с очередного медицинского обследования бледная и расстроенная. Они с папой сели шептаться. Денису в это время полагалось делать уроки, а, если он закончил, читать, но «Робинзон Крузо» ему изрядно надоел, а потрепанная, без половины страниц книжка о приключениях Незнайки раздражала. Где он, этот Солнечный город? Был ли когда? Вопрос, очень занимавший мальчика прежде, теперь утратил актуальность. Гораздо любопытнее, о чем шепчутся родители. Он стал слушать.
Если слушать так, как это делают обычные люди, то есть напрягшись и навострившись, то, во-первых, родители это обязательно заметят, пристыдят, а то и отправят гулять в коридор – там, конечно, тоже интересно, но не так; во-вторых, ничего не поймешь: они говорили едва слышно, склонив головы друг к другу. Но Денис давно уже понял про себя, что кое-какие вещи он умеет делать не как другие-прочие, а… иначе. Лучше. Например, у него развит особый слух. Умный дядя Хирург, который всегда угощает чем-то вкусным, называл эту Денисову способность ментальным слухом, но что это значило, Денис так и не понял. Зато научился этой своей способностью пользоваться.
Мальчик закрывает глаза, расслабляется и как бы взмывает вверх без малейших усилий и каких-либо видимых движений. Он направляется туда, куда ему нужно, в данном случае – в сторону родителей, обсуждающих некие важные вопросы…
В этот раз чудесная способность почему-то не сработала. Или он скверно настроился, или мама и папа общались так, что даже своим ментальным слухом он не сумел ничего уловить. Промучившись какое-то время, Денис пытался читать про ненавистного Незнайку и сам не заметил, как задремал.
Закачавшись на волнах легкого полусна, он увидел девочку. Спокойное, чистое, милое лицо, русые волосы, зеленые глаза, веснушки и смешной нос кнопкой. Родинка у правого уголка губ. Девочка ничего не говорила, просто смотрела на него. Несколько минут спустя лицо ее стало таять, растворяться, исчезать, а на ее месте проступила серая стена коридора, и Дениса мгновенно бросило в жар от тревожного предчувствия.
Следующие тринадцать ночей сновидений не было.
Сегодня, когда, нарушив главное правило, к ним среди ночи явились караванщики и Денис, отпустив родителей, на короткое время заснул вновь, он во второй раз встретился с девочкой.
То же милое лицо, которое уже Денису нравилось, серьезный взгляд и веснушки. Она долго смотрела на Дениса. И он смотрел на нее, не в силах оторвать взгляд. Потом она вдруг сказала: «Ты нужен. Просыпайся». Голос ему понравился. Больше она ничего не добавила; лицо ее, как и в прошлый раз, начало таять. Но Денис не расстроился. Он сейчас же проснулся. Раз девочка сказала, что он нужен, наверное, так и было – врать она бы не стала.
Проснувшись, он вспомнил, что родителей в комнате нет – можно не осторожничать. Оделся и, уже выходя в коридор, точно знал, куда должен направиться.
А в том месте, куда он держал путь – в медицинском блоке – была суета. В ярко, насколько это вообще возможно в колонии, освещенном помещении, служившем и операционной и процедурной, на столе глыбой лежал человек, а рядом с ним сновали трое: Хирург, медбрат и Денискина мама - Полина.
Если медбрата еще иногда называли по имени – Яшей, Яковом – то Хирург был всегда исключительно Хирургом даже вне больничных покоев.
На первоначальной стадии все шло как обычно: одежду срезали, оставив пациента в белье, приступили к стандартным манипуляциям по реанимации, по проверке работы основных органов... Теми инструментами, которые были в наличии, и теми методами, которые тут уже годами нарабатывались. У нового мира и риски для здоровья не те, что раньше, и медицина другая. Рутинные процедуры в общем.
Однако после того, как с большим трудом удалось перевернуть раненого на живот…
– Больше света, – негромко сказал Хирург, наклоняясь над тремя глубокими вертикальными ранами на спине лежащего.
Полина и Яков, взяв каждый по керосиновой лампе, встали справа и слева от Хирурга. Тот прислушался и сказал, нахмурившись:
– Ближе ко мне. Лампы ниже.
Медбрат с недоумением и опаской посмотрел на Полину, как бы говоря: не обожжем раненого?
Хирург почти сунул нос в одну из борозд на спине лежащего… И тут же выпрямился. Казалось, он был поражен увиденным… Неприятно поражен. Да и что могло понравиться в этих ранах?
Хирург достал из побитой металлической ванночки со слабым спиртовым раствором (спирт здесь был на вес золота) пинцет и, далеко отнеся руку, начал медленно опускать инструмент в рану. Пробормотал:
– Осторожно…
Яков и Полина переглянулись.
Хирург что-то зацепил в ране и потянул – но оно не хотело выходить. Хирург вынул окровавленный, но пустой пинцет из раны и выпрямился. Лоб его покрылся испариной, руки чуть дрожали. Он посмотрел на Полину, потом на Якова и пробормотал, ни к кому не обращаясь:
– Сложнее, чем я думал…
…Денис поднялся по лестнице и, выйдя в коридор, побрел в сторону медицинского блока. Уверенности в нем поубавилось, к тому же, очень хотелось спать. Сейчас он бы не поручился, что несколько минут назад видел во сне девочку, которая сказала, что он должен проснуться и идти куда-то. Ему было одиноко и страшно.
– Попробуем еще раз, – сказал Хирург. – Свет!
Яков и Полина снова сблизили две лампы и наклонили их над раной. Полину, вопреки обычному, замутило, и смотреть в рану она не могла. Хирург аккуратно погрузил в рану пинцет и ухватил что-то. Мельком глянув на него, Полина увидела, что Хирург напрягся, покраснел, на лице заблестели крупные капли пота. Он потянул. Раненый страшно замычал. Лампа в руке Якова дрогнула.
С неприятным чавкающим звуком Хирург извлек из раны крупный окровавленный предмет и поднес к лампе, которую держала Полина.
– Что за… – начал Яков.
– Неси лупу, – потребовал Хирург.
…Денис замедлил шаги. Отсюда была прекрасно видна полутемная комната, в центре которой на столе, обнаженное по пояс, лежало большое, мускулистое тело мужчины. И что, подумал мальчик, надо делать дальше? Он даже огляделся по сторонам, словно ожидая, будто некто мудрый, находящийся рядом, ответит. Но никого, разумеется, поблизости не оказалось.
…Это был не предмет. Губки пинцета зажимали довольно крупное, устрашающего вида мохнатое черное насекомое, нечто среднее между шмелем и мухой, с крепкими крылышками, четырьмя цепкими лапками на которых были как будто даже видны коготки, и парой выступающих вперед жутких костяных жвал.
– Фауна борется за выживание, как может… – пробормотал Хирург, разглядывая страшное насекомое, поворачивая пинцет под лупой, которую держал Яков трясущейся рукой, так и эдак. – Заморозки, видишь.Жучки в тепло пытаются забиться. В мясо. Если на жвалах был яд, вряд ли мы сумеем помочь этому несчастному…
Словно в ответ на его слова, жвалы зашевелились.
– Оно живое! – хрипло сказал Яков.
– Подай-ка вон ту банку, – деловито распорядился Хирург.
– Оно там одно? – спросила Полина.
– Выясним, – сказал Хирург и, опустив насекомое в банку, завернул жестяную крышку.
– Не вырвется? – с опаской спросил Яков.
– Пусть попробует… Продолжим, коллеги?
Денис закрыл глаза – и его внутренний человечек, невидимый и невесомый, выскользнул на волю и полетел вперед, туда, где трое людей суетились вокруг четвертого, раненого. Благодаря этому человечку-мотыльку Денис не только прекрасно видел и слышал все, что происходило в медблоке, но даже немного разбирался в мыслях и настроениях находящихся там людей.
Вот мама. Она очень больна, едва держится на ногах. Ей нужно домой, лечь. Но она не может уйти, понимая, что на нее рассчитывают остальные. Тот, что помоложе, дядя Яша, напуган; то и дело оборачивается на стеклянную банку, стоящую на столе. В банке шевелится… что-то. Второй мужчина, постарше – дядя Хирург – не боится. Он собран и деловит. И еще любопытен. Когда-нибудь любопытство его погубит…
Последний, раненый, на столе. Очень плох. Мало того, что его подрали… не видно, непонятно, отрывочно… так еще и яду напустили эти… Вторую сейчас достал пинцетом из раны дядя Хирург. Всего их три. Их яд воздействовал на… Голову? Чем помочь? Как не допустить, чтобы раненый погиб?
Мальчик в коридоре зажмурился и сжал кулачки.
И в тот момент, когда Хирург, достав из раны последнюю тварь, отошел, Полина присела на стул (ноги от напряжения не держали ее вовсе), а Яков отвлекся на банку, человек на столе вдруг немыслимым образом изогнулся – и заревел трубно, напугав медиков.
Не умрет, донес человечек-мотылек. Теперь точно не умрет.
Денис открыл глаза.
Полина, еще не придя в себя от страшного крика раненого, с беспокойством вгляделась в темное пространство коридора за полуоткрытой дверью медицинского блока. Ей показалось, что она увидела там сына. Она даже сделала несколько шагов к выходу.
– Денис?
Человечек-мотылек возвратился, и Денис поспешно отступал к лестнице. Очень хотелось спать. Но главное: он сумел помочь. Сам не знал, как, да это было и не важно, но сумел.
– Сынок, это ты?
– Полина, – сказал Хирург. – Мы не закончили. Сейчас обработаем раны и перевяжем…
– Мне кажется, – неуверенно сказала она, – там мой Дениска…
– Откуда ему взяться, спит твой Дениска. Посвети лучше.
Но она еще почти минуту вглядывалась в темноту коридора, пока не удостоверилась, что там действительно никого нет.
Торги завершились под утро. Большинство караванщиков к этому времени спали прямо на полу. Запах в Зале стоял такой, что глаза Сергея слезились, и он покашливал.
Джедай все-таки купил «шоколад» за свиную колбасу, добытую в метро на «Речном вокзале», и патроны; был взбешен ценой, но вида старался не показывать.
Василий ушел в самый дальний угол, уселся там на пол и, прислонив голову к стене, задремал. Почти сразу к нему присоединился младший Джедаев сын, привалился, устроился поудобнее и тоже закрыл глаза. Не спали только сам Джедай, его старший, трое членов Совета Общины, Сергей, да странная женщина, пришедшая с караваном. На протяжении всех торгов она то и дело принималась плакать – но теперь почти беззвучно.
Аркадий Борисович жадно расспрашивал Джедая о том, что видели караванщики в дороге, о том, какая жизнь на Ганзе, какая в Полисе. Тот отвечал скупо, сквозь зубы – все не мог простить себе слабости, которую проявил при покупке «шоколада». Добиться красочного, подробного рассказа банкир так и не сумел.
Сидевший рядом с членами Совета Сергей следил за их разговором невнимательно: все его мысли занимала женщина, так нагло и зло его отшившая. Однако ни малейшей обиды на женщину в нем не было. Напротив, Сергей все еще жалел ее и хотел бы хоть чем-нибудь помочь.
– Кто она? – спросил он Джедая, вклинившись в разговор и кивая в сторону женщины.
– Сумасшедшая сука, – отрезал караванщик.
Сергей молчал, ожидая продолжения.
– Прибилась к нам три дня назад, – сказал Джедай. – Толку от нее нет. Поклажу нести не может, устает. Стрелять не умеет. Парни пробовали… – он сделал неопределенный жест лапищей, – так стала кусаться, царапаться, вцепилась в лицо и чуть не оставила без глаз… Куда там вашим волкокрысам…
– Не знаем, что с ней делать, – добавил старший сын.
Валентин Валентинович заволновался, с подозрением косясь на Сергея.
– Ты прекрати! Вижу – что-то задумал!.. Добреньким хочешь быть, понимаю, но я не позволю… Никто не позволит… Лишний рот, знаешь ли…
– Лишний работник, прежде всего, – сказал Сергей. – Как зовут ее?
Джедай едва заметно пожал плечами.
– Сергей, учти: урежем рацион вашей семьи! – не унимался Валентин Валентинович. – За свой счет кормить ее будешь! У нас непредвиденный едок – тот раненый, когда-то еще работать сможет, а жрать такому слону много надо!..
– Нельзя этого, – сказал Сергей. – Она с караваном пропадет.
– А толку от нее, как от бабы, все равно нет, – сказал Джедай. – Захочет остаться – забирайте.
– Сергей! – зашипел Валентин Валентинович, но тот уже направился к женщине.
Она при его приближении напряглась и сразу перестала плакать. Сергей сел рядом с ней на пол.
– Тебя как звать? – спросил он.
– Ди… Динара… Дина, – несмело, но вполне мирно ответила та.
– А меня Сергей, – он мельком глянул в сторону мужчин: пять пар глаз внимательно наблюдали за ними. – Хочешь остаться здесь, Дина?
Она недоверчиво посмотрела на него.
– Нужно будет работать, – продолжал Сергей, – здесь все работают… Но это все же лучше, чем идти с караваном. Тут тебя никто не обидит. До утра осталось несколько часов… Я организую место для сна, а днем подумаем, куда тебя поселить.
Он снова посмотрел на сидящих поодаль мужчин. Валентин Валентинович качал головой, банкир ухмылялся, Скрынникову, казалось, было все равно.
Ничего, подумал Сергей, ничего… Все правильно.
Содержание
Часть первая. Изгнание из ада
Часть вторая. Дорога в рай
Часть третья. Сошествие в рай
Отзывы Рид.ру — Метро 2033. Мраморный рай
4.26 - на основе 19 оценок Написать отзыв
8 покупателей оставили отзыв
По полезности
  • По полезности
  • По дате публикации
  • По рейтингу
5
22.06.2015 17:20
История, происходящая в постъядерном мире держит в напряжении до самого конца. В какие-то моменты кажется, что все герои обречены, что спасения не будет, но они продолжают бороться за свою жизнь и свободу.
Призраки прошлого встают на их пути и пытаются уничтожить... Само Метро кажется против их появления в этом мире, но они не готовы отступить...
Книга для истинных любителей фантастики и монстров, достаточно кровавая и неожиданная. Оказывается люди остались не только в московском метро, они расселились по всему миру и пытаются выжить любыми способами.
Нет 0
Да 0
Полезен ли отзыв?
3
26.12.2011 11:24
Книга потрясающая!!! Новые мутации, бункер вместо метро...пчелы...это новый виток развития Метро 2033!!!
Нет 1
Да 0
Полезен ли отзыв?
3
26.02.2011 00:18
Мраморный рай одна из самых обширных книг серии "Метро 2033" на путешествия, после книги " К свету". По ходу повествования мы встречаем новые виды мутаций, автор затрагивает ранее утаенные темы, такие как насекомые, во что их превратил новый мир. (так например шмели - невероятно большого размера, раз в 10 больше чем обычные, плотоядные и смертельные хищники). Так же автор нам показывает нам и то, что люди смогли выжить не только в "Мраморном рае" - Метро, но и в определенных бункерах, пещерах, и даже на столбах электропередач. Так же для девушек на мой взгляд будет интересная новая тема - амазонки. Женщины воины сражающиеся за свое существования с Волкокрысами и Птеродактелями на просторах Подмосковья - воительницы, но все же женщины.
Нет 0
Да 6
Полезен ли отзыв?
5
10.02.2011 17:22
Прочитала на одном дыхании, буквально за один день. Всем рекомендую. Интересный сюжет, динамичный. Из новых мутантов: волко-крысы и шмели.Действующие лица : Макс - наемник убийца, Ангин - молчаливый детина, Сергей - смертельно больной отец семейства, его десятилетний сын Денис - обладающий паранормальными способностями, бывшая шахидка Дина - безумная тетка.Женщины Амазонки, живущие на старых ЛЭП, борющиеся с "Удильщиками" - мутанты крылатые.
Нет 3
Да 1
Полезен ли отзыв?
5
18.01.2011 21:59
Очередная книга мне очень понравилась. Прочитал за нескольку дней, сюжет действительно держит в напряжении до самого конца. Правда конец получился немного смазанным… Но в целом постапокалиптическая атмосфера в книге безусловно присутствует.
Как для поклонников серии, людям которые никогда еще не читали метро 2033, книга будет инетересна своей динамичностью.
P.S. Для меня лучшей в серии метро 2033 все еще остается книга «К свету» =)
Нет 0
Да 2
Полезен ли отзыв?
3
06.12.2010 12:53
Пожалуй, что эта книга понравилась больше всего из серии (книги самого Глуховского вне конкуренции). Очень динамичный сюжет и неожиданнаая развязка. Прочитала на одном дыхании и за один день.
Нет 1
Да 0
Полезен ли отзыв?
3
15.10.2010 16:51
Книга очень понравилась. По началу как начал читать, подумал, что будит как и "К свету" . Но всё таки это другое)) Книгу прочитал за 2 дня, ни как не мог остановиться, очень интересный сюжет. Автору по шкале из 5 ставлю 5, даже с плюсом. До последней минуты переживал, что же произойдёт с Сергеем, дойдёт до метро или нет. А Макс мне напомнил чем-то Хантера=))). В общем книга очень захватывающая и интересная. Советую всем прочитать!!!
Нет 0
Да 4
Полезен ли отзыв?
3
14.10.2010 09:18
Немного мрачновато, но зато, какой накал страстей! Книга для любителей фантастики в чистом виде.
Как ведут себя люди, поставленные на грани человеческих возможностей? В книге много психологических моментов, а также множество необычных приключений, в которые попадают герои романа. Их путь тяжел и, к сожалению, не без потерь.
Это история о сотрудниках закрытого научного городка в Подмосковье, работающих когда-то на оборонку, временно нашедших укрытие в ее подвальных помещениях. Но так долго продолжаться не могло. Нужно было что-то предпринимать. Единственный выход – попытаться пробраться в Москву и там найти себе более надежное убежище.
Нет 0
Да 3
Полезен ли отзыв?
Отзывов на странице: 20. Всего: 8
Ваша оценка
Ваша рецензия
Проверить орфографию
0 / 3 000
Как Вас зовут?
 
Откуда Вы?
 
E-mail
?
 
Reader's код
?
 
Введите код
с картинки
 
Принять пользовательское соглашение
Ваш отзыв опубликован!
Ваш отзыв на товар «Метро 2033. Мраморный рай» опубликован. Редактировать его и проследить за оценкой Вы можете
в Вашем Профиле во вкладке Отзывы


Ваш Reader's код: (отправлен на указанный Вами e-mail)
Сохраните его и используйте для авторизации на сайте, подписок, рецензий и при заказах для получения скидки.
Отзывы
Найти пункт
 Выбрать станцию:
жирным выделены станции, где есть пункты самовывоза
Выбрать пункт:
Поиск по названию улиц:
Подписка 
Введите Reader's код или e-mail
Периодичность
При каждом поступлении товара
Не чаще 1 раза в неделю
Не чаще 1 раза в месяц
Мы перезвоним

Возникли сложности с дозвоном? Оформите заявку, и в течение часа мы перезвоним Вам сами!

Captcha
Обновить
Сообщение об ошибке

Обрамите звездочками (*) место ошибки или опишите саму ошибку.

Скриншот ошибки:

Введите код:*

Captcha
Обновить